Чтение онлайн

Трое слизеринцев синхронно мотнули головами.

Они вообще, не сговариваясь, приняли решение ни с какими расспросами к Дамблдору не лезть - и так сам расскажет. Ибо, как гласит древняя магическая пословица: не беги впереди гиппогрифа - растопчет. Да и к тому же, мальчики пребывали в таком шоковом состоянии, когда радоваться надо, что можешь вежливо-удивленное выражение лица удержать, а не под столом валяешься.

– Я хотел бы прояснить кое-какие моменты в вашем рассказе о сегодняшних событиях. Так вот, у меня вопрос к вам, мистер Малфой. Касательно ваших способностей, если позволите. Мне очень интересно узнать, как же вы их сегодня умудрились применить, воздействуя сначала на мистера Мальсибьера и мисс Лестранж, а потом и на мисс Грэйнджер.

Драко поперхнулся чаем.

– Ну, я только примерно могу сказать… - откашлявшись, сказал он.
– Я где-то с пол года назад свой амулет потерял. То есть, у меня раньше был амулет, который сдерживал мои способности, - обстоятельно начал Малфой, более или менее придя в себя, - и, как я только что сказал, я его потерял. Хотя, вообще-то я его просто выкинул… ну, в порыве чувств… а теперь еще и найти не могу…

Рон и Гарри тихо прыснули. Малфой-младший покраснел.

– В общем, мне пришлось учиться более или менее сносно владеть своей способностью, иначе жизнь среди более чем полтысячи магов в одном-единственном замке превращалась в сущий ад! Ну, и я стал разбираться, что к чему. Сначала пришлось понять, как действует мой амулет и только потом уже пытаться самостоятельно воспроизвести то же самое. Короче говоря, я все это вот к чему веду: благодаря амулету, мою способность можно было четко направить в определенное русло и использовать в каком-нибудь определенном случае - например, чувствовать эмоции только одного человека. Без него же, соответственно такой точности мне удалось добиться только к концу учебного года. И то, так, как надо, редко получается… Х-мм, что-то я начинаю заговариваться. В общей сложности, сегодня днем, когда я пробирался по коридору из учительской обратно в подземелья, я замешкался и поэтому практически нос к носу столкнулся с нашими старостами. Честно говоря, сам не понял, как это вышло, но я умудрился сделать так, что они меня просто не заметили и спокойно прошли мимо.

– То есть, вы для них стали фактически невидимы?

– Ну, да, похоже что так.

– Но тогда это значит, что вы можете воздействовать не только на эмоции, но и на другие чувства, как, например, осязание, слух?
– Дамблдор слегка наклонил голову вперед.

– Не знаю, наверное. Во всяком случае, должен уметь, - быстро сказал Драко.
– Но это очень сложно и требует…

– Так что же с мисс Грэйнджер?

– Ах, да, Грэйнджер. Ну, с ней было посложнее. Понимаете, профессор, Риддл ее каким-то образом себе подчинил, сделав так, что она не могла контролировать свои действия. Так что пришлось ее, образно выражаясь, слегка «встряхнуть». Я имею в виду - несильно ударить по всем ее пяти чувствам, чтобы она смогла вернуть себе контроль над телом. Честно говоря, я уж думал, что у меня вообще ничего не получится. И сразу хочу сказать, что наглядно вам прямо сейчас я ничего такого сделать не смогу - для такого этого нужна какая-то особенная ситуация.

– Иными словами, вы хотите сказать, что смогли бы подобное повторить только в случае угрозы для жизни?

Драко смутился.

– Скорее всего - да. В первом случае, с Като и Дереком, я жутко перепугался, что они меня обнаружат, потащат в гостиную, и все сорвется. А когда меня Грэйнджер душить начала… тут уж думаешь только о том, как бы жизнь свою спасти.

– Что ж, этот момент мне понятен, - директор Хогвартса сделал большой глоток из своей фарфоровой чашки с узором в виде каких-то неизвестных цветов темно-синего цвета и как раз собирался продолжить, когда дверь в кабинет внезапно распахнулась.

В проеме появился Люциус Малфой. Выражение его лица не сулило ничего хорошего.

– Доброе утро, Дамблдор, - процедил он.
– Как вижу, вы все равно вернулись сюда, даже несмотря на прямой запрет Попечительского совета?

Драко вжался в кресло и старался быть как можно незаметнее.

– В общем-то, Попечительский совет меня вернул на должность директора Хогвартса. Вас, наверное, просто забыли об этом уведомить, - спокойно произнес Альбус.

– Хотелось бы знать, в связи с чем члены Попечительского совета вынесли такое решение, - голос Малфоя-старшего стал еще тише и звучал угрожающе. А заодно он заметил и скукожившегося на своем месте Драко, вознамерившегося спрятаться от своего отца за спинкой кресла.

