Чтение онлайн

Амброзия с сожалением пожала плечами. Потом поцеловала на прощанье Барабару и бесшумно растаяла в сумраке леса. К нотариусу подошел Гильбоа, ведя за руку смущенную Мелодию. Ротмистр молодецки подкрутил усы и решительно произнес:

– Друзья! Позвольте вам представить мою невесту. Я уговорил Мелодию сегодня переночевать в «Беличьем дупле», а завтра утром мы вместе уедем в Вилемусбург.

– Поздравляю вас, дорогой месьер Гильбоа, – радостно запищал Мартиниус. – Поздравляю вас, мадемуазель. Рад за вас, мои дорогие. Правильное решение!

Он вынул из кармана золотое кольцо, подобранное на полу кареты и протянул его Мелодии.

– Это, кажется, ваше кольцо, уважаемая?

Девушка отстранилась от нотариуса и прижалась к ротмистру.

– Мне оно больше не нужно. Я специально бросила его в карете, так же как и куриную лапку, которая была у Барбары в кармане. Надеялась, что кто-нибудь их найдет и поймет, что с нами случилось.

Мелодия посмотрела на гусара своими бездонными черными глазами. Потом с мягкой улыбкой тихо добавила:

– Отец с самого детства мне внушал, что меня нельзя любить. Я ведь ведьма! Я приношу людям только зло. Он много раз говорил, что мой настоящий суженый прилетит ко мне как летучая мышь. Его слова сбылись. Сегодня Альфонс прилетел прямо мне под ноги.

«Прилетел как летучая мышь? Скорее шлепнулся как мешок с тряпьем», – злорадно подумал Мельхиор, но он был добрым юношей с отходчивым сердцем, поэтому, секунду поколебавшись, все же искренне пожал счастливому гусару руку.

– А вы не думали, дорогой друг, поступить на военную службу? – неожиданно спросил Мельхиора ротмистр. – Приезжайте к нам в Вилемусбург и вступайте в наш славный полк. Из вас получился бы отличный гусар, клянусь своей саблей! Пара дуэлей до первой крови с товарищами по полку для завоевания авторитета, да одна хорошая полевая кампания и вы, юноша, станете настоящим воином!

Мельхиор с затаенной гордостью ответил:

– Между прочим, месьер Гильбоа, мой дед Мельхиор Теофил Лукас при короле Себастьяне Втором дослужился до генеральского чина, командовал бригадой легкой кавалерии и геройски пал в битве при Портобелло. А мой отец Ян Мельхиор Лукас служил в Седьмом уланском полку и вышел в отставку в чине ротмистра.

– Ну, конечно, я так и знал! Седьмой Гведианапольский уланский! Вторая кавалерийская дивизия! Стоянка в Аксамите! Я ведь сразу почувствовал в вас, мой друг, военную косточку! – вскричал Гильбоа, обнимая юношу.

Стало совсем темно. Гроза приблизилась к Дубовому холму и первые капли дождя упали на траву. Пора было трогаться в обратный путь. Нотариус с трудом уговорил Мукомеля оставить расселину ставшую могилой Александра хотя бы до утра. Инспектор всю дорогу до гати оглядывался назад и пару раз даже упал, споткнувшись в темноте о сосновые корни. Мельхиор слышал, как Мукомель упрямо бормотал себе под нос: «Гведикус свидетель, я все равно достану эти сокровища, не будь я Леопольд Мукомель!»

За гатью компания разделилась. Раздосадованный Мукомель уехал в своем фургоне, взяв с остальных слово, явиться завтра утром в полицейское управление Гвинбурга для дачи показаний. Гильбоа уселся на козлы роскошной кареты с баронскими гербами на дверцах, все удобно устроились на мягких сиденьях и карета, не спеша, покатила к городу, мягко покачиваясь на рессорах. Привязанный Упрямец тащился сзади, время от времени издавая громкий недовольный рев.

Прошло полгода. Однажды погожим морозным утром Мельхиор вышел на крыльцо дома номер пятьдесят пять на Зеленой улице в Квакенбурге. Кроме всего прочего его обязанностью была ежедневная проверка почты. На этот раз в красном ящике с эмблемой королевской почты лежал только один конверт. Мельхиор с трудом разобрал витиеватую надпись, изобилующую завитушками и росчерками: «Месьеру Бенедикту Мартиниусу от мадам Матильды Гильбоа, хозяйки пансиона „Беличье дупло“, что на улице Крокусов в Гвинбурге».

