Чтение онлайн

– Попросите Поттера с вами летом позаниматься - его, как никак, Синистра лично рекомендовала. И, кстати, по пятьдесят баллов с каждого из вас, а так же мисс Грэйнджер за всю вашу глупую, но, признаюсь, не лишенную блеска, идею с оборотным зельем.

Трое друзей окончательно приуныли. Теперь Слизерин из-за них будет в полном пролете - ни кубка по квиддичу (и не важно, что игру вообще отменили), ни кубка школы…

– И по сто баллов вам троим за вполне приличные результаты варки зелья третьей категории сложности.

Оставив Драко Малфоя и Гарри Поттера на попечение мадам Помфри, профессор Снейп вместе с Рон Уизли ушли в алхимическую лабораторию - Мастер зелий собирался подробно объяснить своему ученику, в чем тот ошибся в приготовлении зелья Поиска.

* * *

На следующее утро, почти сразу же после завтрака, все трое слизеринцев, лениво обсуждая результаты экзаменов (Рона от них освободили), направились к хижине лесника. На ступеньках оной обнаружился и сам Хагрид, бодро попивавший чай с кексами.

– Эта, привет вам всем!
– выглядел полувеликан порядком потрепанным, но, тем не менее, бодрым и радостным.
– Рад вас видеть!

– Привет Хагрид!
– мальчики устроились рядом с ним.

– Ты как?
– просил его Гарри.

– Да знаешь, вполне прилично, - лесник сощурился на теплое летнее солнце, выглянувшее из-за туч.
– После Азкабана жизни радуешься сильно. Все-таки очень у нас в Хогвартсе хорошо, верно?

Ребята закивали.

– Вы, эта, зря конечно полезли во все это, - продолжил Хагрид.
– И жизнью своей рисковали… но все равно большое спасибо - если б не вы, мало ли что еще произошло. Да и я бы все это вряд ли еще разок увидел.

– Думаешь, Министерство тебя бы не выпустило?
– переспросил Рон.

– Приказ-то, может быть, и отдали бы, - пожал плечами лесничий, - но у них там с бумажками всеми этими очень большие проблемы. Так что не факт, что он до Азкабана дошел бы. А тут профессор Дамблдор вчера вечером сам к Министру пришел и потребовал, что бы меня отпустили. Ну, ладно, хватит об этом. Вы-то сами как?

– Хорошо, - заулыбались мальчики.

– Тогда я думаю, что вы будете не против совместить наш разговор с небольшой прогулкой, - произнес подошедший к ним Альбус Дамблдор.

– Здравствуйте, профессор Дамблдор, - почтительно произнес Хагрид.

– Доброе утро, я с мальчиками прогуляюсь по Запретному Лесу, Рубеус.

– Да-да, конечно, а вы, эта, куда пойдете?

– Думаю, Гарри давно хотел показать друзьям одну интересную достопримечательность нашего леса, но у него все не было подходящей возможности. А вот теперь эта возможность появилась.

– А!
– лесничий понимающе кивнул. Похоже, он знал, о чем идет речь.
– Тогда ладно.

– Итак, - начал Дамблдор, когда он вместе с мальчиками вступил в Запретный Лес, - вчера я так и не приступил к главной части нашего разговора. Думаю, что теперь для этого самое подходящее место и время. В общем, как вчера обмолвился Джеральд, я начну издалека. Как вы знаете, маггловский фольклор содержит различные сказания о чудесах, давным-давно происходивших на тех или иных землях. Это связано с тем, что множество лет назад, когда маггловская наука не была так сильна, да и вообще находилась еще в начальной стадии своего развития, волшебники и обычные люди жили вместе, бок о бок.

– Я слышал такую теорию, - заметил Рон.
– Или, вроде, даже где-то о ней читал.

– Похвально, что вас это интересует, мистер Уизли, но позвольте мне продолжить. Самым ярким примером удачного сосуществования двух, скажем так, цивилизаций, являлись Древний Египет, Древняя Греция, Римская Империя и другие древние государства. Магам в то время было очень просто занять достаточно высокое положение в обществе, хотя бы потому, что люди раньше были очень суеверны. Они считали, что каждое явление природы, их удача, да и весь мир зависят от благосклонности к ним богов. Я думаю, вы знаете, сколь обширен Греческий или Египетский Пантеон. Так вот, в древности, маги занимали место жрецов этих самых божеств, объясняя свои способности именно благосклонностью к ним того, кому они «служили». Собственно, это была придумка именно магов - дать определенной стихии или явлению свое божество. Удачная идея, не правда ли? Обычный человек не мог поступить в жреческую школу - там обучали только волшебников, «избранных богами». Так же как и на трон правителя не мог взойти посторонний - только член королевской семьи, который, чаще всего оказывался магом или же сквибом.

– Так вот почему жрецам и правителям раньше приписывали невероятную силу… - сказал Гарри.

Малфой же, успевший набить себе шишки на коленях, совершенно не знал, что ему делать: или сконцентрироваться на рассказе Дамблдора и через каждые два шага спотыкаться и падать, или же сосредоточить все свое внимание на покрытой многократно переплетенными корнями земле Запретного леса и тогда напрочь потерять нить разговора.

