Чтение онлайн

— Настало твоё время, друг мой.

Вот те на…

Тут-то я окончательно понял, что, если завтра или уже сегодня в новостных передачах всего мира покажут меня, демонстрирующего способности контроля над человеческим разумом, то меня увидит не только мама, но и Кристина. И тут же вспомнил разговор недельной давности, в котором Гааль говорил, что совсем скоро мир узнает о нас много нового. А ведь он предупреждал…

Что ж, хотите увидеть мои способности? Будут вам способности!

Закрыв глаза, стараясь не отвлекаться на посторонние шумы, я вспомнил все свои тренировки по концентрации. Наверняка, со стороны это выглядело странно. Пугающе для тех, кто не знал, чего ожидать. Не хочу загадывать, но наверняка глаза делегатов, в отличие от моих были раскрыты так широко… Широко? Нет-нет, точно не так широко, как они раскроются через пару минут.

Я чувствовал, как энергия постепенно покидает тело. Словно одолевающая сонливость. Ты словно отправляешься в иной мир. Мир, в котором ты — тёмная бестелесная сущность, способная пробраться через любую щель. Для тебя нет преград. Есть ощущение, что, при должном усилии, научившись концентрироваться ещё лучше, очистив разум полностью, можно пробраться не только через щель, но и даже через саму материю. Через стены, стекло и сквозь металл.

Размышляя о своих возможностях, я ощущал деление. Разрыв целостного существа на части проходил постепенно, но с рывками. Мой личный призрак всё ещё с трудом переносил дробление, которому я научился совсем недавно.

Наконец, когда процесс расщепления закончился, я непроизвольно открыл глаза. Страшно представить, как это выглядело со стороны — молодой парень закрывает глаза, испускает из себя облако струящегося дыма, который, выбравшись наружу, тут же начинает метаться в конвульсиях, дробясь на пять равных частей. А затем, сразу после резкого раскрытия век хозяина, сущности, словно по зову демонического существа, каким в тот момент был я, дёргают в сторону пяти выбранных невезунчиков, поглощая их сознания.

Да уж… Не так я хотел выглядеть в глазах родной матери. Если она это увидит… страшно подумать… Конечно, она это увидит! Такой прецедент по-любому обмусолят в каждом новостном источнике! Молодой человек управляет тёмными сущностями, одолевшими планету Земля! необходима срочная ликвидация! Внимание! Опасность! Жопой чую, что за нами уже выслали отряд спецназа. Думаю, вся эта демонстрация не приведёт ни к чему хорошему…

А пока ничего страшного не произошло, я продолжал смотреть на мир глазами пятерых подопытных. Так, главное не облажаться. Пять это уже, конечно, перебор. Сам не знаю, зачем решил взвалить на себя так много. Хотя, может и не стоит винить себя. Если задуматься, то можно осудить поведение наших организаторов в лице Маэла и Гааля, которые даже не удосужились предупредить меня о своих задумках заранее.

— И что всё это значит? — наконец решил поинтересоваться один из делегатов. Было видно, как подрагивают уголки его губ.

Тут же прозвучало возмущение другого министра, спешно складывающего бумаги в папку.

— В зал заседания ООН привели монстров. Как такое вообще возможно, — забубнил тот себе под нос.

Положив последнюю бумагу внутрь и закрыв папку, мужчина поспешил встать, чтобы удалиться, но тут его прервал неожиданный баритон Гааля:

— Сядьте! — повелительным тоном произнёс хранитель. — Представление ещё не кончено, друг мой. Невежливо покидать пьесу в самом её разгаре.

Мужчина упал обратно. Вот прям упал. Так, словно его подвели собственные ноги.

С немого позволения Гааля, Маэл продолжил описывать происходящее.