Взяв письмо, юноша поднялся на второй этаж, постучал в дверь кабинета нотариуса и, дождавшись писклявого «Входите!», открыл дверь. Увидев Мельхиора, Мартиниус, вздохнув, отложил в сторону «Гведский родословник».

– Что там у вас, Мельхиор?

– Почта, доминус. Письмо из Гвинбурга.

– От кого же?

– От хозяйки пансиона, в котором мы останавливались летом.

Нотариус оживился.

– Ах, это уважаемая Матильда прислала мне письмо? Так-так! Сейчас посмотрим.

Мартиниус ловко распечатал конверт и поднес густо исписанный лист бумаги к глазам. Бегло пробежав первые строчки, он кивнул помощнику на кресло возле стола.

– Садитесь, Мельхиор. Я прочитаю вслух.

Нотариус откашлялся и начал читать, стараясь, чтобы его высокий голосок звучал как можно солиднее:

«Здравствуйте, уважаемый месьер Мартиниус, пусть Гведикус дарует вам много лет жизни! Я пишу это письмо по просьбе своего братца, известного вам ротмистра Третьего полка гведских гусаров Альфонса Ромуальда Бартоломея Гильбоа. Сам Альфонс вам не может написать, так как он с полком на учениях в Черном лесу. Скачет на своем любимом Ганнибале и машет саблей. Однако братец передает вам привет и сообщает, что весной у них с Мелодией родится наследник. Как говорит Альфонс: «Мой маленький гусарик». Не знаю, что он будет делать, если родится девочка.

Должна признать, что Мелодия оказалась строгой женой. Она моментально отучила моего братца злоупотреблять алкоголем, а курить он еще летом сам перестал. Даже трубку выбросил. Странно это как-то. Такой был заядлый курильщик! Да, вспомнила еще смешной случай. Как-то Альфонс мне жаловался в письме, что у него вскочил большой типун на языке. Пришлось ему молчать целую неделю. А при его общительном характере это было трудно. И что бы Мелодия не делала, ничего не помогало, но через неделю, хвала Ксантии-целительнице, типун сам собой прошел.

Наверное, вы не забыли инспектора Мукомеля? Видный такой мужчина с усиками. По городу ходили слухи, что его понизили в должности за то, что он так и не нашел того негодяя, который убил нашего соборного священника. Даже убийцу страшного месьера Лохматуса он не смог найти. Это, конечно, не делает инспектору чести. Месьер Мукомель обиделся на весь свет и подал в отставку. Зато вскоре открыл сыскное агентство под названием «Леопольд Мукомель. Поиски кладов, украденных вещей и пропавших домашних животных». Я сама видела его вывеску на улице Кактусов. Бывший инспектор нанял рабочих и они два месяца разбирали какую-то засыпанную камнями пещеру на Дубовом холме в Гвинском лесу. Но работы остановили, потому, что дальше рыть было опасно и рабочие отказались спускаться под землю. Тогда месьер Мукомель всех разогнал, соорудил себе шалаш на Дубовом холме и живет теперь там – охраняет эту самую пещеру. Люди говорят, что в той пещере в незапамятные времена гномы спрятали клад. И что этот клад заговоренный. Вот инспектор и свихнулся. В общем, спаси нас Деус от золотой лихорадки!

Такие у нас новости, уважаемый месьер Мартиниус. В нашем тихом захолустье редко случается что-то выдающееся. Надеюсь, что не оторвала вас от важных дел. У вас-то в Квакенбурге скучать не приходится. Приезжайте к нам в Гвинбург отдохнуть от столичной суеты. Летом у нас хорошо, сами же видели. Для вас в «Беличьем дупле» всегда найдется уютное местечко. Поцелуйте за меня вашу племянницу. Очень бойкая девочка! Передайте привет своему помощнику. Приятный юноша только излишне скромный. Храни Гведикус вас и ваших близких! Матильда Гильбоа».