Чтение онлайн

Мортарион восседал на высоком троне, что был сооружен из груды зеленеющих костей. Его бронированные руки вцепились в подлокотники, что представляли из себя сложенные в ряд черепа. Позади него стояло семь Терминаторов Савана Смерти, чьи невероятных размеров тела, заключённые в броню, казались карликовыми по сравнению с гигантским телом их демонического повелителя. Их огромные косы представляли собой убогие миниатюры Безмолвия, что лежало на проржавевших креплениях над Мортарионом. Силы Хаоса изменили физическую оболочку Мортариона кардинальным образом. Созданный Императором размером в два раза больше обычного человека, Нургл помог ему вырасти ещё больше. Длинный килт скрывал нижнюю часть его тела, но его торс быт открыт, являя всем растянутый кишечник, что свисал через его пояс.

Неподалеку от тауматурга стояла худощавая фигура, полностью укрытая зелёной робой. Фигура держала в руках грязный флаг, на котором грубым образом была изображена муха Нургла.

Высший Тауматург остановился перед троном Мортариона и, приложив заметные усилия, преклонился перед своим повелителем. Его безликий слуга стоял позади него, удерживая развевающийся на влажном и несущем болезни ветру штандарт.

‘Мы готовы, мой господин, ’ – сказал человек. В этом обществе каждый страшился его. Сотни культистов строили друг другу козни, желая выслужиться перед своим повелителем. Он был груб, хитёр, сведущ в тёмных искусствах, а также он был благословлён своим богом. Склоняясь перед демоническим примархом, он трясся подобно бешеному зверю перед резнёй.

‘Тогда приступайте, ’ – сказал он. Мортарион, не замечая головы своего просителя, устремил свой взор на шторм, бушующий на горизонте. Лазерные лучи били по поверхности планеты каждые несколько секунд. Боеприпасы рассекали небо планеты подобно падающим метеорам. Его ненавистный брат намеревался уничтожить Гекатон. С позиций вокруг города периодически доносились глухие звуки взрывов, тем самый формируя постоянный ритм. Времени было мало. ‘Отправляйте Ку’гата и его Чумную Стражу вперёд, пока храм и часы не уничтожены. Если вы провалите это задание, то вы познаете такие муки, что даже самые великие дары Чумного Бога не смогут ослабить эту боль. ’

Капюшон мужчины содрогнулся, подражая его трясущемуся от страха телу.

‘Мой господин! ’ – сказал он. Несмотря на то, что он выглядел очень толстым и болезненным, он поднялся на ноги крайне быстро. Он поклонился и подобрал ткань своей робы, что была сделана из человеческой кожи. В таком положении он начал идти назад, оставаясь повёрнутым лицом к Мортариону, развернувшись лишь тогда, когда он отошёл на достаточное расстояние.

‘Именем Нургла, всемогущего бога жизни и смерти, я начинаю этот ритуал! ’

За его словами последовал громкий звук от удара в латунный гонг, после чего всё пространство вокруг наполнилось воспеваниями культистов. Вокруг точки, в которой пересекались все три круга, колдуны сформировали круг, оставляя лишь небольшой пробел в своей формации, дабы Мортарион, сидящий на самом краю северного круга, мог наблюдать за ходом ритуала без каких-либо проблем.

Семеро из трёх сотен и сорока людей вышло в центр этого круга, что старались двигаться в такт демоническим напевам. Внутри большого круга они сформировали круг поменьше, стоя на равноудалённом расстоянии друг от друга. В один момент каждый из них сбросил свой капюшон, после чего они отстегнули свои робы и позволили им упасть на землю, оставляя их голыми под дождём.