– Узнав о последнем нападении и сложившейся в школе ситуации в целом, они решили, что лучше меня с нынешней ситуацией никто не справится, - ответил Дамблдор.
– И к тому же прозрачно намекнули, что решение сместить меня с поста директора им навязал некто очень влиятельный и богатый, угрожавший их семьям.

Люциус неопределенно хмыкнул.

– Так как? Вы справились с ситуацией? Преступник пойман?

– О, да. Причем, этому поспособствовали трое молодых людей, которых вы видите перед собой. Если бы не они, я, в конечном счете, был уверен, что виновна в нападениях именно мисс Уизли, а теперь мне известно, что она находилась под чарами вот этого дневника, - директор положил на стол потрепанную книжицу в черном кожаном переплете, в центре которой четко виднелся разрез.
– Жаль только, что в самом дневнике не осталось ни одной надписи или чего-либо еще, способного точно указать на своего бывшего владельца.

Малфой-старший, подошедший ближе к директорскому столу лишь мельком глянул на дневник, переведя свой яростный взгляд на сына.

– А все-таки, что же это за дневник, из-за которого в Хогвартсе весь год происходили нападения?
– сухо спросил он, снова смотря на Дамблдора.
– Кто его владелец? Уверен, вам это известно.

– Дневник принадлежал ученику Хогвартса по имени Том Риддл, уже тогда известным в узких кругах под псевдонимом Лорд Волан-де-Морт. Он же и был главным виновником всего этого. А вам этот дневник не знаком?

– Ни в коем разе, - процедил Люциус.

– Помнится, нечто подобное вы уже давно искали в архивах Министерства Магии и Аврориата.

– Вы ошибаетесь, Дамблдор.

Директор Хогвартса вздохнул.

– Возможно, Люциус, вполне возможно. И все-таки, перед тем, как вы уйдете, позвольте вам кое-что сказать, - сказал он.
– Настоятельно рекомендую заглянуть в Попечительский совет - у них есть для вас кое-какие новости.

Малфой-старший, напоследок зло сверкнув глазами в сторону совсем понурившегося Драко, буквально вылетел из кабинета директора.

– Что ж, вернемся к нашему разговору, - произнес Дамблдор.
– Второй вопрос, который я вам хотел задать, относящийся на этот раз ко всем вам, касается того, как вы убедили мисс Уизли вам рассказать о том, что пятьдесят лет назад из школы был исключен Рубеус Хагрид, которого сочли виновным в нападениях.

– Кстати, профессор, а когда Хагрида отпустят из Азкабана?
– спросил Гарольд.
– Мы ведь доказали, что он не виновен…

– Я уже отправил сову в Министерство Магии. Думаю, скоро Хагрид снова к нам вернется. Но, тем не менее, вы не ответили на мой вопрос.

– Во всей этой истории с Джинни и месячным пребыванием Джереми в Больничном Крыле мы умолчали одно - Оборотное зелье, - произнес Рон, хитро подмигнув насторожившимся товарищам: все, мол, под контролем.

– Так-так, мне будет очень интересно услышать об этом поподробнее, - Альбус откинулся на спинку кресла.

– Мы задумали варить его еще в начале учебного года, - рассказывать начал Поттер, так как именно он согласился с Гермионой и вообще был, фактически, инициатором всех последующих событий.
– Мой брат, после первых нападений, почему-то уверился в том, что виноваты во всем мы - слизеринцы. И ему, с подачи Джинни - то есть Риддла - взбрело в голову пробраться как-то в нашу гостиную. Вариант с мантией-невидимкой не подходил - у нас на гостиную наложены особые чары (я это специально проверил). Тогда Риддл через Джинни подбросил идею об Оборотном зелье. Но ни сам Джереми, ни Джинни достаточными знаниями в области зелий не обладали, а уж дружки их придурочные… то есть, я хотел сказать - Робертс и Маркс тоже мало в этой области разбираются. Поэтому они решили поступить проще всего - свалить варку зелья на Гермиону, а она обратилась к нам.

– Вообще-то, с начала она пошла к Гарри, - прервал его Драко.
– И почти мгновенно, без особых усилий, его на это дело подбила. И не надо корчить рожи, вся школа, кроме самой Грэйнджер, знает, что ты по первому же ее свисту готов сорваться с места!

– И вот так они круглые сутки!
– пожаловался Рон Дамблдору на своих друзей.
– В общем, Гарри уговорил меня, а потом и Драко. Мы решили - раз уж Крыс… Джереми… хочет проникнуть в нашу гостиную, то пусть уж лучше мы будем держать ситуацию под собственным контролем и чего-нибудь да придумаем.