Чтение онлайн

— Где мы?

— Это дом Акселя.

— Аксель — это твой друг-демон?

— Он воображает себя рок-Богом восьмидесятых. Он немного эксцентричен, но безобиден.

— Безобиден?

Он пожал плечами.

— Безобиден для нас.

Порывшись в кожаной сумке, он вытащил кусок цепи.

— А это еще зачем?

Он расстегнул меньшие, плотно сцепленные звенья, которые образовывали круг на конце, затем открыл круглую часть и протянул мне.

— Мне нужно, чтобы ты надела это, если пойдешь со мной.

Я, наконец, поняла, что это было, адреналин выстрелил по моим венам.

— Ты хочешь, чтобы я надела ошейник?

— Только так ты сможешь войти. В противном случае жди здесь. Там будут высшие демоны. Они видят насквозь любую иллюзию, которую ты создашь. Твое очарование не скроет твои крылья от всех демонов в этом месте. И я не могу допустить, чтобы меня обвинили в сговоре с ангелами. Так что решай сама. С ошейником или жди здесь.

— В этом ошейнике заключена твоя сущность?

Кивок.

— Время от времени это необходимо.

— Я его не надену. — Сама мысль о том, что я не смогу контролировать себя, заставила мои внутренности сжаться.

— Тогда ты останешься здесь. Подожди там, в тени, — он кивнул головой в сторону. — Это не займет много времени.

Он повернулся, чтобы уйти, но я схватила его за руку.

— Я не могу, потому что… Я буду полностью под твоим контролем.

— И как это не сделает меня твердым, как камень?

Проигнорировав его намек, я вздохнула.

— Может я и кажусь тихой, но я не покорный ангел.

— Я сейчас взорвусь в штанах, детка, если ты будешь продолжать говорить.

— Я серьезно, — мой голос повысился от гнева, когда я сжала кулаки.

Он замер, его задумчивый взгляд внимательно скользнул по моему лицу.

— Эй, — он обхватил мое лицо свободной рукой. — Я никогда не сделаю ничего, что могло бы причинить тебе боль. — Обещание пришло из глубокого, проникновенного места, прежде чем его тон смягчился. — Мы же в одной команде, помнишь? — он потрепал меня по подбородку и улыбнулся.

Я взяла цепочку и некоторое время смотрела на нее, затем надела на шею, защелкнув на затылке.

— Это моя девочка, — прошептал он слишком интимно.

Я притворилась, что его слова не произвели на меня никакого впечатления. Хотя они, безусловно, повлияли на меня.

Цепь оказалась не такой холодной, как ожидалось. Скорее, она излучала не только тепло, но и электрический ток, который окутывал меня пьянящей смесью запахов и эмоций. То, что пришло на ум, была полночь и обольщения, ожесточенный удар владения мячом. Господство… Доммиэль.

Я ахнула от ощущений, затем прикусила губу, глядя на возвышающееся перед нами промышленное здание. Громкий, жесткий ритм музыки пульсировал изнутри.

Доммиэль подошел ближе и поправил цепь здоровой рукой, его глаза потемнели, когда он уставился на звено на моей шее. Голод — острый и сильный. Его большой палец скользнул вверх по моему горлу к подбородку, задержавшись под губой, где остановился его пристальный взгляд. Он провел большим пальцем по моей челюсти, яростно и напряженно сосредоточившись на моих губах.

— Что это за место? — спросила я, пытаясь избежать сексуального напряжения, возникшего между нами.

— Раньше здесь была электростанция. Позже ее превратили в один из самых скандальных клубов Берлина под названием «TRAFO». С тех пор как стены пали, Аксель взял его в качестве своей личной площадки для вечеринок 24/7.

Я проглотила звук удовольствия, когда его пальцы коснулись моей ключицы.

— Очень важно, чтобы ты оставалась здесь спокойной, — он говорил тихо, и в теноре его голоса проскальзывала мрачная нота. — Не делай ничего, чтобы привлечь к себе внимание. Избегай зрительного контакта со всеми высшими демонами. Лучше всего притвориться, что тебе скучно.

Я никогда ничего не делала импульсивно и не позволяла эмоциям руководить мной, но мысль о том, что он знал, что меня проверят, заставляла меня нервничать.

— А если мне придется защищаться?

Его взгляд поднялся на меня.

— Я позабочусь об этом. Никто не тронет тебя, кроме меня. Я обещаю тебе это.

Он обернул конец цепи вокруг запястья и крепко сжал его. Вместо того чтобы вести меня, как своего раба, он шел рядом. Цепь была в какой-то степени демонстрацией собственности, как и средством защитить меня от демонов, ищущих любовниц-ангелов, а также защитой Доммиэля от врагов, которые могли подумать, что он работает с их врагами. Мы шли к серому металлическому и бетонному зданию большими шагами, воздух искрился демонической магией.

Он смотрел на беззвездное небо, пока мы приближались, бормоча что-то себе под нос.

— «Настало колдовское время ночи».

Он цитировал Гамлета, когда тот оправлялся на поиски своего вероломного дяди.

Потрясенная на секунду, я не могла не ответить, продолжая стих.

— «Когда кладбище открывает зев и самый ад дыханием своим Мир заражает».

Он резко остановился, как и я, с цепью в руках. Двигаясь передо мной, Доммиэль провел большим пальцем вдоль моего подбородка и вниз по шее, по цепочке, обернутой его собственной сущностью, погружая большой палец в ложбинку между ключицами.

— «Мог бы я сейчас напиться теплой крови…»

Стих был о кровавой мести и смерти. И все же он произнес эти слова так, что мой пульс забился сильнее, а кровь начала быстрее течь по венам от дикого желания. Внезапный трепет поселился в моем животе, и жар разлился еще ниже.

Его голос был извилистым живым существом, проникающим под мою кожу, через плоть и до мозга костей. Его клыки удлинились, а глаза засияли темно-рубиновым светом. Со словами, которые он произнес, и диким голодом на его прекрасном, но демоническом лице, я должна была готовиться к битве… или к смерти. Но все, чего я хотела, это чтобы он придвинулся ближе, прикоснулся ко мне, как в Венеции. Чтобы показать мне, какие удовольствия может доставить такой демон, как он.

— Осторожнее, ангел, — тихо и хрипло прошептал он. — Глядя на меня так, ты только навлечешь на себя опасность.

Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но его большой палец скользнул по моей нижней губе, затем ниже, в углубление прямо под ней, рычание вибрировало в его груди.

— Нет нужды говорить об этом сейчас. У нас есть работа.

Я промолчала. Я могла бы прожить свою жизнь по определенному вероучению, твердо придерживаясь своей добродетели, но это не означало, что я не замечала мужчин раньше. Не оценивала мужскую красоту и не чувствовала даже искорки влечения. Конечно, я чувствовала. Но это… это было совсем другое. Это грозило искалечить меня, лишить здравого смысла. Должно быть, это сущность принца прокладывает себе путь глубже. Напоминая мне о причине, по которой я должна была найти Уриэля, как можно скорее.