Семеро наиболее благословенных Нурглом последователей были избраны. Степень их уродств была впечатляющей. Ни одна часть их тела не была свободной от различных фурункулов или других проявлений болезней. Ноги одного из них раздулись до исполинских размеров, делая их похожими на слоновьи, конечности другого были поражены проказой, в результате чего полностью высохли и стали выглядеть жалко. Лицо ещё одного провалилось само в себя, в то время как его череп был полностью покрыт какими-то бляшками, на котором осталась лишь небольшая сморщенная дырка, что служила ему ртом и носом одновременно. Все они были с ног до головы покрыты язвами, различными высыпаниями, нарывами и участками кожи, на которых зарождались новые формы жизни. Их кожа была одинаково болезненно-бледной и обвисшей. Паразиты, что были показаны миру после того, как их хозяева сбросили свои робы, тут же устремились в область паха, желая укрыться от дождя. Их недуги представляли из себя самые ужасные заболевания, который человек способен вынести, при этом не погибая. Нургл изменил их плоть настолько сильно, насколько только это было возможно. На животе одной женщины из этой семёрки расположилась огромная пасть с чёрными зубами. Ещё один мужчина волочил за собой крупное извивающееся щупальце, что заменило ему правую руку, а третий был окружён роем мух, что едва слышным голосом распевали названия различных болезней, после чего влетали в тело мужчины через небольшие отверстия и вылетали обратно.

‘О великий Нургл! ’ – начал тауматург, возглавив камлание своего культа. ‘В своей щедрости ты благословил этих счастливцев. Мы благодарим тебя за их болезни, мы превозносим тебя за твою доброту, мы склоняемся перед твоим великодушием! Мы предлагаем тебе забрать их в свой сад, где ты сможешь возгордиться своей работой и насладиться плодами своего мастерства! ’

Его певческий голос стал громче. ‘Забери назад своих достойных сынов и дочерей в своё райское имение, прими их любовь и поклонение к своему гниющему сердце, дабы они смогли жить вечно и переродиться во всех возможных вариантах проявления разложения! ’

Над их головами прогремел гром, представляя из себя огромные семиконечные вилы, что светились ядовито-зелёным светом и разрывали небо исходящими от них молниями.

Семеро избранных подняли свои ритуальные кинжалы вверх, указывая их остриём в небо.

‘Прими нас, о Отец, сохрани нас! ’ – пели они.

Молния вновь осветила небеса, после чего её разряды ударили прямиком в их кинжалы. Будучи трясущимися от силы, что протекала по их телам, эти семеро вонзили кинжалы в свои животы, после чего, совершив несколько грубых и жестоких разрезов, покончили с собой.

В то время как они кричали от боли и наслаждения, их внутренности вываливались наружу. Их бог принял подношение, от чего их потроха светились зелёным с каждым пропетым культистами куплетом, а затем начали разрываться от появляющихся в них огромного количества личинок.

Семеро вверили себя в объятия смерти, падая в слизь своих собственных разлагающихся внутренностей.

‘Открывайте портал! ’ – прокричал тауматург. ‘Троекратно великими тремя именами Нургла я заклинаю вас повиноваться мне! Открывайте портал сейчас же! ’

Трупы избранных всколыхнулись. Молния вновь ударила в их тела. С отвратительным треском их грудные клетки распахнулись, освобождая себя от мертвой плоти и заставляя позвоночник извиваться. Загоревшись колдовским огнём, кости взлетели вверх, после чего сформировали круг и начали увеличиваться в размерах. Из ниоткуда появилась тёмная материя, что начала укрывать их. Кости начали соединяться друг с другом при помощи огромных щупалец, что вырастали из них с невероятной скоростью. Щупальца вращались, шипели и стонали нечеловеческими голосами до тех пор, пока не соединялись друг с другом, тем самым образуя непропорциональную арку высотой в двадцать пять метров.

‘Нургл! Нургл! Нургл! ’ – выкрикивала толпа, слившись в экстазе.

В центре образовавшихся ворот засветился болезнетворный свет, быстро увеличивая яркость до таких пределов, что он практически выжигал глаза всех тех, кто присутствовал на платформе. Пространство разорвало надвое, тем самым делая воздух похожим на постоянно изменяющееся стекло, что подчинялось законам какой-то демонической физики.

‘Нургл! Нургл! Нургл! ’

Лазерные лучи вновь пронзили небеса к югу от места проведения ритуала. Гекатону пришёл конец, но у Нургла на это был свой ответ.