Чтение онлайн

Мальчики решили в Зал Лестниц не соваться, а, поскольку благодаря Карте Мародеров они обнаружили очень удобный проход между вторым и пятым этажами, дорога до еще одного тайного выхода из замка обещала быть не такой уж и длинной.

— В магию, наложенную на Карту, вообще лезть не стоит — попытаемся хоть что-нибудь поменять, как она перестанет действовать, — продолжил Гарри.

— С точки зрения сохранения авторских прав, это, конечно, очень здравая мысль — всю наложенную магию замкнуть на саму же себя, — рассуждал Уизли, всерьез заинтересовавшись устройством их нового и вполне удачного «приобретения». — Но если посмотреть с другой стороны, выходит крайне неудобно. А что если обнаружатся новые ходы, и их понадобится добавить на Карту?

— Я же сказал, Карта Мародеров меняется вместе с замком!

— Да причем тут это? Я имел в виду другое: твой отец с друзьями нанесли на Карту только те ходы, о которых им было известно. Они вполне могли по незнанию что-нибудь пропустить, или же нарочно не нанести на пергамент какой-нибудь потайной ход.

— Я вообще удивляюсь, как им позволили такую Карту создать, — влез Малфой. — Если она напрямую связана с замком, то Мародеры должны были как-то взломать защиту Хогвартса или лазейки в ней найти — невозможно создать нечто подобное в обход защитных чар.

— Ребята, а кто, по-вашему, контролирует защитные чары школы? — ехидно осведомился Гарольд, поднимаясь вверх по очередной лестнице. Впереди уже виднелась оборотная сторона какого-то портрета, скрывавшего этот проход на пятый этаж от любопытных глаз.

— Хочешь сказать, что с Картой им помог Дамблдор? — удивился Рон.

— Помог он или не помог, я точно не знаю. Но я уверен, что директор, как минимум, поспособствовал тому, чтобы защита Хогвартса «не заметила» подобного вторжения. Ну, или никого кроме него самого об этом не оповестила.

— Ах да, вся эта «мародерская кампания» у Дамблдора находилась на особом положении, — поморщился Малфой-младший.

— Да они и сами чуть ли не ниц перед ним падали, — пожал плечами Гарольд, скептически оглядывая огромное зеркало в бронзовой оправе с каким-то цветочно-растительным узором.

— Прямо так и падали! — фыркнул Рон, присоединяясь к изучению зеркала на предмет каких-либо чар. — Ты же сам рассказывал, что Блэк с твоим отцом не слишком-то почтительно к нему относятся…

— Это когда собираются все вместе, да еще и Грюм в придачу где-нибудь неподалеку ошивается. Тогда, конечно, да — можно и поязвить, и похмыкать с пренебрежительным видом. Но вот едва лишь оказываются с Дамблдором даже если не один на один, то без внушительного дружеского эскорта, — на лице Поттера вспыхнула злорадная ухмылка, — готовы по первому же его приказу сделать что угодно, да еще и ботинки оближут. Только все равно, какие бы они рожи самодостаточные не корчили, стоит лишь чему-нибудь случиться, и у кабинета Дамблдора выстраивается очередь желающих получить его совет и четкий план действий.

— Мне, конечно, твоя осведомленность в директорских делах очень нравится, но может, вернемся к тому, как нам выбраться из замка? Если ты не в курсе, я — единственный из нас троих, кто еще не был в Хогсмиде, — сказал Драко.

— Какое упущение! — фыркнул Рон. — Уверяю, делать там практически нечего — в Зонко заглянуть, посидеть в Трех Метлах… Да и все, пожалуй…

— А Сладкое Королевство?

— Ах да, для тебя, сластены, еще и Сладкое Королевство есть.

— Apertio! — произнес Гарри, направив волшебную палочку на поверхность зеркала.

— А почему не «алохаморой»? — запоздало спросил Малфой-младший, наблюдая, как зеркальная поверхность растворяется прямо у них на глазах.

— Если бы все тайные проходы замка открывались обычной «алохаморой», они бы давно перестали быть таковыми, — проворчал тот в ответ и шагнул вперед.

