Чтение онлайн

– Вы что, больная? – напрягся “дубль первого”.

– А кто сейчас здоров? – философски вздохнула я. – Но вы можете привести лекаря, пусть всех нас продиагностирует.

Охранники переглянулись, нахмурились и уставились на меня еще более недружелюбно, чем раньше.

– Серьезно что ли, не пустите? – удивилась я. – Шутки в сторону. Вы мешаете пройти подруге мэра, которая может его спасти. Я примчалась сюда, как только узнала, что он в беде. Бросила дела и личные нужды.

– Без разрешения нельзя, – заученно повторил здоровяк.

– То есть заместитель мэра против выздоровления начальства? – Я сложила руки на груди и покачала головой. – Не ожидала, что придется подавать в суд. За покушение на убийство. Здесь же мотив налицо. А вас приплетут как пособников. Считайте, попрощались с профессией. Уже придумали, кто будет носить вам передачки в тюрьму?

– Не говорите ерунды, – сурово заявил “дубль первого”. – Мы все равно вас не пустим.

– Хорошо, – согласилась я, вынимая из сумочки рунофон. – Тогда мне придется связаться с полисмагами и сообщить им о беспределе, который вы здесь устроили. Знаете капитана Джаза?

– Допустим, – буркнул здоровяк, нервно покосившись на дверь в палату.

– Он лично позвал меня для помощи мэру, – почти не солгала я. – И, если счет жизненных сил гера Мимиса идет на дни, то сами понимаете, вы способствуете убийству. Он умрет, и вам никто не поможет.

– А вам до нас какое дело? – раздраженно уточнил “дубль”.

– У меня очень высокие моральные принципы, о которых ходят легенды, – ответила я деловым тоном. – Пособники убийства не останутся безнаказанными.

– Чего вы хотите? – устало спросил здоровяк.

– Хочу войти в палату к старому другу и провести диагностику под вашим присмотром, – тут же ответила я. – Вы не сведете с меня глаз. Я дам вам свои документы. Меня ведут лишь благие намерения.

– Вы же темная магичка, – не поверил “дубль”. Он вообще казался более сообразительным.

– Темная. Но с чистым сердцем и открытой душой, – кивнула я, добавляя с оскорбленным видом: – Нельзя оценивать человека предвзято, опираясь лишь на глупые слухи о нашей якобы злобности. Так вы дадите мне спасти человека?

Охранники переглянулись, пожали плечами и кивнули почти синхронно. Здоровяк бросил, глянув на меня:

– Идите. Но без глупостей.

– И документы дайте, – опомнился “дубль”, протягивая руку. – Кто вы такая вообще?

Я покопалась в сумочке и предоставила им права на вождение магобиля.

– Гера Василиара Эффит, – прочел охранник. – Что-то вы на себя не похожи. Здесь какая-то страшненькая девчушка.

– Это магия магографий на документы, – вздохнула я, поправляя прическу. – Присмотритесь внимательней. И извинитесь за “страшненькую”.

– Простите, – послушно кивнул он, вглядевшись в карточку. – В жизни вы гораздо симпатичнее.

– Правильно говорить красивее, – поправила его я, входя в палату.

Мэр Мимис лежал один среди множества ваз с цветами. Зрелище было скорее пугающим, чем милым и поддерживающим. Я бы точно не обрадовалась, если пришлось бы очнуться после болезни в эдакой оранжерее медленно увядающих растений.

Но не мне судить о предпочтениях мэра.

Выглядел пациент скверно: бледный, осунувшийся, с темными мешками вокруг глаз. Я перестроила зрение, присмотревшись к его ауре. И ничего не заметила. Сущность отлично пряталась от посторонних, не желая быть узнанной и убитой. Однако, стоило мне подойти чуть ближе к мэру, как его ноздри затрепетали, а веки чуть приоткрылись. Мужчина тихо застонал.

– Что с ним? – забеспокоился здоровяк. – Может, позвать лекаря?

– Конечно, – согласилась я и посмотрела на “дубль”, дабы избавиться от более умного надсмотрщика. – Идите, найдите медперсонал. Скажите, мэр приходит в сознание.

– Ивар, ты за старшего! – бросил он и сбежал, бросая нас со здоровяком одних.

Я довольно ринулась к больному. Но здоровяк неожиданно преградил путь, грозно повелев:

– Отойдите. Лекарь скажет, можно ли беспокоить больного.

“Заговаривать ему зубы нет времени, – подумала я, – после прихода лекаря меня, скорее всего, погонят отсюда и больше не впустят. Придется применить силу к охране и позже объясняться в полисмагии из-за своих действий. А ведь за это они попробуют настоять на ментальном допросе, и тогда может всплыть самая неприглядная правда”.

– Гера Эффит, не подходите, – повторил здоровяк, выставляя вперед руки. Прошу вас проследовать в коридор.

Я улыбнулась:

– Конечно, Ивар. Вас же так зовут?

Призвала магию для нанесения ментального удара, чтобы охранник уснул и… отвлеклась. Из коридора послышался рокот множества голосов, следом за которым в палату ворвалась толпа. Мои студенты с воплями бросились к кровати мэра.

– Вот он! – кричал Марк, хватая больного за тощую руку.

– И правда сильно болен, – поразилась Юлия, почти падая на грудь мэра. – Кто же его так проклял?! Или это старость?

– Без него практика уже не та, – покачал головой Даниэль.

– Когда мэр был здоров, нам давали нормальную гостиницу, – посетовал Марк, отпуская руку больного. – А теперь все…

– Очнитесь, гер Мимис! – строго приказал Александр, заходя со стороны охраны. – Вы нужны нам сильным и крепким.

– Лучшие уходят от нас, – поддержал его Эллис Умс. – И цветы уже принесли. Как на панихиде.

– Пахнут слишком сладко, – поморщился Виктор, нюхая один из букетов за спиной обалдевшего охранника.

– Жаль мэра, – кивнул Таттис, вставший в изножье постели, – но смерть – это еще не конец.

Все закивали, а щенок, сидящий у Чесса на руках, грустно завыл.

Тогда-то охранника наконец прорвало. Грубо выругавшись, он отодвинул меня в сторону, дернул на себя Умса с Александром и ринулся на остальных, требуя покинуть палату немедленно.

– Кто вы такие?! Вон! Немедленно прррочь! – рычал здоровяк Ивар.

– А чего мы сделали-то?! – громко и чуть истерично возмущался вошедший последним Конрад. – Зачем вы меня толкаете? Я пришел, потому что было открыто! Это дорогая рубашка! Я расскажу отцу о рукоприкладстве, слышите?! Вас обо мне не предупреждали?

– Говори, кому хочешь… – хрипел здоровяк, с силой толкая Конрада к двери.

– Наших бьют! – завопила Юлия, зажимая уши. – Помогите!

Таттис протянул ей щенка, тихо о чем-то говоря. А я…

Вздрогнув, я наконец пришла в себя и прошептала заклинание. Обратилась к запертой сущности, требуя указать, почему она не может покинуть тело, ставшее темницей, и исполнить магическую клятву.

Мэр распахнул глаза и громко захрипел, выгибаясь дугой.

Одновременно со мной завыл щенок.