Чтение онлайн

– Ну вот, опять!
– прошипела правая голова.
– Посмотрит-посмотрит, позовет папочку с мамочкой и уйдет, а нам здесь торчать!

– Эй, а что ты за зверь такой?
– удивленно спросил мальчик.

– Вы, маги, называете нас «руноследами», - ответила средняя голова, мечтательно поглядывая на возможного хозяина.

– Постой, - правая снова вступила в разговор.
– Ты можешь нас понимать? Ты владеешь языком змей? Человек, просим тебя, забери нас отсюда! Здесь совершенно невозможно жить! И кормежка просто отвратительна! Мы тебе обещаем, что будем очень послушными и полезными!

Остальные головы согласно закивали. Поттер, не ожидавший такого развития событий, слегка ошалело кивнул и пошел за продавцом.

Змеиные головы, посовещавшись, все же решили, что волшебник их брать отказался. Каково же было их удивление, когда мальчик явился в сопровождение продавца, радостно причитавшего, что мол, наконец-то он избавится от этой твари. Остальные змеи, взбудораженные происходящим, с шипением метались по террариумам, упрашивая мага-змееуста купить и их.

– Не могу же я купить весь серпентарий сразу!
– наконец не выдержал Гарри.
– Если вы согласитесь подождать, то я, возможно, найду, куда вас пристроить.

Змеи согласно закивали, завистливо поглядывая в сторону руноследа, которого продавец дрожащими руками запаковывал в коробку.

– Вот уж не думал, что при жизни встречу змееуста, - пробормотал мужчина, вручая коробку со змеей Гарольду.
– Купите еще кого-нибудь, молодой человек?

– Какую-нибудь сову.

Но сову купить не получилось - птицы шарахались от него как от огня, взлетая на самые высокие жердочки и не желая спускаться. Драко, с тревогой поглядывая на странную коробку в руках Поттера, наблюдал за всем этим форменным безобразием.

– В таком случае я могу посоветовать вам купить, скажем, ворона, - произнес продавец, отводя юного волшебника в отдел с другими птицами.
– Они отлично дрессируются - ничуть не хуже, а, возможно, и лучше сов.

– Или можно купить авгурия, - тихо хмыкнул Рон, выбравший себе маленького бодро посвистывающего совенка.
– Будет личный предсказатель погоды.

– Еще не хватало потом от его воплей просыпаться, - отрезал Малфой-младший. У него на плече, настороженно ухая, сидел большой черный филин.

– Или смертестона, - продолжал Рон.
– Или сниждета…

– Сниджета Поттер не купит - он квиддич ненавидит.

Тем временем, вместе с продавцом вернулся страшно довольный Поттер.

– Ну, кого купил?

Тот, загадочно ухмыльнувшись, приоткрыл крышку верхней коробки. Прямо на Малфоя и Уизли оттуда вылетел огромный черный ворон, оглашая мрачным карканьем магазин. В совятне раздалось перепуганное уханье.

– Это кейнерил - одно из магических созданий, - произнес Гарри.
– Видите, у него клюв, когти и часть перьев сделаны из облеченного металла?

– Ага, а глаза красные, - поежился Драко.
– И этот ужас ты будешь использовать, как почтовую птицу? Ты свихнулся!

– А я слышал, - влез Уизли, - перья кейнерила нужны для каких-то зелий…

– Только попробуйте его ощипать - без пальцев останетесь, - предупредил Гарольд. Кейнерил утвердительно щелкнул клювом.

– Запомните, молодой человек, - напутствовал продавец, - кейнерила в совятне держать нельзя!

– А что у тебя во второй коробке?
– вдруг поинтересовался Рональд.

– Это сюрприз. Узнаете первого сентября, - буркнул мальчик, с большим трудом загоняя кейнерила обратно в коробку.

Чуть позже, в канцелярском магазине, окончательно смирившись с потерей денег, друзья накупили дорогих самопишущих перьев для конспектирования лекций. Рон уверял, что деньги окупятся с лихвой.

В общем, к магазину «Все для зелий» они подошли часа полтора спустя, где их отчитал Снейп и тут же разругался с Гарри Поттером, которого до белого каления доводили любые сравнения с его отцом.

Рон, войдя в магазин, так и замер на пороге, восхищенно глазея по сторонам.

– С ним всегда так, - пояснил Драко в ответ на немой вопрос своего крестного.
– Каждый раз, когда проходим мимо какого-нибудь магазина, специализирующегося на зельях, у Рыжего ступор приключается. От восхищения. Это тоже, своего рода, традиция.

Недовольно поглядывая на зельевара, Гарольд первым занялся закупкой ингредиентов, котлов и прочих принадлежностей, постоянно сверяясь со списком. За ним последовал и Малфой, тратясь, к тому же, и на Рона. Удивленный Снейп поинтересовался, в чем дело. После объяснений он долго не мог придумать, что же ему делать: обругать крестника как следует или же посочувствовать ему.

* * *

Чуть меньше месяца, оставшиеся до первого сентября, проходили под девизом «узнать все». Трое друзей с упоением погрузились в учебники, и под постоянные комментарии Поттера потихоньку начали самостоятельно осваивать программу. Вскоре к этому делу подключился Северус Снейп, который в школу должен был отправиться только тридцать первого августа. Поттера к тому же почти «забрасывал» своими письмами его крестный, обеспокоенный происходящим. Узнав, где находится Гарри, Ремус Люпин было собирался лично нагрянуть в Малфой-Мэнор, чтобы вызволить из «гнусных темномагических лап» своего крестника. Одному Мерлину известно, каких трудов стоило Гарольду и его матери отговорить Люпина от этого. В результате оборотень все-таки отказался от своей идеи, поставив условие: крестник ему будет постоянно писать - что у Малфоев, что в Хогвартсе.

Занятия со Снейпом были, несомненно, увлекательными, если бы не одно большое «но»: он постоянно ругался с Поттером так, что оба срывали голос в бесконечных перепалках по совершенно пустяковым поводам. Снейп ненавидел Джеймса Поттера, и, как следствие обоих его сыновей. Гарольда очень раздражало, что его судили по его родителям, о чем он регулярно высказывался. Все это крайне раздражало и огорчало Малфоя-младшего, который никак не желал разрываться на две части, как и выбирать кого-то одного. Снейп был его крестным, и Драко уважал его, пожалуй, не меньше, чем отца. Гарольд был лучшим, и, что не маловажно, первым другом, и расставаться с ним не хотелось.

Самое же странное, что после каждого такого «скандала» Гарри уходил к себе в комнату и запирался там, появляясь только ближе к ужину. Чем он там занимался, Малфою-младшему было неизвестно и очень его интересовало.

Все точки над i были расставлены в двадцатых числах августа, когда зельевар и Поттер-младший опять разругались, чуть не доведя дело до настоящей, серьезной дуэли. Сам Драко при этом не присутствовал, но позже с огромным удивлением и облегчением заметил, что крестный и его лучший друг не только помирились, но даже прониклись некими положительными чувствами друг к другу. Как это произошло, и с чем было связано, никто не знал. Рон предполагал, что и Гарри и Северус просто сошлись в своей взаимной неприязни к Джеймсу Поттеру. Но все его домыслы сопровождались непрерывным потоком смеха, поэтому всерьез их Малфой не принимал.