Темные пути любви
Шрифт:
– Она была в порядке. У нее просто немного пошла носом кровь, но…
– О боже, - Оден рванулась к выходу.
– Ты куда? – окликнула Гейл, спеша вслед за Оден. Тэйн следовала за ними по пятам.
– В ее номер!
– Я с тобой, на всякий случай.
Оказавшись в лифте, Тэйн посмотрела сначала на Гейл, потом на Оден.
– Что происходит? Это имеет отношение к тому, что она потеряла сознание в «Четырех временах года»?
Гейл сжала ее руку.
– Мы не можем обсуждать подробности, понимаешь, детка?
– Конечно, - Тэйн коснулась ее затылка и нежно погладила. – Хорошо.
Едва двери лифта открылись, Оден пробежала по коридору и постучала в дверь номера Хейз.
– Хейз? Солнышко? Это Оден.
После третьей попытки Оден в отчаянии повернулась к Гейл.
– Что нам делать? Что, если она лежит там, и ей нужна помощь? Что делать, если… боже, а если она ударилась головой или…
– Я позвоню управляющему гостиницей и поговорю с ним, как врач, - спокойно сказала Гейл. – Попрошу, чтобы он прислал кого-то, и мы сможем все проверить. Хорошо? – когда молча кивнула, Гейл добавила. – Пойдем. Наш номер ниже по коридору.
Пока Гейл звонила, Оден беспокойно металась по номеру. Ей хотелось завизжать, слушая, как Гейл объясняет, что она – врач, и что она обеспокоена состоянием здоровья постояльца с опасным для жизни заболеванием. Опасным для жизни. Нет. О нет. Не так быстро.
Когда Гейл повесила трубку и ошеломленно посмотрела на Оден, Оден почти прокричала:
– Что? Что они говорят? Что такое?
– Она уехала. Пару часов назад.
– Нет! Она не могла! Только не без..
– Спокойно, - проговорила Тэйн из-за компьютера с того конца комнаты. – Я получила письмо от Руны. На электронную почту. Отправлено после обеда.
Оден резко развернулась и уставилась на нее.
– Читай! Пожалуйста…
– Это снова насчет «Эроса». Письмо пустое, только вложение. Наверное, она просто хотела…
– Прочти его, детка, - мягко попросила Гейл.
– Хорошо, - медленно ответила Тэйн. – Тогда идите сюда, прочтем его вместе.
Оден и Гейл стояли у нее за спиной, когда она открыла вложение.
Тайная страсть – Эпизод последний
Восприятие времени так субъективно, его мера полностью зависит от вещей, которыми мы отмечаем его бег. Когда мы измеряем его традиционными вехами, размечая ими свою жизнь - рождением, выпускным балом, годовщинами и похоронами, многое теряется, и все, что мы видим – это огромные пустоты, потерянные навсегда зияющие пространства, которые ничем не заполнены. Когда времени остается мало, ценность каждого момента неизмеримо возрастает, и даже каждый удар сердца обретает огромное значение. Ну, или так кажется на первый взгляд.
Я обнаружила – может быть, слишком поздно – что время не просто бесценно, оно вообще в итоге ничего не стоит. Она научила меня, что прикосновение может длиться всю жизнь, поцелуй – быть бесконечным, и что наша любовь, наша страсть преодолеет границы хрупкого существования и обретет вечность.
И я больше не волнуюсь о том, сколько еще пробьется мое сердце, мне достаточно помнить о ней, чтобы жить. Моя душа, само мое существо пульсирует внутри меня в тех местах, которые заполнила она, благодаря ее за исцеление ран, за вечную и преданную любовь, которой она одарила меня. В ее объятиях я обрела страсть, и мир, и покой.
И нет разницы, где я брожу, на какой дороге я достигну своего предназначения – ее рука всегда будет в моей, и нежный звук ее голоса напомнит мне, что бояться не нужно. Именно это всегда было моим тайным желанием, и теперь мне не нужно больше ничего искать.
Я любима, и я исполнена любви.
Тэйн, проследи, пожалуйста, чтобы «Тайная страсть» вышла с посвящением Оден. Со всей моей любовью. Руна.
Оден содрогалась в рыданиях, и слезы струились по ее лицу.
Тэйн хрипло прошептала:
– Кто-нибудь, пожалуйста, может мне объяснить, что происходит?
– Хейз и Оден - любовницы, - негромко ответила Гейл, одной рукой обнимая Оден за талию, а другую положив на плечи Тэйн. – Я забыла, что ты не знаешь.
– Об этом я догадалась, любимая, - нежно ответила Тэйн. Она посмотрела на Оден, и ее передернуло от вида столь неприкрытого горя. – Это письмо… насколько сильно она больна?
– Очень. – Оден внезапно рванулась к двери. – Она должна была оставить мне записку!
Через несколько секунд она уже провела карточкой-ключом по двери своего номера и бросилась внутрь. Сложенный лист бумаги лежал на полу у двери. Она подняла его дрожащими руками.
Оден, душа моя.
Я никогда не могла отыскать слова, чтобы описать то, что ты для меня значишь.
Но есть одна вещь, которую ты должна знать.
Я люблю тебя.
Хейз
Оден развернулась, зажав записку в дрожащей руке.
– Я должна ее найти!
Гейл взяла записку и долго смотрела на нее. Она думала о врачебной клятве, об агонии, в которой пребывала ее лучшая подруга и о женщине, которая в одиночку собиралась ответить самый большой вызов в ее жизни. А еще она думала об одной важной вещи, которую знала как врач – о том, что любовь обладает силой творить чудеса. Она встретилась глазами с отчаянным взглядом Оден.