Чтение онлайн

И дом ее не подвел. Он действительно великолепен. Просторные комнаты, повсюду модерн, высокие плетенные кресла на веранде, сплошь уставленной цветами, запах кофе повсюду, кожаные широкие диваны, навесные потолки, прекрасно разрисованные, лепные стены. Она узнает свою руку. И главное – повсюду меха. Даже в ванной коврик под ногами тоже меховой, эти пятна сводят ее с ума, и несколько минут она просто звонко хохочет.

Заглянув в библиотеку, видит раритетные издания классиков. Особенно много Фитцджеральда. Очевидно, это ее святыня. Она не припомнит что-то, чтобы Румпель был его великим поклонником. Хотя она вообще очень мало о нем знает, если быть откровенной. А вот Круэлле всегда нравились его романы и рассказы. Они печатались в газетах, когда она была еще совсем юной, и мать, слава небесам, хоть читать ей не запрещала. Эти тексты стали для нее окном в жизнь, которую она так хотела получить, но которая, увы, была совершенно не досягаема тогда. Время прошло, жизнь давно изменилась, а любимые книги остались прежними.

Круэлла не решилась надолго задерживаться в библиотеке. Книги все же навевали на нее тоску, а сегодня грустить никак нельзя. Наконец, она получит Румпеля в свои объятья навсегда. Наконец, рядом не будет назойливой Белль или кого-то из героев-идиотов. Наконец, ей не нужно чувствовать себя бездарным щеночком без магии на фоне других ведьм. Ей оставалось только счастливо улыбаться в каждое из огромных зеркал, благо, в доме их было великое множество.

В прихожей Круэлла остановилась около своего же портрета в оправе, инкрустированной бриллиантами и улыбнулась. Холодные глаза. Подчеркнуто острые скулы. Мех и собаки подле ног. Великолепная красота. Она уверенна, что это подарок Румпеля. Только его вкус способен на такое диво.

Увидев широкий белоснежный камин, Круэлла включила его, присела в уютное пушистое кресло, и, вытянув ноги к теплу, закрыла глаза с нескрываемым наслаждением. Небеса, неужели у нее теперь все это есть?

Она привыкла к роскоши, замужество с идиотом Файнбергом приучило ее к этому, Круэлла была мастерицей облапошивать богатеньких идиотов. Они так предсказуемо ловились на ее невинный взгляд, даже теперь, когда ее давно превратили в пятнистую.

Но она не могла теперь вспомнить, чтобы роскошь, которую она познала в браке, приносила ей удовольствие, нет. Скорее, роскошь была напоминанием того, через что ей пришлось пройти в юности, и что так нельзя терять. Теперь же роскошь подкреплялась любовью, что она так долго носила в своем сердце к Румпелю. Жить богато и быть счастливой одновременно, пусть даже понятие счастья для Круэллы так сильно отличалось от всеобщих представлений – разве это не рай? Разве она не имела права на счастье?

В библиотеке она прихватила книгу, которую не успела дочитать в юности – убила мать и сбежала из родного дома в поисках приключений, так и оставив произведение на середине – роман Диккенса «Большие надежды». Она открыла его ровно на том моменте, где остановилась много лет назад и погрузилась в чтение.

Вечер спустился с небес, накрыв собой город, именно тогда, когда последняя страница книги была перевернута, а книга закрыта. Де Виль покачала головой: разве можно поверить в то, что все это – правда? Неужели эта идиллия реальна и действительно происходит с ней? Даже ей, человеку, в полной мере столкнувшемуся с силой авторского пера, сложно было в это поверить. Круэлла привыкла, что маленькие победы сменяются всегда большими разочарованиями и просто не могла осмыслить, что теперь это действительно была победа в сухую. Ее победа.

Отрывать голову от подушки, сплошного пятна далматинца, очень не хотелось, но ведь тот, кого она так долго ждала, уже ждет ее в ресторане.

Интересно, эти романтические ужины часто происходят в их жизни? Или сегодня какой-нибудь особенный повод? Голд любит удивлять.

