Чтение онлайн

Она посмотрела на него и подала руку.

— Да, милорд.

— Джоанна, я думаю, теперь нет нужды называть меня исключительно милордом. Гримстон, или даже Джордж, если тебе будет угодно, — добавил он с иронией.

Она изумленно посмотрела на него. Называть его по имени… сама эта мысль была столь невероятна, что переворачивала весь ее мир с ног на голову. Как можно называть по имени человека, с которым… который столько всего делал и еще будет делать с ней?! Но поскольку на предложение надо было как-то ответить, она выдавила из себя:

— Да, Гримстон.

— Благодарю тебя.

Они вошли в библиотеку, граф прикрыл двери, но не стал запирать их.

— Располагайся. Мне нужно написать несколько писем, ты можешь пока почитать.

— Что? — осторожно спросила она.

Господи Иисусе… Возможно, он был жесток в некоторых вещах, возможно, он был способен ударить ее, но он не хотел, чтобы она постоянно жила в этом изматывающем ожидании кары.

— Что угодно. Что ты любишь?

Она даже не пыталась скрыть свое удивление, словно вопрос о том, что же любит она, был изобретен не в этой вселенной.

— Я не знаю.

Граф вздохнул и подошел к ней совсем близко.

— Джоанна, я привел тебя в библиотеку не для того, чтобы развлекаться, и не для того, чтобы мстить. Мне действительно нужно написать несколько писем и я действительно предлагаю тебе что-нибудь почитать. Впрочем, если у тебя есть другие дела, ты можешь оставить меня одного. Возможно, перед сном я зайду пожелать тебе спокойной ночи.

Он поймал мимолетную вспышку страха в ее взгляде. Если бы не приглядывался и не знал, что искать, он бы ничего не заметил.

— И даже если ночью я попрошу тебя прийти в мою спальню, это будет просто из желания провести с тобой время, а вовсе не из мести. Тебе нечего бояться. У меня нет желания мстить.

Он очень хотел, чтобы она поверила ему.

— Хорошо, милорд, — покорно согласилась она. Он понял, что в глубине души она не поверила, но не подал виду.

— Замечательно. Итак, что ты любишь?

Она нервно облизнула губу. Итак, она по по крайней мере расслабилась рядом с ним достаточно, чтобы проявить свою нервозность.

— Не знаю. До истории Фанни Хилл, которую вы мне дали, я уже давно ничего не читала.

— Может быть, ты любишь вышивать? Или что-нибудь еще? Что заполняло твои дни во время первого замужества?

Он внимательно следил за ее лицом, улавливая малейшие оттенки чувств и эмоций, чтобы получить правильный ответ, а не тот, который она выразит словами.

— Ничего, — ответила она. — Я просто… жила.

Он мысленно заменил последнее слово на «выживала». Единственное, что можно делать, когда живешь в таком страхе. Ни на какие развлечения у Джоанны уже не оставалось душевных сил.

— Чем же ты любила заниматься до замужества?

— Я любила романы и… и стихи.

— Я думаю, ты найдешь здесь что-нибудь по своему вкусу, — он указал на одну из полок. — Устраивайся.

После он проводил Джоанну до ее спальни.

— Приходи ко мне через полчаса, — сказал он.

— Да, милорд.

За отпущенное ей время она привела себя в порядок и переоделась. После долгих раздумий решила надеть белый кружевной наряд. Сшит он был в виде платья с пышной юбкой, но наедвался и снимался не в пример легче. Жаль только, что у нее не было времени сделать подходящую прическу.

Когда она вошла, граф сидел в своем любимом кресле.

— Подойди ко мне, — мягко приказал он. — На колени. Руки убери за спину.

Выполнив все его приказания, она оказалась на коленях между его ног. Она смотрела ему в глаза, даже не сознавая, что нарушает прежние правила игры. Но и он этого не сознавал Его все устраивало так, как есть.

Он прриподнял ее подбородок, погладил пальцами по щеке.

— Ты очень красива сейчас.

И совершенно неожиданно для него Джоанна улыбнулась — робко, несмело, — но все же это была настоящая улыбка. В его жизни были женщины, которые улыбались в подобных позах. Но эта улыбка была дороже всех прочих.

Граф улыбнулся в ответ и поцеловал Джоанну. Она ответила на поцелуй, и ее глаза сами собой закрылись.

Он поднял ее с колен, сам встал с кресла и поставил ее на кресло на колени спиной к себе. Спустил верх ее платья до пояса. Руки Джоанны по-прежнему были сцеплены у нее за спиной, и потому ее грудь была красиво приподнята. Он не стал противиться соблазну и протянул свои руки к мягким округлостям. Они идеально легли в его ладони. Он ласкал их и нежил, гладил и сжимал. Если б он вдруг вздумал выбирать себе женщину по ее груди, то непременно выбрал бы Джоанну.

Он наклонил ее так, что она грудью легла на спинку кресла, поднял ее юбки. Как он и предполагал, под ними ничего из одежды не было. При современной моде, чтобы добраться до обнаженной женской плоти, приходилось пробиваться через многие слои одежды. Поэтому ему очень понравилось, как этой ночью была одета Джоанна. При всей своей внешней невинности ее наряд был так же порочен, как и все остальные.

Внутри она была мягкая, и теплая, и немного влажная, обнаружил он. Не желая причинять ей даже намека на боль, некоторое время он не спеша ласкал ее пальцами, разогревая для себя. И тихие расслабленные вздохи с ее стороны служили ему наградой.

Наконец он овладел ее телом по-настоящему, до самого конца, до упора, заменив пальцы кое-чем более существенным. Джоанна выгнулась, задохнулась, но отстраниться не пыталась. Через несколько мгновений она расслабилась, бесропотно позволяя ему совершать свою мужскую работу и с удовольствием ощущая, как он скользит внутри нее, безболезненно и мягко, туда и обратно…

Вот, она заставила его встать на колени, унизила, но он не разозлился и не стал мстить. Это было замечательно.

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ

Если графу Гримстону случалось когда-либо представлять свою свадьбу, он думал об этом событии как о неприятном и неизбежном. Скорее всего, это была бы свадьба по расчету, и дай Бог, если бы невеста ему хотя бы нравилась и могла выносить его самого. По этой причине он старался вообще не задумываться об этом знаменательном дне. И вот, поглядите-ка, невеста ему очень даже нравится. Зная о его пристрастиях, она, тем не менее, не отшатывается от него в ужасе. И все это делало свадьбу событием вполне терпимым.