Чтение онлайн

— Что ж, если для Дионисия такая служба и правда в удовольствие, то я буду рад помощи, — я натянул самую обезоруживающую из улыбок. — Надеюсь, вы, юноша, не боитесь собак.

Дионисий широко улыбнулся.

— Как раз наоборот, ваше сиятельство. Обожаю!

Я на всякий случай пристегнул поводок к ошейнику Алтая и шепнул ему на ухо:

— Пацана не трогай. Да и вообще, давай без глупостей.

Пес тяжело вздохнул, но махнул хвостом в знак согласия. Друзилла тем временем продолжала развивать бурную деятельность: отпустила водителя и сопровождавшего меня распорядителя, практически вырвала из моих рук дорожную сумку и передала все слугам.

— Позволь помощникам доставить вещи и собаку в твою комнату, — впрочем, ее голос не просил, а требовал. — Нас уже ждет Примоген Вергилий.

— Я бы хотел отвести Алтая сам.

— Нет времени, Володенька. Алтай — пес умный, я наслышана о нем. Уверена, он дождется тебя в покоях.

Расставаться не хотелось, тем более так. Но совсем зарываться я тоже не планировал: мне и так позволили больше, чем любому ученику. Придется хоть в чем-то пойти на уступки.

— Как только аудиенция у Примогена закончится, тебя проводят в твою комнату, — продолжала увещевать Друзилла. — Вергилий — очень занятой человек, впрочем, как и все Примогены Ордена. И я должна сопроводить тебя к нему немедленно.

Эх, ладно. Я передал поводок в руки Дионисия, и Алтай, следовало отдать ему должное, покорился без выпендрежа.

— Скоро приду, — сказал я псу. — Не позорь меня.

Дионисий, несмотря на некоторую юношескую хрупкость, оказался вынослив: одной рукой лихо подхватил мое барахло, а второй спокойно вел пса. Так они и скрылись за дверями бокового крыльца, а Друзилла тут же ухватила меня за рукав.

— Поспешим, Володя. Сейчас будет очень важный момент.

Вопреки моим ожиданиям, она повела меня вокруг здания, и вскоре мы вышли к парадному входу. За нами двумя безмолвными тенями следовали охранники — я пока не смог понять, были ли они одарены Тьмой или иными способностями, но вот защитных артефактов на них было множество. По идее, с таким уровнем защиты от силы, они могли оказать обычному одаренному нешуточное сопротивление. А может Орден придумал для них и что-то посерьезнее, раз уж вопрос касался Тьмы…

Увидев Друзиллу, стража вытянулась по струнке, вслед старухе донеслись тихие приветствия, но она уже тащила меня вверх по парадной лестнице. И правда торопилась. Мельком взглянув на старинные позолоченные часы, она чертыхнулась.

— Опаздываем.

Мы оказались на втором этаже. Этот маршрут я уже знал — коридор уводил к большому залу с расписным столом. Но сейчас Друзилла повела меня в противоположном направлении. Пройдя через готический коридор с резными стрельчатыми арками, мы оказались в другом крыле.

Менее парадное, но оно все равно хранило дух места: деревянные панели на стенах из темного дерева, черненые бра на стенах — вместо лампочек здесь использовали настоящие свечи, правда, не зажигали их. Канделябры по углам… Портреты каких-то темных во всех отношениях личностей…

Прима остановилась перед дверями, возле которых уже дежурил знакомый мне по визиту на Совет распорядитель. Казалось, этот мужик и вовсе не был способен испытывать эмоции, а его бледное лицо напоминало восковую маску.

— Прошу прощения, почтеннейшая, — он преградил нам дорогу. — Боюсь, вам придется подождать. Примоген Вергилий распорядился сперва принять другого посетителя.

Нет, в верхушке Ордена точно происходила какая-то подковерная возня. Одна реакция Друзиллы уже указывала на это. Темная мать сперва застыла, а затем приняла оскорбленный вид.

— Не понимаю… И что за гость?

