Чтение онлайн

— Не делай этого, cara mia, — в его голосе слышалась ласка и оправдание. — Никогда не бойся меня. Ты навсегда связана со мной. Это намного прочнее и глубже, чем простая брачная церемония. Я должен был подумать и понять, что для тебя брачная церемония важна. Я воспринимал себя и тебя как Карпатцев, и если бы ты осознала это, то поняла, что мы уже женаты, соединены навечно. Это произошло в тот момент, когда были произнесены слова древних клятв. Ритуал был завершен и окончательно скреплен, когда мы разделили кровь, сердца, тела и души. Но именно слова были окончательным пунктом соединения. Это — Церемония бракосочетания наших людей.

Его руки тянулись к ней, чтобы прикоснуться.

— Прости меня, cara, и знай: я хочу жениться на тебе по человеческим обычаям, потому что это важно для тебя.

Его голос гипнотизировал, омывал словно вода, относя далеко все упреки и негодование, точно их и не было.

Александрия замерла напротив него, но слишком близко, чтобы быть спокойной.

— Все это так пугает, Эйдан… Мне хочется быть, по возможности, нормальной, или почти такой же, какой была. Все это было так близко для меня. Благодаря этому, я смогла бы легче освоиться в своей новой жизни.

— Знаешь, piccola, — подразнил он ее, прикасаясь к ее щеке пальцами, — мужчины-Карпатцы никогда не спрашивают своих женщин. Они просто связывают их с собой. Но я должен попросить тебя официально?

Она потерлась своим лицом о его грудь.

— Это много бы значило для меня, если бы ты так сделал, — допустила она.

— Как я предполагаю, это нужно сделать правильно, — мягко проговорил он, опускаясь перед ней на одно колено. — Александрия, любовь моя, выйдешь ли ты завтра за меня замуж?

— Да, Эйдан, — скромно ответила она. А затем испортила весь эффект, рассмеявшись. — Но нам придется сдать все анализы крови. Возможно, у нас не получиться пожениться так быстро.

Он встал.

— Ты забываешь, о том, как можно убеждать. Мы поженимся уже завтра. А сейчас одевайся, cara. А то ты снова меня соблазняешь. — Его рука скользнула вниз по ее стройному телу, лаская.

Ее улыбка получилась слегка натянутой.

— Ты собираешься доставлять мне кучу неприятностей своими шовинистскими наклонностями?

Он рассмеялся в ответ.

— Я только подумал, что ты доставишь мне кучу проблем своими независимыми взглядами.

Она вздернула подбородок.

— Ты слышал такое слово, как компромисс? Ты понимаешь его смысл?

Он выглядел задумчивым, точно обдумывал свой ответ.

— Как я понимаю, компромисс означает, что ты делаешь все, что я сказал, и как только я сказал, так?

Александрия толкнула твердую стену его груди.

— Ты можешь об этом только мечтать, мистер Сэвэдж. Но этого никогда не будет.

Он прижал ее руки к ее бокам, а сам уткнулся носом в макушку.

— Мы посмотрим, любовь моя. Мы посмотрим.

Смеясь, Александрия отошла от него и стала одеваться. Рассвет уже окрасил небо, а вслед за ним придет и этот ужасный летаргический сон, с которым она уже успела познакомиться. Она хотела увидеться с Джошуа, чтобы провести обычное утро со своим братом. Одеть его, покормить, потратить все свое время, пока он не ушел в школу.

Эйдан позволил ей избегать его, сохраняя иллюзии, пока это было возможно. Ему нравилось видеть ее счастливой, и после того вызова вампира у него было плохое предчувствие. Это существо замыслило что-то гадкое. Он остался один из всей группы, прибывшей в город, терроризируя население и заставляя полицию охотиться неизвестно за кем. Этот вампир не был глуп. Он сначала изучил Эйдана, его сильные и слабые стороны, а уж потом послал вызов. До чего могла добраться эта нежить?

Охотник плавно и молча двигался через весь дом, проверяя каждый выход, окно и путь, который мог привести в дом. Каждая гарантия [11] была на месте. Дом был неприступен, даже когда он сам будет спать в своей спальной палате внизу в земле. Нет, вампир не смог бы нанести удар по дому. Тогда где?

Он пошел на звук удара мотыги и нашел Стефана в огромном саду. Каждый раз, когда он был расстроен или утомлен, Стефан начинал ухаживать рьяно за растениями.

Когда Эйдан присоединился к нему, он отложил мотыгу и обратил все свое внимание на него.

— Ты тоже чувствуешь это? Я почувствовал беспокойство, засыпая вчера вечером. — Он говорил на их родном языке — еще один знак того, что он обеспокоен.

— Вампир завывал вчера вечером, посылая мне прямой вызов, чтобы отомстить. Я сорвал их планы, какими бы они не были, а сейчас оставшийся в живых пытается уничтожить меня. И когда он предпримет попытку, я не знаю.

— Это произойдет через одного из нас, — грустно сообщил Стефан. — Мы — твоя Ахиллесова пята [12] , Эйдан. Всегда были ею. Он может выудить тебя, используя Мэри, мальчика или меня. И ты знаешь, что он так и постарается сделать.

Эйдан нахмурился.

— Или Александрию. Я боюсь ее реакции на то, что должно произойти.

— Она очень сильная, Эйдан, очень отважная. С ней все будет хорошо. Ты должен верить в свою Спутницу жизни.

Эйдан кивнул.

— Я знаю, что у нее в уме и сердце, но хочу ее счастья превыше всего. — Он выдавил грустную улыбку. — Я до сих пор не забыл, как много лет назад пришел на помощь Михаилу. Он встретил свою суженную, она была человеческой женщиной. Она была очень решительна. Я не забыл, как сказал, что он должен лучше заботиться о ней, вынуждая ее во всем подчиняться ему, чтобы она всегда была в безопасности. Мы не имеем права терять ни одну женщину, ты знаешь это. Но она была так необычна для меня, так отличалась от нашего вида. Я поклялся, что когда найду свою Спутницу, то не буду поступать как Михаил и соглашаться с ее желаниями. И, все же, сейчас я не могу стоять и смотреть на горе в глазах Александрии. Мне становиться плохо, когда ей больно, или она расстроена.

Усмешка скользнула по лицу Стефана.

— Ты влюблен, мой старый друг, а это изменяет всех, даже лучших мужчин.

— Даже Грегори Темный позволил своей Спутнице сохранить свободу, когда та испугалась его. Как сделать женщину счастливой и одновременно защищать ее? — громко размышлял Эйдан.

Стефан пожал плечами.

— Ты живешь в современном мире, Эйдан. Здесь женщины сами управляют своими жизнями. Они сами принимают решения и, в общем-то, своими решениями делают из нас ненормальных. Добро пожаловать в двадцать первое столетие.

Эйдан покачал своей головой.

— Она думает, что будет работать с этим ненормальным Томасом Ивэном. И, все же, я отлично знаю, чего он хочет от нее.

— Если она хочет работать, Эйдан, то какой у тебя есть выбор, чтобы не допустить этого?

Золотые глаза вспыхнули.

— У меня есть выбор, Стефан. Есть линия наименьшего сопротивления — немного потолковать с мистером Ивэном. Я уверен, что смогу убедить его посмотреть на вещи под моим углом.

Стефан рассмеялся.