Чтение онлайн

– Мы тебя ненавидим!

Спасаясь от них, Майкл вскочил на подоконник. Дети открыли окно и начали сталкивать его вниз. В этот момент в класс вошел мистер Ховард.

– Что вы делаете! Остановитесь! – закричал он, бросаясь на помощь Майклу, но было уже поздно.

До мостовой было три этажа.

Майкл пролетел три этажа и умер, не приходя в сознание. Следователь беспомощно развел руками. Это же дети. Им всего восемь-девять лет. Они же не понимают, что делают.

На следующий день мистер Ховард уволился из школы.

– Но почему? – спрашивали его коллеги.

Он не отвечал, и только мрачный огонек вспыхивал у него в глазах. Он думал, если скажет правду, они решат, что он совсем свихнулся.

Мистер Ховард уехал из Мэдисон-сити и поселился неподалеку, в маленьком городке Грин-бэй.

Семь лет он жил, зарабатывая рассказами, которые охотно печатали местные журналы.

Он так и не женился. У всех его знакомых женщин было нечто общее – желание иметь детей.

На восьмой год его уединенной жизни, осенью, заболел один приятель мистера Ховарда, учитель. Заменить его было некем, и мистера Ховарда уговорили взять его класс. Речь шла о замещении на несколько недель, и, скрепя сердце, он согласился.

Хмурым сентябрьским утром он пришел в школу.

– Иногда мне кажется, – говорил мистер Ховард, прохаживаясь между рядами парт, – что дети – это захватчики, явившиеся из другого мира.

Он остановился, и его взгляд испытующе заскользил по лицам маленьких слушателей. Одну руку он заложил за спину, а другая, как юркий зверек, перебегала от лацкана пиджака к роговой оправе очков.

– Иногда, – продолжал он, глядя на Уильяма Арнольда, и Россела Невеля, и Дональда Боуэра, и Чарли Хэнкупа, – иногда мне кажется, что дети – это чудовища, которых дьявол вышвыривает из преисподней, потому что не может совладать с ними. И я твердо верю, что все должно быть сделано для того, чтобы исправить их грубые примитивные мозги.

Большая часть его слов, влетавших в мытые-перемытые уши Арнольда, Невеля, Боуэра и компании, оставалась непонятой. Но тон был устрашающим – вес уставились на мистера Ховарда.

– Вы принадлежите к совершенно иной расе. Отсюда ваши интересы, ваши принципы, ваше непослушание, – продолжал свою вступительную беседу мистер Ховард. – Вы не люди, вы – дети, И пока вы не станете взрослыми, у вас не должно быть никаких прав и привилегий.

Он сделал паузу и изящно сел на мягкий стул, стоявший у вытертого до блеска учительского стола.

– Вы, кажется, живете в мире фантазий, – сказал он, мрачно усмехнувшись. – Чтобы никаких фантазий у меня в классе! Вы у меня поймете, что, когда получаешь линейкой по рукам, это не фантазия, не волшебная сказка и не рождественский подарок! – Он фыркнул, довольный своей шуткой. – Ну, напугал я вас? То-то же! Вы этого заслуживаете. Я хочу, чтобы вы не забывали, где находитесь. И запомните – я вас не боюсь. Я вас не боюсь!

Он, довольный, откинулся на спинку стула. Взгляды мальчиков были прикованы к нему.

– Эй! А вы о чем там шепчетесь? О черной магии?

Одна девочка подняла руку:

– А что такое “черная магия”?

– Мы обсудим это. когда два наших юных друга расскажут, о чем они беседовали. Ну, молодые люди, я жду!

Поднялся Дональд Боуэр:

– Вы нам не нравитесь. Вот о чем мы говорили.

Он сел на место.

Мистер Ховард сдвинул брови:

– Я люблю откровенность, правду. Спасибо тебе за честность. Но я не терплю дерзостей. Ты останешься сегодня после уроков и вымоешь все парты в классе.

Возвращаясь домой из школы, мистер Ховард наткнулся на четырех учеников из своего класса. Чиркнув своей тростью по тротуару, он остановился около них.

– Что вы здесь делаете?

Два мальчика и две девочки бросились врассыпную, как будто трость мистера Ховарда прошлась по их спинам.

– А ну, – потребовал он. – Подойдите сюда и объясните, чем вы занимались, когда я подошел.

– Играли в “отраву”, – сказал Уильям Арнольд.

– В “отраву”! Так-так, – мистер Ховард язвительно улыбнулся. – Ну и что же это за игра?

Уильям Арнольд прыгнул в сторону.

– А ну вернись сейчас же! – заорал мистер Ховард.

– Я же показываю вам, – сказал мальчик, перепрыгнув через цементную плиту тротуара, – как играют в “отраву”: если мы подходим к покойнику, мы через него перепрыгиваем.

– Что-что? – не понял мистер Ховард.

– Если вы наступите на могилу покойника, то вы отравлены, падаете и умираете, – вежливо пояснила Изабелла Скелтон.

– Покойники, могилы, “отрава”, – передразнил ее мистер Ховард. – Да откуда вы все это взяли?

– Видите? – Клара Пэррис указала портфелем на тротуар. – Вон на той плите указаны имена двух покойников.

– Да это просто смешно, – сказал мистер Ховард, посмотрев на плиту. – Это имена подрядчиков, которые делали плиты для этого тротуара.

Изабелла и Клара обменялись взглядами и возмущенно уставились на обоих мальчиков.

– Вы же говорили, что это могилы! – почти одновременно закричали они.

Уильям Арнольд смотрел на носки своих ботинок:

– Да, в общем-то… я хотел сказать… – он поднял голову. – Ой! Уже поздно. Я пойду домой. Пока!

Клара Пэррис смотрела на два имени, вырезанных в плите.

– Мистер Келли и мистер Террилл, – прочитала она. – Так это не могила? Они не похоронены здесь? Видишь, Изабелла, я же тебе говорила…

– Ничего ты не говорила, – надулась Изабелла.

– Чистейшая ложь, – стукнул тростью мистер Ховард. – Самая примитивная фальсификация. Чтобы этого больше не было. Арнольд и Боуэр, вам понятно?

– Да, сэр, – пробормотали мальчики неуверенно.

– Говорите громко и ясно! – приказал мистер Ховард.

– Да, сэр! – дружно ответили они.

– То-то же, – мистер Ховард двинулся вперед.

Уильям Арнольд подождал, пока он скрылся из виду, и сказал:

– Хоть бы какая-нибудь птичка накакала ему на нос.

– Давай, Клара, сыграем в “отраву”, – нерешительно предложила Изабелла.

– Он все испортил, – хмуро сказала Клара. – Я иду домой.

– Ой, я “отравился”, – закричал Дональд Боуэр, падая на тротуар. – Смотрите! Я отравился! Умираю!

– Да ну тебя, – зло сказала Клара и побежала домой.