Темные сказки Лайкарры
Шрифт:
Все кончилось неожиданно. Дорога вдруг взбрыкнула под ногами, вскинулась, словно живая. Исса полетела вперед, инстинктивно выставив вперед руки и уже предвкушая удар о камни... и шлепнулась в траву.
Запах летнего луга кружил голову, в шелесте высоких стеблей угадывалась любимая мамина колыбельная. Можно было лечь и уснуть, подчиняясь колдовскому голосу этого места, но в душе девочки поднялось несвойственное ей упрямство. Оно требовало прекратить разлеживаться и немедленно, вот прямо сейчас продолжить путь. Любопытство толкало сделать то же самое.
Исса встала, отряхнула коротенькие штанишки и осмотрелась. Луг был просторным, но отнюдь не бесконечным, с одной стороны виднелась кромка леса, с другой - холмы. Где-то рядом - девочка была уверена в этом - протекала речка, пахло водой и кувшинками. Именно к реке она и пошла, действуя больше по наитию, чем по велению разума. Душистые стебли трав щекотали голые икры. Некоторые растения девочка узнавала, такие она собирала вместе с матерью. Больше всего попадалось луговой мяты. Сочные стебли ломались под ногами и их прохладный запах плыл над землей вместе с ветром. Исса рассмеялась, громко и радостно, и побежала, с наслаждением шлепая босыми пятками по колючим травинкам.
Бережок речки обнаружился неожиданно и оказался довольно крутым. Не удержавшая равновесия малышка с задорным визгом скатилась в воду, которая оказалась немного холодной. Девочка с удовольствием плескалась до тех пор, пока не начала дрожать от холода.
– Вылезай из воды, а то уже губы синие, - добродушно сказали над самой головой. От неожиданности Исса чуть не забыла, как грести, за что сразу и поплатилась - ушла под воду с головой. Вылетела на низкий противоположный берег, отплевываясь и фыркая. И чуть не сбила кого-то с ног.
Этим кем-то оказалась женщина, молодая и очень красивая. У нее были черные волосы, тяжелыми локонами рассыпавшиеся по плечам, утонченные черты лица и выразительные темные глаза, удивительно добрые и чуточку ехидные, словно она радовалась какой-то шалости. Но это впечатление оказалось мимолетным, красавица неожиданно нахмурилась и пристально, с опасным прищуром посмотрела на Иссу. Девочка почувствовала себя неуютно, словно по спине скользнул холодный ветерок.
– А не рано ли ты пришла?
– вопросила незнакомка своим мелодичным голосом, в котором не осталось и следа добродушия. Малышка растеряно отступила, не зная, как реагировать.
Женщина нахмурилась еще больше. Странным жестом, неудобно выворачивая увешанное серебристыми браслетами запястье, провела рукой перед лицом Иссы, а потом презрительно хмыкнула.
– Все понятно. Ты сдалась.
Девочке показалось, что в ее голосе прозвучало разочарование.
– Кто ты?
– спросила она, еще не понимая, чего эта странная женщина от нее хочет.
– А кого ты ожидала увидеть?
– вопросом на вопрос ответила незнакомка и пошла вдоль речки, жестом пригласив девочку следовать за собой.
Исса уродилась сообразительной девочкой. По крайней мере, сопоставить два и два, хоть и не с первого раза, сумела. Действительно, а кого можно встретить после смерти? Тех, кто ушел до тебя. Ну и саму Смерть, конечно.
– Правильно думаешь, - темнейшая богиня Риэн читала мысли.
– Я только одного не понимаю: зачем тебе это понадобилось?
– Мне...
– начала девочка, но богиня нетерпеливо махнула рукой, заставляя ее умолкнуть. Браслеты звякнули.
– Ты сама себя убила, маленькая дурочка! Но все равно искала встречи со мной. Зачем, если ты уже приняла решение?
– Я не искала тебя, моя богиня, - прошептала девочка.
– Только тот, кто ищет, может прийти на мой луг. Но только посвященный сможет меня увидеть и заговорить со мной.
– Но я не посвященная...
– Час от часу не легче! Ты пробовала подумать?
– богиня скептично выгнула соболиную бровь.
– Как можно не сообразить, что твоя мать посвятила тебя мне при рождении? Так, знаешь ли, поступают все сидхэ, мои сотворенные дети. Более того, тебя воспитывала одна из моих служанок. Неужели так трудно догадаться?
– Я не думала об этом, - честно призналась Исса.
– Да уж. И как у таких родителей могло родиться такое недоразумение?
– незнамо кого вопросила Риэн.
– Глупая, слабая... С твоего отца сталось бы бросить вызов даже богам, а ты просто взяла и сдалась, как какая-нибудь бесхарактерная человечка!
– Я не сдалась!
– обиженно вскинулась девочка.
– А как это назвать?
– ехидству в женском голосе могла бы позавидовать даже тетушка Лин, а у той язык острее бритвы.
– Не знаю!
– Теперь она еще и обижается! Ты настолько слаба, что сбежала ко мне вместо того, чтобы отстоять себя, а теперь имеешь наглость дуть губы?
– Нет...
– Что "нет"?
– передразнила Риэн.
– Боли испугалась?
– по лицу женщины словно прошла судорога и оно изменилось.
– Ты преспокойно позволила какому-то старому извращенцу издеваться над собой и даже не попыталась бороться?
– теперь перед девочкой стояла Марина. Обычно добрые зеленые глаза травницы сверкали гневом.
– Тем более что он был один!
– Я... я...
– по щекам Иссы катились слезы, но она их не замечала.
– И после этого ты еще смеешь плакать?
– горько спросила Марина.
– Жалеть себя? Я отдала за тебя свою жизнь! А ты просто сидела и ждала, пока тебя убьют!
– Я струсила, мама, - прошептала девочка.
– Ну хоть призналась, - грустно улыбнулась ей мать, знакомым и таким родным жестом погладив по голове.
– Что, теперь жалеешь?
– А есть смысл?
– шмыгнув носом, очень по-взрослому спросила Исса. В светлых глазах, все еще полных слез, мелькнул багровый огонек.
– Вот такой ты мне нравишься больше, - констатировала богиня, снова становясь собой.
– Но да, ты права, смысла нет никакого. Такая трусиха, как ты, не смогла бы все исправить, даже будь у нее еще один шанс.
– Нет, я смогу!
– решительно встряхнула головой Исса, вытирая щеки.
– Ах, сможешь. И что ты будешь делать, маленькая трусишка? Еще раз напьешься отравы?
– Нет!
– девочка решительно сжала кулачки.
– Богиня моя, я отомщу за себя!