Проход в Хогсмид, как и все иные ходы, начинался не слишком просторным каменным коридором. Однако вскоре он перешел в совсем уж узенький земляной коридор, в котором идти можно было вообще по одному. Первым, естественно, шел Поттер, освещая своим друзьям путь, и заодно поглядывая на Карту — то, что зеркало снова приняло свой обычный вид, еще ничего не говорило о том, что за ними не мог кто-либо последовать. Рон, шедший следом, увлеченно разглядывал стены и потолок хода, с которых свисали корни различных растений, ушедших в зимний «сон». Малфою развлечь себя было нечем, поэтому он предпочел доставать расспросами друзей.

— Я уже начинаю жалеть, что у нас нет дуэльных занятий с моим крестным, — протянул он в ответ на очередной вопрос Рона, долго ли им еще идти. — Да еще и Люпин чем-то занят и не может нас тренировать… скукота.

— А кто это в начале года выл и стенал, что уроков слишком много? — ехидно спросил Уизли.

— Ты! А я был вовсе даже не против. Кстати, Уизли, а чего это ты с нами к Люпину-то не ходил?

— Да ну, не до того мне было. Действительно жалко, что дуэльных уроков нет, но мне, знаешь ли, и алхимии хватает. Тебе, между прочим, никуда особенно ходить не надо, да еще и уроков дополнительных себе мало взял… прямо не жизнь, а малина!

— Это я никуда не хожу? А Флитвик?

— Что «Флитвик»?

— Знаешь, какие мне он задания дает?

— Ну, скажешь тоже! — Рон закатил глаза. — Нашел чем пугать… Э! Кстати, а кто-нибудь с собой деньги взял? У меня одна мелочь осталась. Гарри, ты, вроде, в последний раз недели две назад в Гринготтс писал, чтобы они со счета сняли деньги. Осталось что-нибудь?

— Осталось. Причем Малфою хватит на то, чтобы все Сладкое Королевство скупить.

— Да что вы ко мне с этим Сладким Королевством прицепились? Будто я один сладкое люблю.… Слушайте, вы тут про Гринготтс заговорили, а мне на днях оттуда извещение пришло, что Сорвин осколки вернул обратно. Я не совсем понимаю ситуацию. Он что, в наше хранилище умудрился как-то залезть?

— Не он умудрился, а гоблины его туда чуть ли не с почестями сопроводили, — ответил Гарольд. — Им с Дамблдором летом несколько осколков Еиналеж понадобилось, вот они и взяли.

— А с какой такой радости Сорвин в наше хранилище как к себе домой захаживает? — напрягся Драко.

— А ты, что, не знаешь? — Уизли поднял брови. — Он совладелец Гринготтса!

— Совладелец? Ты с какого дерева упал, рыжий? Гринготтс — гоблинский банк. И владельцы у него тоже гоблины.

— Это ты, похоже, с Гремучей ивы навернулся. Вспомни, когда его основали.

— Ну и что?

— А то, что Сорвин, во-первых, сделал самый первый и самый крупный вклад, а, во-вторых, тогдашнее правительство поставило гоблинам условие: одним из совладельцев банка, имеющий равную долю и права с остальными, обязательно должен быть представитель Министерства.

— После восстания гоблинов маги держали ухо востро и хотели держать под контролем все их дела, — пожал плечами Поттер в ответ на удивленный хмык Малфоя-младшего.

— Только Сорвин представителем Министерства Магии пробыл недолго. Они там что-то с Министром не поделили, и он оттуда ушел. Гоблины, естественно, только рады были, — продолжил Уизли.

— Интересно, что же они его оставили совладельцем Гринготтса?

— Да видимо нашел, чем их прельстить.

— Дамблдор говорил, что Сорвин один из «Знающих», а таких магов во все времена очень и очень уважали отнюдь не только за титул. Не удивительно, что в Министерстве Магии предпочли этот инцидент замять, и даже вроде как пытались его вернуть обратно. Ну и конечно, как только представилась такая возможность, гоблины в него мертвой хваткой вцепились.

— М-да, интересно выходит.… А Сорвин очень хорошо устроился: сидит себе, книжками раритетными приторговывает, а у самого огромные деньги на счет капают. Так вот что имел в виду отец, когда в прошлом году они с Сорвиным поругались…