Чтение онлайн

– Ужас, – покачала головой Алена, – как же так?

– Вот-вот, – согласилась Майя, – я тоже не понимаю, как. Все как бы само сложилось – и неправильно.

– Когда само, оно всегда неправильно, чтобы было правильно, нужно думать и прилагать усилия. Кстати, – спохватилась Алена, – у вас дома есть антидепрессанты? Роман их пил перед тем, как повеситься, и много…

Майя подняла на сестру удивленный взгляд красных опухших глаз и ничего не ответила.

Лиза Гондураскина сидела напротив взрослого сына и смотрела на него фальшиво-умильным взором.

– Деточка моя, – сказала она, – папочка хочет тебя видеть. Он хочет поговорить с тобой по-мужски.

Олег расхохотался. Лиза насупилась. Она стояла на пороге его квартиры, держала в руках зонтик и с любопытством заглядывала в коридор. У сына она не была очень давно и теперь хотела выяснить, есть ли в квартире следы женского присутствия или он, как всегда, полностью концентрируется на работе.

– Хочет поговорить по-мужски? Интересно, о чем?

– Ну ты же не видел его уже несколько лет! – с укором сказала Лиза Гондураскина и промокнула глаза совершенно сухим платочком, извлеченным из кармана.

– Не видел – и очень рад этому обстоятельству, – пожал плечами врач «Шпалоукладчика».

– Как тебе не стыдно! – заверещала Гондураскина. – Петр Петрович – твой биологический отец, а ты и знать его не желаешь! И со мной почти не общаешься!

И она снова с любопытством заглянула в квартиру.

– Кстати, мама, – сменил тему Олег, – ты еще не поменяла свое решение по поводу отказа встретиться с хорошим психологом? Уверяю тебя, это бы не помешало.

– Что ты своей матери указываешь! – взвилась Лиза. – Сопляк!

– Мать, – веско сказал Олег, – она прежде всего – человек, который находится на твоей стороне, что бы ни случилось, во всех обстоятельствах.

– Ты умничать вздумал? – подбоченилась Гондураскина.

– Извини, – устало закатил глаза Олег, – ты пришла попросить меня встретиться с Сусаниным?

– Да.

– Я не буду с ним встречаться ни за какие коврижки. И не проси.

– Речь идет о деньгах… Сущий пустячок.

– Мама, говори, пожалуйста, яснее, – попросил молодой человек.

Лиза наклонилась к его уху.

– Ты можешь получить неплохое наследство! – прошептала она.

– Неужели у Сусанина скончался богатый дедушка в Аргентине? – засмеялся врач.

– Нет! Убили Полину Сусанину, в замужестве Тряпкину! – выпалила Лиза. – И ты, как брат, можешь получить часть ее имущества.

Лицо Олега позеленело. Глаза стали стеклянными и вылезли из орбит.

– Я знаю, что ее убили, – сказал он жестко. – Меня уже вызывали на допрос.

– Тебя? – не поверила своим ушам Лиза. – Разве кто-то знает о вашем родстве с Полиной?

– Уже да, знает майор Чабрецов, ведущий это дело, – кивнул Олег. – Так получилось, что той ночью происходили некоторые события, которые могут иметь отношение к ее убийству. Извини, подробности я тебе сообщить не могу.

– Да ведь это ее муж, Роман Тряпкин, прикончил! А потом он сам повесился! Мне только что Петр сказал, – поведала Гондураскина. – Так часть ее денег, а также квартира, дача и машины должны были отойти ее родителям, то есть Сусанину и Сусаниной, и еще Роману. А когда Роман в ящик-то сыграл, то нам еще больше перепадет, родные братья и сестры – тоже наследники!

– Роман повесился? – переспросил Олег. – Ну, это вообще ни в какие рамки не лезет.

– Так ты поможешь мне? – сказала Гондураскина. – Мы можем оттяпать часть денег Полины. Ты же ее родной брат!

