Чтение онлайн

Мы спустились вниз, и он продолжил, поддевая носком сапога безжизненную ногу своего скакуна.

– Естественно, он не может в открытую выступить против тебя, опасаясь гнева князя. Но сделать это по-тихому, без свидетелей ему никто не мешает.

Я был почти согласен с кузеном. Почти. Одна маленькая деталь не давала мне покоя. Если бы это были Тени, во второй раз они бы точно добились желаемого. Или брат зря им платит.

До Нидии мы добрались, как и опасался Лий'он только ко второй Сестре. Его недовольный голос загрохотал по холлу, требуя отправить слугу в ближайший стойник за новым хьюршем. Но как только нас проводили в гостиную, и стайка молоденьких испуганных человечек и орчанок выпорхнула из-за цветастой перегородки, его настроение тут же повысилось. Что было неудивительно: девчушки были чудо как хороши с неправлеными целителями, гибкими телами и обнаженными Льйи Тайги, позволяющими подмечать малейшую смену эмоций. Все смотрели на кузена с плохо скрываемым ужасом, перемешанным с надеждой. Конечно, они были наслышаны о нем.

Я хлопнул друга по плечу, пожелав ему доброй ночи, понимая, что процесс выбора с последующим подписанием договора, может затянуться, а сам направился на второй этаж в знакомый кабинет. Едва открыв дверь, я почувствовал странность изменившейся обстановки. Визуально все оставалось прежним: мягкий полумрак, покрывающий комнату даже самым ярким днем, тяжелые шторы на окнах, густой ковер с причудливым рисунком, массивный рабочий стол с креслом возле камина, пара диванов, на одном из которых полулежала расслабленная женщина, рассеянно перебирающая пальцами в тарелке, полной нимшоры, стоящей подле нее. Прикрыв дверь, я понял в чем дело, обстановка оставалась мертвой. Куда делась бешеная наэлектризованная атмосфера яростной страстной души, заключенной в маленькое гибкое тело, будь то общение со слугами, работницами или клиентами? Яркие льйини живого ума, окружающие меня своей непосредственной прямотой и темпераментом, едва я брался за ручку двери. Непривычные и неожиданные эмоции, которые заставляли меня возвращаться сюда раз за разом. Все это было надежно скрыто и висело теперь тяжелым амулетом в глубоком декольте ее платья.

Я нахмурился:

– Ты купила себе новую игрушку? – мои руки сложились на груди, тем самым подтверждая мое недовольство.

Золотисто-коричневые глаза взирали на меня из-под густых теней, отбрасываемых пушистыми смоляными ресницами. За блеском разноцветных одежд и красотой еще молодого тела, сохраняюшего юношескую гибкось и бархатистую мягкость кожи, чуть капризно надутыми губами и немного недовольным, но открытым взглядом, я разглядел бьющийся в тисках железной воли страх перед наступающей старостью.

Моя щека дернулась помимо воли и, не скрывая разочарования, я подошел к дивану и откинулся на подушки. Маленькая головка Нидии дернулась, как от пощечины, так что звякнули длинные цепочки-сережки.

– Здравствуй Кирсаш. Это все, что ты можешь сказать мне при встрече? – ее голос был очень музыкален, а любая фраза звучала, перетекая, как строка из песни.

– Не понимаю, чего ты ожидала, устроив подобное? – я скривился, резким движением кисти указывая на амулет, скрывающий ее Льйи Тайги.

Даже поджатые ее губы оставались полными и чувственными.

– Чего ожидал ТЫ?! – воскликнула она, ярясь, и я сдержал улыбку, обнаруживая, что прежняя Нидия тоже была где-то там, и никакой амулет или страх не мог полностью заглушить ее буйный нрав, – пропадаешь на цикл, а потом вдруг сваливаешься неожиданным образом… весь в какой-то пыли….

Во время своей тирады она вскочила, уперев руки о крутой изгиб обтянутых полупрозрачной тканью бедер. Потом вдруг резко обмякла, ее голос упал до шепота.

– Ты не понимаешь, что я чувствую.

– Сними эту штуку, – я чуть подался к человечке, протягивая к ней руки, из которых она ловко выскользнула, – и я пойму.

Нидия отпрянула обратно на диван, забиваясь в угол и возводя между нами стену из подушек.

– Нет, – она отчанно замотала головой, – уже поздно. Последний Выход был скорее всего… последним.

Я, нахмурившись, смотрел на нее. Как могло получиться так, что наслаждаясь силой буйства ее эмоций и всепоглощающей любви ко мне, я не разглядел отчаянного до безумия желания жить?

– Все умирают. Рано или поздно.

– Но кто-то настолько поздно, что может пережить вечность! – выкрикнула она из своего мягкого укрытия.

Я пожал плечами, а она тихонько заскулила, пряча глаза. Это привело меня в бешенство и заставило вскочить.

– Ты спросила, чего ожидал я?! – шипение заставило ее задрожать, или мои пальцы слишком сильно сжали ее горло, когда-то это ей даже нравилось, – так вот я ожидал что угодно: гнев, бешенство, истерику, наконец, но не монотонное нытье!

Моя рука расслабилась, и она, задыхаясь, упала обратно на подушки. Забрав тарелку с нимшорой, я вернулся на диван, закидывая в рот сразу несколько ягод. Человечка отдышалась и теперь внимательно рассматривала меня, настороженно подобравшись, прижимая колени к груди.

– Ты встретил кого-то, – ее пораженный голос прозвучал в тишине легким перезвоном, я всегда удивлялся мастерству строителей, строивших Дома развлечений таким образом, что ни единый звук не мог перетечь из одного помещения в другое.

Поднимая взгляд, я увидел, что она застыла на месте с широкораспахнутыми глазами, прижимая ладонь ко рту.

– Никогда не видела у тебя таких глаз, – выдохнула человечка еле слышно.

Я отставил тарелку и облизнул пальцы, покрытые сладким соком. В мои планы не входили разговоры в подобном ключе, поэтому если тема получит развитие, я был готов на то, чтобы подняться и уйти. Бывает и такое, что у Игры вместо приятного логического завершения, в конце остается лохматый оборванный конец.

– Надеюсь, ты имеешь ввиду мое чудесное исцеление, – кончик моего пальца коснулся белесого шрама над бровью.

– Не только, – упрямо возразила Нидия, – я знала, что когда-нибудь это произойдет.

Жалея о потраченном впустую вечере и охромевшем хьрше, я поднялся, направляясь к двери, когда мне в спину врезалось мягкое горячее тело. Ее руки обхватили меня за талию, мешая движению, а раскаленный лоб уперся в спину. Я чувствовал ее жар даже сквозь плотную материю сиршани. Хорошо, что она не видит моей улыбки, все-таки темперамент сыграл с ней злую шутку. Не смотря на амулет и бесстрастную маску на лице, ее тело безмолвно кричало, умоляя, чтобы я остался, еще до того, как она произнесла это вслух.

– Прошу, останься.

Не дождавшись ответа, но обнадеженная моим промедлением, Нидия обошла меня, не отрывая рук от сиршани, ее пальцы нащупывали застежки. Она не могла поцеловать меня, пока я не наклонился к ней, оттягивая ее пышно уложенные волосы, каскадом спадающие до талии, обнажая шею, и не впился губами в нежное место под маленьким ушком. Человечка выгнулась и забилась, не чувствуя, что пальцы моей второй руки сминают, обрывая, цепочку ее амулета, и он летит к дивану, утопая в подушках.