И Круэлла спешит удивляться.

Неторопливо одевшись, прихватив крошечную сумочку и завернувшись в пушистое манто, капнув несколько капель духов на кожу (они тоже остались неизменными со времен Сторибрука, хоть какое-то постоянство), Круэлла выходит на улицу под легкий стук дождя по асфальту. Ох, придется аккуратно нести подол, пока слуга семенит сзади с зонтиком.

Шикарный красный гоночный автомобиль уже ждет ее. Интересно, где ее машина? Нет, она вовсе не собиралась ехать к Румпелю на своем авто, но все же любопытно. Не слишком ли странно будет, если она поинтересуется об этом у слуги? Хотя, что может быть более странным, чем женщина с черно-белыми волосами?

– Дорогой, а где же моя машина? – интересуется она с холодной вежливостью.

– Мистер Де Виль распорядился доставить вас на своей, со своим водителем, миледи. Он сказал, что вашу машину заберут из ремонта завтра.

Да уж. Авто, кажется, не совсем в порядке. Остается надеяться, что не смертельно, потому что Круэлла очень любила свою железную крошку. Это вообще была любовь с первого взгляда.

Она садится на бархатные сиденья, осторожно поправляя платье, чтобы не измять капризную ткань, и выпрыгивает ногой из туфли.

– Добрый вечер, миледи! – кивает ей водитель в пол-оборота.

О черт. Ну Генри, ну юный дамский угодник! Порадовал от души! Нет, все же ей нужно поблагодарить и Свон, и ее пацана. Угодил так угодил!

Ее шофер – глупый камелотский выскочка король Артур собственной персоной, и никто иной.

Круэлле стоит почти нечеловеческих усилий сдержаться и не завопить от хохота. Она лишь кивает в ответ, пряча улыбку в ладони. Пришлось сделать вид, что зевает.

Ресторан, куда ее привезли через несколько минут пути, просто великолепен. Она очень любила проводить здесь вечера, когда была замужем.

Иногда идиот-супруг тоже к ней присоединялся. Здесь было все кричаще-красиво и столь же кричаще-дорого, а стены в прямом смысле слова, были облеплены золотом – крошечные бриллианты и золотые свитки освещали главный зал лучше сотни тысяч свечей.

Круэлла осторожно ступает по паркету, едва касаясь пола ногами. Сдержать волнение она не в состоянии, дыхание приходится задерживать, а сердце бьется в груди, как шальное, а ведь она не была уверенна в том, что сердце у нее вообще есть. Джазовые музыканты играют танго. Как это оригинально! Здесь всегда любили эксперименты с музыкой. Если бы не правила приличия, она тут же пустилась бы в пляс. Ну да ладно. Круэлла успокаивает себя. Скоро она будет танцевать, опираясь на плечо Румпельштильцхена.

Испытывая все более сильное волнение, Круэлла приближается к столику. Отдельный столик в углу зала, скрытый высокой кабинкой от посторонних глаз.

Улыбка ползет по ее лицу, и, должно быть, глаза ее сейчас сияют. Еще несколько шагов навстречу счастью. Пару шагов к мечте. Пару шагов к победе.

Круэллу не испугала преграда в виде холеного официанта. Подойдя к ней, он протягивает ей красную розу, которая оголила острые шипы, как жало. Но это ей даже нравится. Ох, Румпель умеет удивлять и быть настоящим романтиком. Все умеет.

– Мистер Де Виль велел передать вам этот цветок, миледи. И так же завязать вам глаза. Он уже ждет вас за столиком?

О, только теперь Круэлла замечает легкий платок на руке у официанта. Ах, интриган. Он не просто подарил своему ядовитому цветку – Круэлле – розу с колючими шипами, об которые так легко уколоться. Он еще и хочет, чтобы она ступила в неизвестность. Ну что ж, она согласна. Ей нравится, безмерно нравится эта игра. Чрезвычайно заводит. Очень возбуждающе.