– Мама, о чем ты говоришь? – тихо спросил Олег, прижимая руки к вискам. – У людей страшное горе. Какие деньги? Ты что? Ты же любишь Петра Сусанина! Как ты можешь хотеть получить с него денег? Или я вообще ничего не понимаю?

– Деньги не пахнут, – пожала плечами Лиза Гондураскина. – Так ты согласен заявить, что являешься наследником? Если не хочешь брать деньги, ты свою долю можешь не брать, отдай мне, своей престарелой матери.

– Пока, мама, – прошептал врач и с силой захлопнул дверь перед носом Лизы Гондураскиной.

Майор Чабрецов что-то писал, склонившись над листом бумаги. Напротив него, на неудобных стульях, сидели Петр Петрович Сусанин, Василиса Николаевна, Рем, Майя и Алена Ватрушкины, Олег и его мать Лиза Гондураскина. Майя нервно чесала ногу, Василиса прижималась к широкому плечу Рема, а Петр Петрович Сусанин глядел на своего бывшего начальника откровенно недоброжелательно. Алена же внимательно смотрела на мать Олега.

– Добрый день, – вежливо поздоровался с собравшимися Денис Леонидович. – Спасибо, что нашли время прийти.

Ответом ему было гробовое молчание.

– Я хотел бы официально сообщить вам, что виновным по факту убийства Полины Петровны Тряпкиной, в девичестве Сусаниной, признан ее муж Роман Тряпкин, покончивший жизнь самоубийством. Накануне вечером известных событий Роман и Майя были в гостях у Алены Ватрушкиной, и убийца забрал из кармана сестры своей новой подруги сережку. Рано утром он поехал в квартиру жены, но Полину там не застал, она была у родителей. Тогда Роман стал ждать бывшую супругу и, когда она приехала, убил ее в ванной комнате – ножом. Кстати, орудие убийства так и не нашли, но это не является важным фактом в данном случае. Мотив преступления налицо – Роман и Полина еще не были окончательно разведены, и фактически безработный супруг получил бы ровно половину имущества жены. Убив Полину, Роман, видимо, впал в депрессию и, чтобы успокоиться, выпил антидепрессанты, которые повышают риск суицида, особенно в начале приема. Более того, Роман наверняка не соблюдал дозировку, надеясь, что антидепрессанты просто улучшат его настроение и самочувствие. Но, как известно, это происходит только через несколько недель после начала приема подобного рода лекарств. Роман всего этого не знал и, находясь в подавленном настроении и будучи дома один, повесился в ванной комнате. То есть мы все так думаем, что Роман повесился… Но…

Все подались вперед, чтобы лучше слышать, но Чабрецов не спешил продолжить объяснение.

– Понятно, что всех устраивает такой вариант, не так ли? – спросил Чабрецов, вместо того чтобы пояснить, что он имел в виду своим «но».

– Меня не устраивает, – громко сказал Петр Сусанин. – Меня не устраивает, что эта вот поганка, которая увела мужа из-под носа нашей дочери, вышла сухой из воды. Она заварила всю эту кашу, понятно? Из-за нее погибли два человека. А она сидит, улыбается! У нее все хорошо. Завтра она найдет себе другого мужчину, если уже не нашла, и плевать она хотела на нашу трагедию.

Майя закрыла глаза.

– Формально она ни при чем, – твердо сказал Чабрецов. – В действиях Майи Ватрушкиной нет состава преступления.

– А совесть? – вдруг спросила Василиса. – Совесть у нее есть? Вот у Романа была совесть, он не смог выдержать мысли о том, что убил жену.

– Если именно он ее и убил, – тихонько сказал Рем.

– Что вы сказали? – переспросил Чабрецов.

– Ничего-ничего, – махнул рукой продюсер. – Так, мысли вслух, чистая интуиция.

– Кстати, – продолжил Денис Леонидович, – должен сказать, что Роман – не единственный человек, попадающий под подозрение. Среди вас есть брат погибшей Полины, который также мог взять сережку и теоретически вполне мог убить сестру.