Чтение онлайн

Обиделся! Закрылся! Ишь ты! Я все видел! Мой волк! Мой Дей! Ну это невозможно!

Да, я помню, у вас с Джаредом еще дела, но! Это не отменяет возможности… Моя, наша госпожа еще спит! Ты не хочешь показываться ей на глаза, ну так и не покажешься!

И не надо нахлобучивать корону, протянутую Джаредом, так сердито! Поправить бы… И нет, это не мои лапки. Нет-нет, ай-яй-яй! Мой волк! Мой Дей! Шайи на тебя нет! Отпусти мой хвост! Она сама скатилась по твоим гладким плотным волосам, я не трогал корону!

Ну и чего ты хочешь добиться тем, что держишь мой хвост?

О, мой волк, сказал бы сразу, что тебе просто приятно!

Фуф! Ну вот, отпустил, озорной мальчишка!

Мой волк и Джаред направляются в сторону тронного зала опять, можно свернуться возле золотых родинок и немного подремать по дороге, но оставлять этот разговор совсем я не намерен.

И да, мой волк! Это была угроза!

В одном из коридоров по пути мелькают мирно беседующие Алан и мама Мэя, Дженнифер. Глава стражи Дома Волка все еще бледен, все еще придерживает правую руку левой, наверное, поэтому Джаред хмурится и просит моего волка подождать.

Советник отходит к Алану, прерывает беседу, похоже, о рисунках и Мэе, хотя как связаны эти два предмета, мне совершенно неясно. Джаред обходителен и строг в своей обычной манере, а вот Алан смотрится мягче обычного, когда прощается с Дженнифер, ласково называет её «Дженни». Мама Мэя шепчет Алану на прощание что-то серебристо-заботливое, дружелюбно похлопывая по левой руке.

Джаред недоволен, Алан слушает его выговор внимательно, но не спешит выполнять приказы. До тех пор, пока не вмешивается мой Дей, прямо сообщая Алану, что воля короля — не доводить себя, а отдохнуть, раз Советник так настаивает. Глава замковой стражи удаляется с поклоном, не смея перечить, а Джаред горячо благодарит и ведет моего волка дальше.

Нет, положительно, с ними не подремлешь! Эти отчаянные волки!

И не надо меня гладить, мой Дей, мы еще не договорили… Фуф… Вот ты отпустишь мой хвост, и договорим… Теплый волк… Теплый, уютный волк…

Дей, подписав все бумаги, приветив визитеров домов Леса, Неба и Степи, отпускает их с миром, хотя гость лесовиков незначителен, а формулировки его поздравления столь двусмысленны, что впору оскорбиться. Выпроваживает жестом даже стражей, вздыхает, ослабляя гордо выпрямленную, но порядком подуставшую спину. Склоняется вперед, опираясь руками на подлокотники трона, а подбородком — на переплетенные пальцы.

— Мой король, я получил грамоту от дома Леса. Он недовольны, что королевский волк Бранн занимается магией в Черном замке. Как вы знаете, Майлгуир запретил это — слишком много ши умирало в его стенах.

— Советник, я уверен, вы уже подготовили соответствующее разрешение, — улыбается Дей.

— На прошлое и на будущее. Принцесса Алиенна пользовалась магией, не осознавая этого, принц Финтан был тому свидетелем. Она оживляла умершую птицу, а мне бы не хотелось сейчас тратить силы на очередные разбирательства с домами по поводу и без.

— Это куда тяжелее, чем драться, — еле слышно произносит мой волк подписывая протянутые бумаги.

Джаред, оставшийся с ним, слабо улыбается, довольный ответами молодого короля на все, даже самые каверзные вопросы.

— Майлгуир не справился бы лучше.

Я вижу перед внутренним взором моего волка суровый облик отца, нежную улыбку Алиенны, затем — скрытые в зеленых кронах лезвия, несущие смерть, но спрашивает мой Дей Советника об ином.

— Джаред, расскажи мне про дома Благого двора.

— Что вы желаете узнать, мой король? — молвит готовый ко всему Джаред.

— Из тех девяти, что были когда-то, кто представляет реальную силу или угрозу сейчас?

Советник на миг поднимает глаза вверх, словно сверяясь со своей памятью и памятью дома Волка.

— Дом Моря давно отделился от нас, когда ши заселили океаны и назвались фоморами, а после гибели старых богов сдвинулось даже время, хотя проникать в Морское королевство все же значительно проще, чем к неблагим, — Джаред делает паузу, без слов подчеркивая, какое обреченное на первый взгляд предприятие удалось моему Дею.

Мой волк кивает, а перед его внутренним взором, на фоне непроглядной черноты опять звенят, начиная очерчивать рисунок до чрезвычайности яркие стёклышки. Кусочки мозаики словно просвечивает с другой стороны солнце, и если ты обратишь на это внимание, мой Дей, то поймешь, что моя госпожа с тобою неотступно!

Фуф, отчаянные волки! Да он нарочно осыпает едва обозначившийся витраж, чтобы не слышать меня! Зато здорово слышно увещевающий голос советника.

— Жители вод отличаются от нас немногим. Вы видели сами: синяя кожа, белые глаза. В море хвост и рога обретают легче, чем мы оборачиваемся, и…

— Я так понял, Джаред, ты начал с удаленных домов?

Мозаика перетряхивается, но девятая часть выявленного золотистым контуром круга-колеса синеет, приобретает рога, откалывается и соединяется с прежним кругом лишь длинным хвостом. Да, фоморы отошли от Благого двора слишком далеко, и у них есть свой рогатый король, пусть по фоморским поводам голова болит у него!

Круг мозаики схлопывается, съедая место опустевшего сектора, Дей готов чертить новые связи.

— Вы несомненно правы, мой король. Желаете наперво услышать о тех, кто поближе? — подчиняясь легкому кивку моего Дея, продолжает. — Дом Леса…

То, первое витражное видение с профилями Фордгалла и Финтана, лезвиями, кровью и зелеными кронами, занимает внушительный сектор круга, почти треть, распуская вокруг свои острые ветки.

— Был одним из самых незначительных. Начал с малого, а теперь ненамного слабее дома Волка, он… — Джаред выдыхает, видимо сдерживая себя, и произносит с обычным холодом: — Не брезгует ничем в своей жажде абсолютной власти, и хоть в его рядах много достойных ши, не могу не отдать должное лорду Фордгаллу, — поводит шеей, словно ему давит воротник. — Он даже сейчас пытается договориться с кем только может, но ваш отец когда-то запретил домам союзничать без его одобрения, и это сдерживает…

Конечно, разумеется, это сдерживает! Очертания круга меняют цвет, охватывая золотой обруч черно-серебристым плетением, а стоит этим цветам ночи добежать до точки своего отправления, возле сектора Леса мгновенно возникает сектор Волка. Да, мой волк, то, что он тут самый внушительный, в его очертаниях виновата не твоя гордость за своих, а объективное положение вещей.

Внутри пространства этого дома возникают очертания замка, почти равные ему по размеру обводы клепсидры, да, мой волк, похоже, время и пространство благого края диктует именно столица. Луна горит в вышине подозрительно ярко и жёлто, это странно, но ее можно спутать с солнцем. Замок, клепсидру и луну-солнце охраняют, как и все границы королевства, черные силуэты вооруженных волков. По краям сектора вытягиваются когти и клыки, намертво сцепляясь на границе с острыми ветками лесовиков.