Темные Волшебники. Часть первая. Триада
Шрифт:
Чем Поттер занимался в своей комнате, выяснилось в ночь на первое сентября. Малфой-младший, отправившийся спать после прогулки на свежем воздухе только ближе к часу ночи, был крайне удивлен, заметив в окнах Поттера свет. Поскольку комнаты их находились напротив, Драко решил заглянуть к своему другу.
Войдя в комнату, он был оглушен каким-то металлическим грохотом и лязгом, и первые две минуты потратил на то, чтобы прийти в себя. Старательно зажимая уши, надеясь их уберечь от невыносимого шума, Малфой огляделся.
Комната Поттера ему даже нравилась больше, чем своя: в ней не было обилия зелени, серебра, змей и гербовых знаков рода Малфоев. Все было устроено просто и со вкусом - небольшая комната, декоративный камин, светло-бежевый ковер, мебель темного дерева. Единственной по-настоящему роскошной вещью в комнате была огромная кровать с балдахином, на которой и лежал Гарольд, рассеянно помахивая рукой в такт этому невообразимому металлическому гвалту. Задумчиво посмотрев сторону двери, он заметил своего друга. В комнате мгновенно стало тихо.
– Что-то случилось?
– поинтересовался Поттер.
– Да нет, просто мимо проходил…
– Что-то поздновато для прогулок.
– И для прослушивания этого «нечто».
– Любовью к маггловской музыке я от Дадли заразился. Он от тяжелого рока и металла просто с ума сходит.
– Тут точно с ума сойдешь… Так как ты умудряешься слушать этот ужас? Маггловские проигрыватели тут не работают.
– Ты думаешь, что только у тебя одного есть волшебная музыкальная шкатулка?
– Потратить такую замечательную вещь на такую отвратительную музыку, если это вообще можно музыкой назвать!
– Я, между прочим, под нее расслабляюсь. Не всем же твою флейту слушать. Знаешь, Драко, шел бы ты спать - завтра у нас великий день, - мечтательно произнес Гарри.
– Ага, великий… Спокойной ночи, Поттер.
Глава 9. Хогвартс. Первый курс
Утро первого сентября ознаменовало свой приход легкой моросью и холодным ветром. Однако без пяти минут студентов школы Хогвартс, а именно - Гарри Поттера и Драко Малфоя это волновало меньше всего.
Большие старинные часы, висевшие над камином, показывали половину одиннадцатого, а Люциуса Малфоя, который пожелал самолично отправить сына в школу, до сих пор не было. Миссис Малфой, решив в сотый раз проверить, все ли взял с собой ее сын, распотрошила его школьный чемодан и стала заново укладывать вещи.
Драко, так толком и не проснувшийся, носился по дому вслед за матерью, отговаривая ее класть в чемодан «еще один свитерок». За всем этим утренним безобразием наблюдал сидевший на нижних ступеньках лестницы Гарри, то и дело тоскливо поглядывающий на часы.
Когда же мимо него в очередной раз, перепрыгивая через ступеньки, буквально взлетел по лестнице Малфой-младший вместе с левитируемой им чашкой кофе, и, не рассчитав траекторию движения, снес по дороге вещи Поттера, тот не выдержал:
– Хватит!
Малфой, резко затормозивший перед другом и, оказавшийся облитым собственным кофе, с недовольным видом устроился на одной из ступенек рядом с Поттером. Хорошенько поразмыслив, он налил себе еще бодрящего напитка в чашку из стоящего неподалеку кофейника.
– Спать хочу, - коротко прокомментировал Драко произошедшее.
– Нечего было вчера ночные променады устраивать!
– рявкнул в ответ Гарольд, пытаясь отловить своего птицеобразного питомца-кейнерила, вылетевшего из клетки.
– Ты вообще под ноги смотришь, или нет? Сколько я Ракшаса вчера в клетку загонял, а теперь, спасибо тебе, все по-новой!
– Да ну тебя, Поттер. Я же не виноват, что у меня распорядок дня такой - я в одиннадцать в лучшем случае только просыпаюсь.
– Тебя послушать, так ты ни в чем не виноват. Прямо чистый ангел, Мерлин и Моргана!
– буркнул в ответ друг.
– А ну живо в клетку! Это я не тебе, Малфой.
– Да уже понял.
Мальчик с улыбкой наблюдал, как происходит очередное «столкновение характеров» Поттера и его птички. Победил, к сожалению для Ракшаса, Гарольд. Вследствие чего, оглашая особняк своими возмущенными воплями, кейнерил заметался по клетке.
– «Петрификус Тоталус» на него наложи, - посоветовал Драко.
– Я что, садист?
– Ага.
– Вот сейчас как выпущу его в вашу совятню…и пойдут клочки по закоулочкам.
– Ну, я же говорил.
– Главный садист - твой отец, который черт знает, где мотается, а мы тут его ждать вынуждены! Кстати, а почему мы его ждем? Уже без пятнадцати одиннадцать! Можно было бы портал создать….
– Ты совсем с ума сошел? Какой портал с таким количеством вещей? Это же надо будет на них какие-то чары накладывать еще…
– Вот я и говорю - все из-за твоего папаши.
– В сотый раз объясняю: возжелав почувствовать на себе тяжкое бремя отцовства, Люциус Малфой захотел лично понаблюдать за отбытием сына в школу… только вот еще немного - и никакого отбытия не будет.
– Мерлинова борода! Почему нельзя бы просто дать нам портал и наложить на чемоданы все необходимые заклинания?
– Говорю же - захотелось бремя отцовства ощутить.
– А я уже ощутил бремя пунктуальности. Нет, чем он думает? Считает, что из-за нас будут поезд задерживать?
– Понятия не имею, но если мама еще раз захочет перепроверить содержимое моего чемодана, я точно свихнусь.
К концу этого разговора из камина вышел Люциус Малфой.
– Надеюсь, вы уже собрали вещи?
– спросил он таким тоном, будто это мальчики были виноваты в том, что они могут опоздать на поезд.
– Да, отец, - покорно пробормотал Малфой-младший.
– Сейчас вы пройдете камином на вокзал «Кинг Кросс». Не забудьте взять тележки для чемоданов.
Кое-как, удерживая в руках и чемодан, и клетку с птицей, а у Поттера была еще и сомнительного вида коробка, оба мальчика шагнули во вспыхнувший зеленым огонь.
Через две минуты они, нетерпеливо оглядываясь на медленно и чинно идущих Малфоев-старших, отвезли тележки к разделительному барьеру между платформами девять и десять. Там их окликнул хмурый Рон Уизли, вырвавшийся из объятий матери.
А рядом с семейством Уизлей стояли и Поттеры.
– Черт, - тихо пробормотал Гарольд, никак не желавший встречаться с братом и родителями. Его они, вроде бы, пока не заметили.
– Давайте быстрее, - зашипел Рональд, - иначе меня никуда не отпустят!