Чтение онлайн

– Спасибо, – я мягко улыбнулся. – Что с Давыдовыми?

– Это тебе лучше спросить у командира гвардии и старейшины рода, – сухо бросила Юлиана, поджав губы. – Я же чужая, меня в подробности не посвящают.

– Логично, – я кивнул и сел на кровати.

Юлиана скосила взгляд на мою грудь, которая не была ничем прикрыта, и отвернулась. Я попытался вспомнить, когда мы перешли на «ты», но не смог. А, точно! Когда я на неё орал во время сражения с Давыдовыми. И всё же, как-то слишком легко мы перешли на новый формат общения, даже странно.

– Спасибо, что беспокоилась обо мне, – сказал я, обернув вокруг бёдер простыню и встав с кровати. – Дети в порядке?

– Да, с ними всё хорошо, – пискнула Юлиана, рванув к выходу из спальни. – Я пойду… расскажу им, что ты пришёл в себя.

Она скрылась за дверью, чуть не прищемив себе пальцы. Вот же странная девица. Сначала сама прыгает на меня, спокойно спит под боком, а потом убегает.

Хмыкнув, я направился в ванную комнату и ничуть не удивился, увидев на банкетке Агату. Теневая кошка до сих пор не привыкла к людям и предпочитала скрываться, но далеко от меня не уходила.

– Всё хорошо? – спросил я у неё, встав под душ.

– Все живы и здоровы, – коротко отозвалась кошка. – Грох был ранен, но уже поправился.

– Быстро он что-то стал поправляться после ран, – задумчиво протянул я, вспомнив, как кутхар закрыл меня собой в московском очаге. И ведь ничего ему не сделалось.

– Он в гнездо утащил что-то мощное, – тут же сдала его Агата. – Хозяин выбросил, Грох поднял.

– Стоп! Что? – я высунулся из-за стеклянной перегородки и посмотрел на кошку. – Что ты сказала сейчас?

– Хозяин выбросил, Грох поднял, – медленно повторила она. – Что-то мощное.

– Я ничего не выбрасывал, кроме… да твою ж демоническую мать! Грох! – рявкнул я мысленно.

Кутхар даже клюва не показал. Пришлось направить в поводок приличный такой импульс, чтобы придать питомцу ускорения. Грох вывалился посреди ванной комнаты с встопорщенными крыльями и бешеными глазами.

– Что ты подобрал в московском очаге? – прорычал я сквозь зубы. – Отвечай!

– То, что не нужно хозяину, – проскрипел кутхар, делая шаг назад. – Хозяин выбросил ненужное…

– Я выбросил только один единственный артефакт на испытании, – процедил я. – И это был, мать его, артефакт от некромансера. Вместилище боли, которое должно было рвануть уже неделю назад и выжечь энергетические каналы вместе с магическими источниками всем магам в округе. Грох!

– В теневых слоях нет времени для артефактов, нет опасности для живых, – начал оправдываться кутхар, уперевшись пернатым задом в стену. – Я всё продумал и всё просчитал.

– Просчитал? – уже спокойным тоном спросил я, вылезая из душа и заполняя ванную комнату своей аурой. – Что ты там мог просчитать? Если вместилище рванёт, то и тебя оно размажет по изнанке тонким слоем.

– Не размажет, – упрямо сказал Грох. – Я его даже открыть не смог. Чуть-чуть отщипываю, а он будто и не заканчивается.

– Грох… – я прикрыл глаза, унимая эмоции. Как же сложно с теневыми созданиями. Они же реально не понимают, какую опасность представляют для людей некоторые предметы.

– Я гнездо доделал, – преувеличенно бодрым голосом сказал Грох. – Красивое и большое… и опасное для нежданных гостей. Совсем как твой дом.

– Молодец, – всё ещё сквозь зубы проговорил я. – Держи этот артефакт на изнанке и никогда не приноси его в реальный мир. Понял меня?

– Понял, – кивнул кутхар, а потом поднял голову и щёлкнул клювом. – Там в твоей спальне опять гости.

– Кто на этот раз? – спросил я со вздохом, взявшись за полотенце.

– Бабушка твоя, – боязливо ответил Грох. – А можно я уже пойду? А то мало ли… удар у неё поставлен и силы много.

– Иди, – отпустил я его и нацепил махровый халат, которого раньше у меня точно не было. Опять партия вещей от Виноградовых пришла, пока я спал?

Я вышел в спальню и встретился взглядом с Юлией Сергеевной. Она стояла у окна и смотрела на улицу, выпрямившись всем телом, словно натянутая струна, но повернулась на звук открываемой двери.

– Костик, – приветливо сказала она, оглядев меня. – Рада, что ты в порядке.

– Я тоже рад, – хмыкнул я. – Как дети? Сильно перепугались?

– Не очень. Они увели во время осады всех слуг на подземный этаж и переживают, что ты их накажешь за самоволие, – бабушка склонила голову к плечу и прищурилась. – Ты стал ещё сильнее.

– Такое случается, если приходится сражаться, – я пожал плечами. – Что там с Давыдовыми? Какие у нас потери?

– Меньше, чем могло быть, – бабушка упёрлась поясницей в подоконник и вздохнула. – Две сотни человек против тысячи Давыдовских. Перевес колоссальный, к нам пачками поступают заявки в гвардию и предложения союза. Тебе прислали четыре брачных договора.

– Почему такая разница в потерях? – спросил я, задумавшись. – На перешейке погибло много гвардейцев Давыдова из-за того, что их князь пожертвовал ими. В этом дело?

– Не только, – бабушка нахмурилась. – В том перешейке погиб старший сын князя и пара его бастардов. А вот у имения твои бойцы убили среднего сына. Натаскал их Зубов так, что даже княжеская гвардия не одолела.

– И что теперь с войной родов? Начали её мы, по сути, – я встал напротив бабушки и скрестил руки на груди.

– Княжеского рода Давыдовых больше нет, – Юлия Сергеевна поджала губы и насупилась. – Младшего сына князя сослали на клочок земли под Омском и дали не наследный титул барона за содействие в раскрытии преступлений князя. Дочерей отправили в пансион с полным содержанием и лишили фамилии, но не титула. В ближайшее время император выдаст их замуж за полезных людей.

– Выходит, что все старания бывшего княжича оказались напрасными, – я качнул головой. – Он так старался, чтобы сестёр от брака с вдовцами престарелыми спасти, а теперь их сам император замуж же и выдаст.

– Его величество помиловал их не для того, чтобы отдать старикам, – возмутилась бабушка. – Он подберёт им достойных мужей.

– Сама-то в это веришь? – снисходительно спросил я. – Я понимаю, что для тебя император – суровый, но справедливый правитель. Да что там, ты ведь наверняка именно ему магическую клятву дала.

Я махнул рукой и развернулся к гардеробной комнате.

– Костик, – окликнула меня бабушка, и в её тоне я услышал странную печаль.

– Что?

– Твои топоры исчезли в пламени, нет их больше, – с чувством сказала она. – Мы уж как только не искали, но чего нет, того нет.