Темный пришелец
Шрифт:
Она резко повернулась, чтобы взглянуть на стеклянную вставку в металлической стене около холодильной камеры. Звук голосов снова привлек ее внимание к экрану.
Энди села на диванчик, с тревогой смотря на невидимого Майкла.
– Что тебя беспокоит, Майкл? Я знаю, что ты считаешь меня ненормальной из-за моего сумасшедшего плана, но...
Его рука коснулась ее губ.
– Это не так. К тому же я не считаю твой план сумасшедшим, просто он немного далеко идущий. Возможно, у него больше шансов на успех, чем у корабля Ивана.
– Его план может сработать. Он смотрится прекрасно... на бумаге.
– Если ничего больше не подвернется, он не даст нам скучать... до тех пор, пока не наступит конец.
– Он осторожно провел пальцем по щеке Энди. Мне будет не хватать тебя, Энди. Я никогда никого раньше не любил, и я просто не представляю, как я буду тут без тебя.
Слезы навернулись на глаза Энди.
– Майкл, может быть, меня...
Он снова не дал ей договорить:
– Тебя не изберут? Не глупи! Кто позаботится о зиготах и о будущих детях?
Энди опустила голову, но ничего не сказала.
Майкл взял ее за подбородок и заглянул ей в глаза:
– У нас остался месяц. Давай не будем терять время впустую.
Они обнялись, и изображение исчезло.
Рита никогда еще так сильно не переживала. Она смирилась с разлукой с Таглом, потому что она изучала зиготы и потому что она знала, что в конце концов они будут вместе. Их физическая связь делала ее положение трудным. Любимая работа помогала ей выстоять. Майкл и Энди будут разлучены навечно.
На экране возникло изображение обсерватории. К прерывистому дыханию Майкла примешивался звук плохо сдерживаемых рыданий. Время шло, Рита смотрела и ждала, разделяя с ним его одиночество и тоску.
Неожиданно появился Росс.
– Закончилось?
– спросил Майкл дрогнувшим голосом.
– Несколько минут назад.
– Росс пододвинул кресло и сел.
– Итак... кто же счастливчики?
Росс взглянул на свои руки.
– Энди, конечно, и Шерри. Она - диетолог, и поскольку она работала с Энди с того самого момента, как попала на станцию, это был логический выбор.
– Нет вопросов. Кто еще?
– Я.
– Тоже логично.
– Майкл тяжело вздохнул.
– Ты знаешь о базе больше, чем кто-либо другой. А четвертый?
Росс улыбнулся:
– Ты.
Изображение подскочило вверх. Майкл шумно выдохнул воздух.
– Это, должно быть, ошибка. Росс. Что я-то могу предложить?
– Пытливый, острый ум. Талант докапываться до правды. Наблюдательность... и это далеко не все.
Майкл резко встал.
– Какой, к черту, от этого толк?
– Большой. Что, если инопланетяне будут настроены совсем не по-дружески? Что, если они окажутся злобными существами, достаточно умными, чтобы скрыть свои истинные намерения? Они будут многое знать о нас, а мы о них - ничего. Вот тогда-то ты их и раскусишь.
– Ага, как я раскусил Уилсона. У меня это неплохо получается.
Росс нахмурился:
– Слушай, не хочешь - забирай свой файл и все дела.
– Я не сказал, что не хочу. У меня просто даже в мыслях не было, что у меня есть шанс быть, черт возьми, избранным. Я провел последние четыре недели, стараясь привыкнуть к тому, что Энди будет замороженным трупом, лежащим этажом ниже. Все это очень неожиданно.
– Ты согласен или нет?
– Согласен.
– Майкл помолчал.
– Когда?
– Мы не хотим откладывать дело в долгий ящик. Послезавтра тебя устроит?
– Да, но... может, со мной что-то не в порядке, но у тебя нет такого впечатления, что ты добровольно согласился умереть?
Росс передернул плечами:
– Всем нам надо идти когда-нибудь, но я не сомневаюсь, что мы в конце концов проснемся. Лично я не собираюсь упустить этот шанс... независимо от того, чем это обернется.
– Ты прав. Где Энди?
– Ждет тебя у себя.
Экран на минуту потемнел, потом Рита снова увидела уставшее лицо Майкла.
– Пока что это кажется странным сном. Но если с процессом замораживания все получится, то Росс, Шерри, Энди и я находимся за вон той стеной. Вероятно, мы мертвы. Если нет, если каким-то чудом мы выжили... возможно, мы скоро встретимся. Я уверен, что где-то есть ключ для ввода программы, но, следуя нашим традициям постоянно подстраховывать себя и свои действия, я дам вам код прямо здесь. Он появился на терминале за вашей спиной.
Майкл помолчал, тяжело дыша.
– До свидания.
– Он слегка улыбнулся. До поры, до времени.
Изображение лица Майкла сменилось цифрами для ввода программы.
Рита быстро включила смежный терминал. По экрану побежала простая, четкая информация о процессе заморозки. Она секунду смотрела на мерцающие мониторы, затем повернулась к гладкой стене.
Дыхание ее перехватило, и кровь застучала в ее висках.
– Будьте живы, - прошептала она хрипло.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
На нижнем этаже около шахты лифта Лиш приподнялась с пола и застонала. Она не имела ни малейшего представления, как долго она пролежала здесь, и только смутно припоминала, как споткнулась при выходе из лифта и потеряла сознание. Однако она отчетливо помнила, что обморок вызвали спазмы внизу ее живота. Выпрямившись, Лиш оперлась спиной о твердую поверхность стены и несколько раз глубоко вдохнула. Нестерпимая боль меж ее ног сменилась непрерывным, но вполне терпимым покалыванием, и через пару минут она нашла в себе силы, чтобы встать. Как только она обрела равновесие, Лиш сфокусировала свое внимание на воздушном шлюзе и неожиданно вспомнила, зачем она опустилась на нижние этажи. Норий была в лаборатории, и у нее хранились лекарства, чтобы утихомирить огонь, бушующий в теле Лиш.
Движимая этой простой целью, Лиш в два прыжка очутилась около воздушного шлюза и нажала кнопку на приборной доске. Она напряглась, ожидая конца перегонки воздуха, и приготовилась к новому приступу боли. Совсем недавно она радовалась, что ее от Вита отделяла толстая стена. Теперь же она проклинала медлительный механизм, из-за которого она не могла попасть во внутренние комнаты. Как только дверь открылась настолько широко, чтобы дать ей пройти, Лиш выскочила наружу и заспешила по плохо освещенному коридору, остановившись на секунду только тогда, когда ее ноги снова свело судорогой. Когда она наконец добралась до лаборатории, она была очень возбуждена и раздражена.