Чтение онлайн

— Не знаю, может, тридцать первого… у них сейчас работы много в Аврориате.

— А тридцатого вечером мои родители приезжают, вот тогда я им это разрешение на подпись и дам! — просиял Рон, вспомнив о том, что такой же пергамент лежит дома у него на столе.

— Я сомневаюсь, что они тебе его подпишут, когда узнают о сегодняшнем, — многозначительно протянул его старший брат.

— Перси, не говори ерунды!

— Скорее всего, мама устроит тебе грандиозный скандал и строго-настрого запретит вообще из замка выходить куда-либо. Она, когда узнала о побеге Лестранжей, именно так поступить и хотела. Я имею в виду — веем нам запретить выходить за территорию замка. А если я ей еще скажу, что вы с Поттером…

— Перси, ну что ты за гад такой! — буркнул Рональд.

— Я не гад, а твой старший брат, который, ко всему прочему, должен еще и заботится о тебе. Хвала Мерлину, что ты не в Гриффиндоре учишься — мне не надо этим весь учебный год заниматься, и голова болит у Мальсибьера с Лестранж.

— Да ну тебя, — расстроился его брат. — Все, не видать мне Хогсмида, как своих ушей…

— Ладно, Рон, не беспокойся, придумаем что-нибудь, — с многозначительным выражением лица произнес Гарри.

— Только этого еще не хватало! — в притворном ужасе воскликнул Люпин. — Знаю я, чем ваши идеи заканчиваются, — со смехом закончил он.

— Проблемами для всех, кроме них самих, — вторил ему Перси.

* * *

Последние дни до начала нового учебного года прошли незаметно, не оставив за собой никаких особенно интересных воспоминаний. В относительный порядок наконец-то привели многострадальную кухню Норы. Двадцать девятого августа приехали от родственников подозрительно веселые Дурсли, поэтому во второй половине дня Дадли был отправлен домой (опять-таки не без помощи Перси и его знакомых в Министерстве Магии). Близнецы даже вручили напоследок Дурслю-младшему коробочку с конфетами. Однако если судить по тому, как все трое при этом перемигивались, можно было понять, что тут даже теми «кровь-из-носа» конфетками дело не ограничится.

На следующий день приехали родители Рона вместе с Джинни. Последняя даже не пыталась изобразить на лице хоть какое-то удовольствие от поездки. Мрачно зыркнув на братьев, она ушла в свою комнату и сидела там до ужина. Перси, который пытался с ней заговорить, оставалось только удивленно покачать головой. Но ему и так было чем заняться и без утешения своей младшей сестры. Поскольку о поведении сыновей старшие Уизли узнали почти сразу, Молли не преминула устроить им разнос. И сколько бы Артур ее не уговаривал «Дорогая, ну они же дети еще. Молодые… станут постарше — поймут, спокойнее станут…», она настаивала на своем. И особенно ее «огорчил» Рон, за которого Перси, вопреки его словам, пришлось-таки заступаться и буквально вытребовать для младшего брата разрешение на поход в Хогсмид.

Рональд этого героического поступка не оценил — он решил заказать книги по зельям по почте, и теперь вот нервничал, ожидая ответное послание от Сорвина вместе с нужными учебниками. Однако ответа с Кейнерилом (а именно его и решили послать — сова Рона грузы такого объема и тяжести носить не могла) все не было, и Уизли уже готов был на стенку лезть от нетерпения. И именно в таком состоянии, приправленным еще и постоянным надзором проходу ему не дающей из-за своего беспокойства Молли, первого сентября он отправился на платформу 9 и ѕ. Гарри Поттер, так же как и его друг, пострадавший от заботы Молли Уизли, нашел утешение в «Черномагической Тактике», до чтения которой дошла его очередь. Так что теперь, пока Рон стоически выслушивал наставления матери, Гарри преспокойно читал вышеозначенную книгу, обложку которой предусмотрительный Рональд заколдовал как «Вспомогательное пособие по трансфигурации для учеников».