— Дамы и господа, не будем углубляться в подробности разносторонности мироздания: вам придётся поверить на слово. Суть в том, что сейчас вы наблюдаете демонстрацию способности манипуляции человеческим сознанием. Сущности, оккупировавшие территорию моего предприятия в Баварии, действуют примерно по такому же принципу. Однако, в отличие от молодого человека, они не имеют разума. Если быть более точным — они не имеют разума в привычном для нас понимании. В своей же сути они очень даже разумны. Но у них свои взгляды на мир, а у человечества — свои.

— Это абсурд! — не выдержал очередной министр. Его щёки свисали ниже моей самооценки.

— Послушайте… — только хотел продолжить Маэл, как его тут же перебили.

— Нет! Это вы послушайте! Вы не имеете никакого права заявляться сюда и…

На этот раз перебил Маэл. Обратившись ко мне, он сказал:

— Тимофей, будь добр, покажи господам, что такое синхронность.

Синхронность? Эм… Ну… ладно.

Немного подумав, я всё же сообразил, как можно продемонстрировать синхронность. Если всё правильно понимаю… Руки пятерых подконтрольных суррогатов поднялись вверх в жесте сдающихся заложников. Недолго думая, пошёл дальше — все пятеро начали синхронно опускаться на колени. Хорошо, что с синхронностью проблем не было, ведь заставить пятерых суррогатов делать одно и то же не так трудно, как заставить их делать пять совершенно разных дел.

Глядя на зал заседаний глазами пятерых человек, стоящих в полукруге, я наблюдал своеобразную панораму, главной особенностью которой стали ошарашенные взгляды министров. Их глаза готовы были вылезти на лоб. Вот теперь они по-настоящему удивлены: пятеро разведчиков из разных стран, не договариваясь друг между другом, не выслушивая никаких приказов, решили одновременно сеть на колени, сдаваясь на милость зрителей.

Наконец женщина с табличкой «президент» спешно произнесла:

— Заседание объявляется закрытым. Прошу всех присутствующих покинуть зал.

Делегаты, будто им разрешила сама мамочка, все как один, начали подниматься.

Гааль с интересом наблюдал за побегом министров, но не произнёс ни слова. Маэл тоже молчал.

Внезапно я почувствовал, как к первоначальному телу кто-то пододвинулся. Обернулся. Это была Эн.

— Я хотела сказать тебе ещё в первый день, — прошептала девушка. — Я слышала их разговор и знаю, что они задумали. Стучалась к тебе, но потом испугалась. Решила промолчать.

— И что же они задумали? — я кинул быстрый взгляд на сидящих впереди Гааля и Маэла. Не подслушивают.

— Ничего хорошего, — замотала головой девушка. — Кажется, они хотят, чтобы мы избавились от них, — короткий кивок в сторону министров.

Сказать, что я не догадывался? Это будет враньём. Я догадывался с того самого дня, когда Гааль приказал мне стрелять в солдат, скрывающихся на том злосчастном складе. Он ведь сделал это ещё до того, как узнал, что солдаты — это вампиры. А потому уже тогда было очевидно, что его не слишком волнует судьба отдельно взятых людей. А может и всего человечества в целом? Кто знает, что вообще скрывается в его голове? Я не психолог, но судя по данным, что имеются, могу предположить, что Гааля не волнует вообще ничего, кроме его погибшей цивилизации. Может он и вовсе относится к нынешним людям, как к каким-то ничтожествам. Это ведь он, вместе со своими соотечественниками, спас планету от тьмы, после чего стал основателем новой цивилизации.

Почему я так категоричен? Да потому что то, что произошло спустя минуту, целиком и полностью изменило моё отношение к хранителю.

В зал ворвались люди с автоматами. Десятки спецназовцев тут же начали выводить министров и журналистов. Тем временем Маэл и Гааль продолжали спокойно наблюдать за процессией.

— Не дождались, — огорчённо произнёс вампир. В его огорчении не было ни капли правды — одно враньё и наигранность.

Гааль пожал плечами.

— Я бы хотел, чтобы всё было иначе, но это лучшая из четырёх версий развития событий. Они бы ни за что не согласились на наши условия.