Чтение онлайн

— Что ты хочешь узнать?

— Всё.

Густые брови сошлись на переносице.

— Тебя это действительно интересует?

Я ждала, ждала, ждала…

— Мы — особенная семья, — начал Роберт. — Моя мать, Элеонор, как и отец, была обращена в вампира другим вампиром, но у нее особый дар — она может иметь детей. Женщина, обращенная в вампира, не может выносить и родить ребенка, а Элеонор смогла. Я был первым их ребенком, а спустя некоторое время появилась Стефани, поэтому меня и сестру нельзя назвать как обращенными, так и мормо. Мы другая раса, неизвестная, особенная…

— Стоп, стоп! Что еще за мормо? — полюбопытствовала я, вспомнив, что никогда не слышала этого определения.

— Мормо — один из четырех видов вампиров, ныне живущих на земле. Они схожи с человеком: рождаются, взрослеют, умирают от старости. Но у этого вида есть своя уникальная особенность: они могут остановить свое взросление, оставаясь на века детьми, молодыми или старыми, это зависит от того, в каком возрасте они захотят «остановиться», однако также могут и возобновить свое развитие. Их еще называют Живые из-за людской температуры тела. Яркий пример мормо — наш Адам.

— Адам — мормо?!

— Ага. Он остановил свое развитие в возрасте двадцати пяти лет.

— В школе он явно засиделся, — с улыбкой заметила я.

— В школу мы ходим только потому, что не хотим скрываться. Кстати, большинство мормо так и делают.

— Расскажи больше, — умоляла я. — Как их, например, отличить от людей?

— Вряд ли обычным людям удастся обнаружить мормо. Их развитие, обыкновенный цвет кожи и нормальная температура тела позволяет им надежно скрываться в человеческом мире. Они также наделены дарами, силой, прочной кожей и всем остальным, что есть у нас. Мормо, как и обращенных, сложно уничтожить. Единственное, что отличает их он наших способностей — риск подхватить грипп и другие людские заболевание, которым иммунитет обращенных вампиров не поддается. Некоторые мормо даже умирали.

— Ладно, но что насчет тебя? Многим ты схож с ними?

— Не знаю, — пожал плечами Роберт. — Отец многие годы изучал нас, пытаясь найти ответ на вопрос «кто мы такие?», и пришел к выводу, что я и Стефани — наполовину обращенные, наполовину мормо. Он назвал нас «редким видом». У меня нормальный цвет кожи, хотя моя температура тела ниже нормы. Мы не так часто нуждаемся в крови, что меня радует. И еще одно — мой возраст. Я повзрослел через семь лет после рождения и мне на данный момент примерно девятнадцать лет, как вывел отец. А Стефани семнадцать.

— А ты у нас особенный, — протянула я.

— Ага, точно!

— Знаешь, в первую ночь после моего переезда мне приснился странный сон, — я помолчала, поглядев на Роберта в надежде, что его хоть что-то выдаст, но Скотт оставался невозмутим и я продолжила: — Я была в Темном лесу осенью. Я шла по лесной тропинке, как заметила парня, стоящего в тени дуба. Лица, к сожалению, я не разглядела, видела только карамельные глаза и кольцо того же цвета. Когда я пришла в школу и впервые увидела тебя, я поняла, что тот парень — ты! Как сможешь объяснить это, если раньше мы не встречались?

Роберт пожал плечами, спокойный как никогда, но в глазах мелькнул… страх?

— Есть еще странности?

— На второй день я обнаружила у своего окна черного ворона. У него были странные глаза, словно человеческие!

Роберт залился смехом.

— Оуэн успел познакомиться с тобой даже в своем втором обличье!

— Э? — остроумно спросила я.

— Это был Адам, глупышка! Надеюсь, ты его не поранила! — Скотт вновь рассмеялся.

— Адам — ворон? — ужаснулась я. И я еще танцевала на балу с птицей!

— Некоторые вампиры могут превращаться в животных, — попытался успокоить меня Роберт. — Это вполне нормально.

— А что он делал у меня? Этот выскочка клюнул меня в палец! Ну, всё, не жилец он теперь!

— Это спроси у него самого, — озорно усмехнулся парень.

За барной стойкой недалеко от нас сидела симпатичная блондинка. Кусая трубочку от коктейля и барабаня длинными ноготками по поверхности столешницы, она с желанием осматривала каждый дюйм Роберта. По-видимому, представляла, каков он без одежды. Заметив, что я на нее смотрю, она окинула меня презрительным взглядом и отвернулась.

— Невероятно, — вдруг осипшим голосом проговорила я. — С тобой никуда нельзя пойти. Везде эти, — я кивнула в сторону посетительницы, — готовые раздеть тебя взглядами.

Роберт, нахмурившись, посмотрел на блондинку, которая, поймав его взгляд, кокетливо улыбнулась.

— Бедняжка сама не своя. Не может понять, что тыделаешь с такой как я.

И тогда Роберт сделал то, что я от него ожидала меньше всего.

— Простите! — громко крикнул он, привлекая внимание блондинки.

— Роберт, — серьезно шикнула я на него, но при этом улыбалась, — не надо!

Однако Скотт и не думал выполнить мою просьбу.

— Вы своим поведением смущаете мою девушку, — сказал ей он.

— Роберт!.. — я расхохоталась.

— Что? — удивленно спросил он.

Блондиночка потупила глазки, собрала свои манатки и поспешила удалиться.

— О боже! — вновь рассмеялась я. — Лихо ты ее.

— Терпеть не могу таких, — сказал Скотт, созерцая хохочущую меня.

— Оно и видно!

Я вытерла слезы, выступающие из глаз, наклонилась к нему и накинулась со следующим вопросом, какой, похоже, больше всех интересовал меня:

— Поехали дальше. Что ты сделал с Кейт, мистером Форисом и Тайлером? Я видела, как у тебя почернели глаза.

Роберт не желал отвечать.

— Говори! — потребовала я. — Сам же хотел, чтобы я знала о вас всё.

— Вампиры могут гипнотизировать людей, чтобы заставить их выполнять то, что они повелят. Могут также стереть воспоминания об этом из их памяти. В то утро я внушил Кейтлин оставить меня в покое, но доза внушение была маленькой, через неделю другую она полностью раствориться, — рассказал он, потом резко склонился ко мне, так что расстояние между нами сократилось до двух дюймов. — Ответь теперь мне. Что ты видела, когда я занимался Хадж? Ты кричала и просила о помощи. Кого ты видела?

Слово «кого» показалось мне зловещим, холодным и мертвым… Я часто-часто задышала и испугано призналась:

— Призраков.

Долю секунды Роберт продолжал смотреть в мои серые глаза, проверяя честность ответа, затем возвратился обратно на стул.

— Извини, — прохрипел он так тихо, что человек мог бы и не услышать, но я услышала.

— Извинить за что?

— За то, что заставил тебя мучиться. Я не понимаю и не помню, как произошло, что мой гипноз каким-то образом подействовал на тебя, и ты смогла перешагнуть грань мертвых и увидеть странствующие души.