На платформе, как обычно, была уйма народу. Студенты спешили прочь из слишком затянувшихся родительских объятий, чтобы забраться в поезд, занять места и снова окунуться в ту самостоятельную, взрослую жизнь, которой они жили в Хогвартсе. Те же самые родители утирали платками выступившие слезы, и, когда их дети высовывались из окон, чтобы махнуть на прощание рукой, начинали переспрашивать, ничего ли те не забыли. Зорким аврорским оком обозревали платформу стражи магического порядка, которых Аврориат направил сюда в целях безопасности студентов. По слухам, именно для авроров, которые должны будут сопровождать учеников во время всей поездки до школы, прицепили вон тот последний вагон темно-серого цвета…

— Да где же Малфой, Моргана его побери? — бурчал Рон, оглядывая в толпу с высоты своего отнюдь не маленького роста.

— … и ведите себя прилично! — закончила миссис Уизли. — Как жаль, что Рон учится не в Гриффиндоре — мне было бы гораздо спокойнее, если бы он находился под твоим надзором, Перси.

— Ну, знаешь, мам, только этого мне еще не хватало! — поморщился тот. — К тому же Дерек Мальсибьер и Катрин Лестранж тоже неплохо справляются со своими организаторско — воспитательными обязанностями.

— Но ты гораздо ответственнее! Я знаю, Перси! Иначе тебя бы не выбрали старостой школы!

— Мама!

— Его выбрали старостой школы? — в один голос воскликнули Фред и Джордж. — Уму не постижимо! Нам конец!

— И почему же Персик нам ничего не сказал? — наигранно-радостно продолжил Фред. — Хотел сюрприз сделать? Теперь у тебя будет вполне правдоподобная отговорка для твоих прогулок со своей милой Пенни: «Я должен немедленно отбыть к пустому классу чар по очень важным и не терпящим отлагательств делам школы. Естественно, меня будет сопровождать моя напарница — Пенелопа Кристалл…».

— Между прочим, вторая староста — Катрин Лестранж! — вскипел Перси.

— А вот теперь я с уверенностью могу сказать, что непоздоровится именно нам, — хмыкнул Рон, — потому что Мальсибьер теперь покоя никому не даст — его Като где-то пропадает вместе с Перси Уизли… катастрофа.

— До отправки поезда осталось десть минут, — напомнил Гарри. — Мы так и будем тут стоять или все-таки по вагонам разойдемся?

Старшие Уизли, утерев на лице скупые слезы, отошли к барьеру между платформами, собираясь оттуда наблюдать за отбытием «Хогвартс-Экспресса». Фред, Джордж и Перси, в компании с привычно-хмурой Джинни, направились к концу поезда — похоже, все последние вагоны заняли гриффиндорцы. Рон и Гарри, напротив, отправились к первым вагонам. На одном из которых какой-то шутник, не обремененный художественными дарованиями, намалевал огромную зеленую змею с выпученными глазами и высунутым языком. Внизу была надпись: «Место слизней и аспидов». Как назло, рисунок был сделан на третьем вагоне. С сосредоточенным выражением лица эти художества разглядывали Дерек Мальсибьер, стоявший на платформе, и, видимо, желавший получить впечатление от рисунка «издалека», а так же Маркус Флинт, не нашедший ничего лучше, как высунуться из окна купе.

— Руки бы поотрывал, — мрачно прокомментировал Дерек.

— И палочку сломать, — жизнерадостно добавил Флинт.

— И Перси Уизли в нос дать заодно, — продолжил размышлять вслух староста Слизерина.

— А ему-то за что? — спросил Рон. — Он же в этом не участвовал — стоял рядом с нами, объяснял близнецам, что его старостой школы назначили. Они ему еще не верили и придуривались…

— Погоди-ка, кем его назначили? — подозрительно переспросил Мальсибьер.

— Старостой, — простодушно сказал Рон. — Ой, так ты не в курсе? А я думал, что Катрин должна…

— Что именно Катрин вам опять должна? — рядом с наполовину высунувшимся из окна Флинтом появилась Лестранж-младшая. — Вы вообще в курсе, мальчики, что есть одна замечательная поговорка: «Слизеринец никому ничего не должен — это все ему должны».

— Рон, ты сделал большую глупость, — сообщил другу Гарри.

Тот вжал голову в плечи.

— Я только что узнал, что твоего ненаглядного Персика назначили старостой школы, — мрачно произнес Дерек.

— Рон, ты — труп, — серьезно сказала Катрин и скрылась. Хлопнула дверь купе.