– Да и именно оттуда и пошло знаменитое право наследования, а так же система обучения юных волшебников, - продолжил директор.
– С мнением жрецов всегда считались, им верили и именно к ним в первую очередь обращались простые люди: рассудить, помочь в трудной ситуации, излечить кого-либо из родственников. Со временем, положение жрецов в обществе укреплялось, и они даже временами могли диктовать свою волю правителю. Род же государей постепенно мельчал от постоянных внутрисемейных браков, все слабее становились наследники, все меньше среди них было магов, и чаще они вообще погибали от болезней. Поэтому каждый правитель пытался сосредоточить в своих руках максимум возможной власти. В том числе и судебную власть - возможность самолично разбирать тяжбы своих граждан. А тут уже было не столь важно, кто прав, а кто виноват, и очень часто решение государя было… скажем так, не совсем справедливым. Простым людям это преподносилось, как маленькая ошибка их благородного правителя, который так устал от государственных дел, что не учел каких-то незначительных фактов. Народ, на первых порах с этим мирившийся, стал роптать. Ну и, конечно, даже жреческий суд - иная крайность - иногда тоже бывал не прав, вынося тот или иной вердикт. Именно тогда, на государственном совете, было предложено отделить судебные дела от дел государственных и жреческих. Именно так и появилась самая первая Триада.

– Триада?
– в один голос переспросили мальчики.

– Да. Трое магов, изначально не имевших принадлежности ни к свету, ни к тьме, призванные для того, чтобы справедливо решать судебные тяжбы. Это были трое самых уважаемых волшебников того времени, каждый из которых, в силу своего темперамента и магический силы, занявший определенное место. Эта система сохранилась и сейчас, где-то модернизируясь, а где-то остававшись такой же: обвинитель, защитник и беспристрастный судья, решающий кто прав, а кто виновен. До нашего времени дошло имя только судьи из первой Триады - это была слепая от рождения волшебница по имени Фемида. Она была очень мудрой женщиной, и ее авторитет среди магов и обычных людей был неоспорим. Так почему же именно три мага, а не два, четыре или, в конце концов, семь? Один - это верный способ ошибиться, два - крайности, из которых нужно выбирать, четыре и более - слишком много мнений, из которых сложно избрать единственно верное. Три - золотая середина, позволяющая взвесить факты и принять верное решение. В общем, идея Триады получила распространение и была признана очень удобной. Со временем же, ее стали использовать и в сражениях. Три мага - самостоятельная боевая единица, способная нанести порядочный урон противнику. Суть проблемы обнаружилась не сразу. Оказалось, что не всякие трое магов могут составить сплоченную команду, и не всякая Триада будет эффективна. Да и к тому же, если в «мирной», назовем это так, Триаде главенствующим был именно «судья», то в боевом варианте это должен был быть кто-то другой. Эти вопросы пытались разгадать многие ученые умы, но понять, и, что самое главное, просчитать, кто и когда составит Триаду, сумели только единицы. В последствии их стали называть «Знающими» или «Ведающими силу».

– Ну да, в «Черномагической Тактике» про Триады рассказывалось, - пожал плечами Малфой.
– Про то, что это могут быть, например, мастер чар, мастер защитных заклинаний и мастер атакующих заклинаний. Неужели об этом было так трудно догадаться?

– Увы, мистер Малфой, но даже на изобретение той несложной комбинации способностей, которую вы назвали, потребовалось около двухсот лет. Магами Триады могли стать только уникальные волшебники с исключительным умом и силой воли, а такие, к сожалению, часто в те времена погибали по воле обстоятельств, так и не исполнив своего предназначения. К тому же, маги Триады должны быть сплочены между собой и, что самое главное, доверять друг другу. Триада Волшебников - это даже не сложение магии всех ее членов, а перемножение, выход некий качественно новый уровень управления своей силой. А быть настолько открытыми друг с другом и достичь такого полного взаимопонимания, согласитесь, в состоянии не каждый.

– Что верно, то верно, - пробормотал Гарри.
– Такое редко встречается. Профессор, а сколько Триад может существовать в определенный период времени?

– Всего лишь одна.

– То есть как это?
– Рон от удивления замер на месте.
– А если таких магов… много?

– Сила будет дарована только тем, кто составляет действующую Триаду Магов. И перейти эта Сила к другим может только после смерти кого-то. Впрочем, я могу привести наглядный пример: допустим, существуют две триады, причем, маги из второй еще не подозревают о своем предназначении. И вот, происходит так, что один из магов первой Триады умирает. Предположим, это был волшебник со способностями к защитным чарам. Его Сила переходит к магу с такими же способностями из второй Триады. Умирает следующий - волшебник со способностью к атакующей магии. Опять же его Сила переходит к волшебнику с теми же способностями. И так, пока все трое волшебников второй Триады не получат свою Силу. Только после этого они могут объединить ее в единое целое и стать действующей Триадой. Светлой или Темной, как бы добавили ныне.

– А откуда все это вообще пошло? Разделение на светлых, темных и все прочее?
– спросил Рональд.

– Со времен средневековья и инквизиции, - вздохнул Альбус Дамблдор.
– Именно тогда и пошло разделение на два мира: магический и обычный. Осталась и сама мысль о том, что есть маги Светлые, а есть Темные, как, соответственно, и сама магия. В то время перестали считать, что все зависит от того, с чьей точки зрения посмотреть на ситуацию, что нет абсолютных Добра и Зла, что без Тьмы нет Света и без Света нет Тьмы. Тогда очень многое изменилось. Это было время катастрофических потерь в знаниях, накопленных столетиями. Множество заклятий было утеряно, множество ритуалов стали запретными. И. что самое странное, практически перестали появляться маги Триады. А все эти условности внезапно приобрели под собой реальную основу и стали вещественны, как никогда.