— Наша новая послушница, — ответил распорядитель. — Раз уж ради господина Оболенского вызвали отца Кассиана, то Примоген решил познакомить с ним и госпожу Дашкову. Тем более что они с наставницей оказались здесь прежде вас…

Мне казалось, что глаза Друзиллы сейчас начнут метать настоящие молнии. Старуха даже не удержалась и сжала сухие пальцы в кулак. Оскорбилась? Почуяла конкуренцию? Да что там у них такое творилось?

Но Друзилла быстро взяла себя в руки и тронула меня за плечо.

— Подождем у окна, Володенька, — ласково шепнула она. — Надеюсь, твоя подружка не задержится там надолго.

— Мы не друзья, — рассеянно отозвался я, гадая, кем был этот отец Кассиан, которого вызвали ради моей персоны.

— Быть может, еще подружитесь. В Ордене, знаешь ли, бывшие враги могут стать друзьями, особенно если дружба в интересах обоих. Никогда не знаешь, как повернется жизнь.

— Вы здесь читаете звезды, раскладываете карты и гадаете на кофейной гуще, — проворчал я. — По-моему, вам как раз виднее, как повернется жизнь.

Друзилла тихо рассмеялась.

— О, мой милый Володя, если бы все всегда было так просто…

Я недоверчиво покосился на старуху. ну да, ну да. Тогда зачем она тащила меня к той красотке Аурелии? И зачем убила ее, пытаясь сохранить тайну? Нет, Друзилла точно вела свою, одной ей понятную, игру. и вся ее протекция надо мной обуславливалась лишь тем, что я был ей нужен. Или не я, а мой темный дар?

— Кто такой отец Кассиан? — сухо спросил я.

Старуха улыбнулась.

— Редчайший специалист, который может попытаться разгадать твою загадку. Его уникальный дар позволяет видеть и читать Тьму. Он может слышать ее голос и понимать ее намерения, — она приблизилась к моему уху. — Но, боюсь, придется немного потерпеть. Методы работы отца Кассиана нельзя назвать приятными.

Ну приплыли…

— Что он будет делать?

— Ему придется как следует пустить тебе кровь, мой дорогой, — улыбнулась старуха. — Ритуал тяжелый и для того, кто его проводит, и для испытуемого. Но лишь так можно увидеть истинные намерения Тьмы… Единственное, чего боится Тьма — это пламя. Потому что пламя очищает все, даже самый густой мрак. Лишь огонь, особый огонь, поможет нам всем понять, зачем ты здесь на самом деле и что для тебя уготовила Тьма.

Так, стоп. Они что, собрались меня сжигать заживо?!

Я повернулся к старухе, хотел возмутиться, послать их всех к черту с такими экспериментами… Но замер с открытым ртом.

Резные двери кабинета Примогена Вергилия распахнулись.

Мы с Друзиллой одновременно уставились на двух вышедших дам. Распорядитель тут же захлопнул двери за их спинами, и я не успел выглянуть внутрь.

Юлию Дашкову я узнал сразу: черный костюм из пиджака и юбки, черные туфли на низком каблуке, черный ободок, пригладивший темные прямые волосы. Ну прямо монашка. Единственная запоминающаяся деталь ее образа — полупрозрачный шарфик на шее, скреплённый какой-то причудливой брошью. Но, надо сказать, Юля Дашкова была из той породы девушек, какую наряди хоть в мешок из-под картошки, а она все равно будет выглядеть эффектно. Выиграла в генетическую лотерею, с какой стороны ни глянь.

— Доброе утро, Прима Друзилла, — спутница Дашковой отстранила девушку и шагнула к старухе.

Эту женщину я не знал, но определенно запомнил.

Высокая, где-то под сто девяносто, худощавая и почти без выпуклостей в привычных для женщин местах, она была одета в длинное платье из черной струящейся материи. Платье предусматривало капюшон, но сейчас он лежал на плечах дамы красивой драпировкой. Когда она шагнула вперед, полы платья распахнулись, и под этим вырезом я увидел затянутые в узкие штаны длинные ноги. И сапоги.