Чтение онлайн

Малфой, у которого уже вошло в привычку теребить свой амулет во время глубокой задумчивости, тоже мыслями находился далеко от Хогсмида и того, что они втроем собирались провернуть. С одной стороны сбивал с толку неизвестно с чего погрустневший Уизли, которому, как самому «семейному» и «домашнему» из их компании, захотелось вдруг в Нору. С другой стороны на нервы излишне действовал бодрый снаружи, но тоже какой-то нерадостный внутри Поттер. Уж от него хандры на Рождество никто не ожидал. Впрочем, он, как всегда, играл в молчанку и, как и любой грамотный командир, даже виду не подавал что что-то не так. Самого же Драко больше всего беспокоила сложившаяся у него дома ситуация. Причин было несколько, и главной из них была Беллатрис Лестранж (успевшая, как выяснилось, стать его личным боггартом), готовая на все, чтобы выполнить свой священный долг и вернуть к жизни Лорда. Та же тетя Белла, которую мать расписывала самыми радужными красками и забыла упомянуть лишь об одной маленькой детальке. Та же Беллатрис, которая буквально до изнеможения доводила своим постоянным надзором и комментариями по поводу каждого его действия, и одновременно могла быть лучшей тетушкой, которая только могла быть на свете. А еще был отец, от чего-то отступивший от своего обычного принципа невмешательства при воспитании сына и старательно не допускавший в течение того же лета какого-либо влияния Беллатрис на Драко. Третьей проблемой, свалившейся на голову юного Малфоя, были слизеринцы-старшекурсники, которых пару раз зачем-то приглашали в Малфой-мэнор. Неприятные раздумья о том, что вся эта буйная компания затевает что-то крайне нехорошее, не покидали мыслей Малфоя-младшего. Они что, в одиночку, из чистого упорства собираются змеей проскользнуть в планы старших и урвать себе кусочек выгоды, при этом основательно подпортив исполнение этих самых планов? Или дела обстоят с точностью до наоборот?

Стоило бы на этот счет поговорить с Дамблдором, но когда была такая возможность, он просто не решился высказаться. Сказать крестному? Так тот опять прикажет не совать нос в чужие дела и постарается лишить крестника возможности долго и мучительно размышлять на такие опасные темы. Например, нагрузив какой-нибудь работой. С друзьями же все было проще и сложнее одновременно. Поттеру Драко уже и так высказал все, что можно. Если ему, не дай Мерлин, лишнего ляпнуть — весь замок на уши поднимет с его-то жаждой действия. Уизли — это вообще что-то с чем-то. Будет молчать до последнего и сыпать язвительными комментариями, пока тот же Поттер не слышит, а потом выяснится, что он к абсолютно таким же умозаключениям пришел уже давно.

— Ну-с, мы пришли? И что надо делать теперь? — спросил Рональд, прохаживаясь мимо стены напротив входа в туалет, где год назад появлялись надписи о жертвах «Наследника Слизерина».

— Сейчас посмотрим, — Гарольд, в поисках подсказок к действию, посмотрел на Карту.

Однако помощь творения Мародеров им не понадобилась. Пара факелов на стене синхронно повернулась, и перед мальчиками открылся проход с уходящей куда-то вниз каменной лестницей. Из темноты поднимались усталые, но отчего-то очень счастливые Катрин Лестранж и Дерек Мальсибьер, неизвестно где умудрившиеся перемазаться в грязи по самое «не хочу».

О чем-то тихо между собой говорившие старосты наконец-то заметили столбом стоявших посреди коридора третьекурсников и соизволили обратить на них свое царственное внимание.

— Что вы тут делаете? — оторопело спросил Дерек.

— Замок обследуем, — пожал плечами Поттер, сделавший вид, что ничего нового для себя он не увидел. И что с того, если из прохода, о котором, в теории, никто знать не мог, выбрались двое перемазанных в земле старшекурсников? Права распоряжаться свободным временем у старост Слизерина никто не отнимал и вряд ли вообще посмеет это сделать. А так же права совать свой нос во все щели в замке. Не одни Джеймс Поттер и Сириус Блэк могли обладать буквально-таки даром находить секретные ходы.

— А…. ну молодцы.

— Так ход до Гремучей ивы не завален? — невинно поинтересовался Рон.

— Ход? До Гремучей ивы? — Лестранж удивленно подняла брови, явно не вникнув сразу в суть вопроса. — Не… то есть, я хотела сказать, мы с самого утра тут копаемся — расчищаем. А так, вообще-то, да, он был завален. Там такая уйма камней навалена — не протиснуться. Хотя, постойте-ка, откуда вы про него узнали? И о том, куда он ведет?

— Так, краем уха интересную вещь услышал, — безмятежно заявил Гарольд. — А вам он зачем? Неужели из замка больше ходов нет?

— Есть, — после секундной борьбы с собой, сообщил Дерек. — Но хорошо ведь в запасе иметь еще один? На всякий случай. Хотя, конечно, то, что он ведет к Гремучей иве, осложняет ситуацию. Надо ведь мимо нее еще как-то прошмыгнуть…

— А с этими дементорами вообще все наперекосяк, — разоткровенничалась вдруг Катрин. — Ведь как будто назло — последний год в школе, и не погулять нормально! Где это видано? Да мы раньше из замка сбегали, чуть ли не каждый вечер! И, кстати, как раз начиная с третьего курса.

— Хочешь сказать, у вас не было официального разрешение на походы в Хогсмид? — с видом «не надо делать из меня дурака» Малфой насмешливо улыбнулся.

— Эх, Малфой, ничего ты не понимаешь! — Дерек покровительственно хлопнул его по плечу. — Идти вместе со всеми, да еще и под чьим-то присмотром — разве это не скукота? Где тут романтика? Где адреналин в крови? Вот другое дело, когда после отбоя чуть ли не половиной своего курса слинять из спальни и по-тихому прогуляться до Кабаньей Головы.

— Этот оболтус нарочно свое разрешение на походы в Хогсмид потерял, — доверительно сообщила Като, — только чтобы вместе со всеми не ходить.

— А ты и так не ходила — такое лицо сразу делала, что все желание с тобой разговаривать даже у Снейпа сразу отпадало.

Рон коротко хмыкнул и покосился на стену-проход, мгновенно закрывшуюся, как только двое старшекурсников оказались в коридоре. Мальсибьер перехватил его взгляд и покачал головой. Уизли на это с наигранным недоумением приподнял брови. Катрин, для которой, как ни странно, смысл этой пантомимы, как и для Поттера с Малфоем, остался неизвестен, поморщилась.

— Ладно. Пожалуй, пора расходиться, — натянуто произнес Рональд. — Мы лучше пойдем, поищем еще каких-нибудь неприятностей на свои головы.

— Ну-ну, это у вас-то могут быть неприятности? Сомневаюсь, — дружелюбно фыркнул Дерек и, подхватив свою подругу под локоть, скрылся за поворотом.

— Кто-нибудь мне объяснит, что это было? — выждав для порядка пару минут, спросил Драко.

— То, о чем ты подумал, — коротко бросил Уизли.

Ну, и кто теперь сможет обвинить Драко Малфоя в неправильных выводах? Для полноты картины не доставало только холодного прищура Поттера, после которого тот планомерно начал бы разносить замок по кирпичику.

— Тогда пойдемте к тому зеркалу на пятом этаже, — вздохнул Малфой-младший. — Что с Картой?

Гарри извлек из кармана пергамент.

— «Торжественно клянусь, что замышляю только шалость», — скучающим тоном произнес он, проводя палочкой над пергаментом. На поверхности пергамента возникла надпись-приветствие от создателей Карты Мародеров.

Гарри поморщился.

— Можно это все убрать, если тебя так раздражает, — заметил Рон.

— Ага, можно, как же! Тогда и всю магию Карты переломаем к Мерлиновой бабушке! — зло усмехнулся тот. — К сожалению, в трансфигурации и чарах мой отец разбирался очень даже неплохо, а уж в компании с Блэком и Ремусом они могли сотворить нечто такое, о чем наш самоуверенный Мальсибьер и мечтать не мог. Да и надо ли нам в Карте копаться?

— Я не говорю, что надо, — пожал плечами Рональд. — Просто если тебе неприятно…

— Приятно мне, неприятно… какая разница? Главное, что работает она преотлично. Так, мы в Хогсмид сегодня пойдем или вы уже успели передумать?

— Ничего мы не передумали, — вздохнул Малфой. — Идем на пятый этаж.

Все-таки с выводами он ошибся. Слегка. Но даже из-за этого им с Уизли в скором времени стоит ожидать каких-нибудь мелких гадостей в исполнении «Жуткого брата Джереми Поттера». Что поделать, Гарольд терпеть не мог, когда что-нибудь делали у него «за спиной». Даже если и большую часть этих самых замыслов выложили ему на блюдечке с голубой каемочкой.