Чтение онлайн

— Да, ты прав, Александр, для такого большого собрания требуются помещения совсем иного размера.

Позин прикрыл глаза рукой, словно защищаясь от слишком яркого света, чтобы Молоканов не заметил мелькнувших в них веселых искорок. Александр изо всех сил старался не показать, до чего ему смешны натужные попытки этого надутого господина выглядеть интеллигентным и образованным.

И продолжил:

— А во–вторых, для фирмы, которая старается казаться солидной, было странным и противоестественном приглашать на презентацию людей, которых в приличном обществе дальше передней не пустят. Вспомните хотя бы ту компанию, которая бросала за борт девчонок–супермоделей и стреляла по теплоходному вымпелу из бутылок с французским шампанским! А каждая бутылочка, между прочим, стоила три–четы- ре тысячи долларов!

Молоканов рассмеялся, но затем посерьезнел и задумался.

Те, о ком говорил Позин, были представителями сибирской нефтяной компании, люди в основном простые и неотесанные. Каким ветром их занесло на самые верхи отечественного бизнеса — тайна. Да лучше этим и не интересоваться, чтобы не нажить неприятностей.

«Но если вдуматься, они такие же выскочки, как и я. Тоже получили свои капиталы сразу и много, а теперь не знают, что делать со свалившимся на них денежным счастьем», — размышлял Молоканов.

Он с подозрением взглянул на Позина. А не смеется ли над ним его новый приятель? Может быть, он для того и возит его за собой, чтобы выставлять на посмешище перед своими знаменитыми и образованными друзьями? Да нет, Александр слишком много хорошего ему сделал!

Невинное выражение лица собеседника развеяло малейшие подозрения. Просто он, Аристарх, симпатичен Позину, да и деньгами иногда помогает. Ясное дело, Александр эти пятьдесят тысяч долларов пока не вернул, да и вряд ли даже помнит о них.

«Вот никогда тебе не стать истинным интеллигентом: был холопом, холопом и сдохнешь! — со вздохом констатировал Аристарх. — Нажил такие миллионы, а о каких-то несчастных пятидесяти тысячах переживаешь! Окстись, господин Молоканов! Не позорься!»

Устыдившись собственных мыслей, Молоканов поспешил тут же загладить тайную вину перед любезным другом.

— А не посетить ли нам одно любопытное местечко? — обратился он к Александру, хитро улыбаясь. — Как ты относишься к шедеврам восточной медицины?

Позин сразу и не понял, что Молоканов имеет в виду, но на всякий случай оживленно закивал, показывая, что не прочь узнать о «шедеврах» побольше.

Не прошло и получаса, как оба находились на пороге «Волшебного укола дракона». На пороге их встречал лично сам профессор Чжао Вин, привычно улыбаясь и потирая сухие сморщенные ладошки…

— Лучшее средство, чтобы ощутить себя новым человеком, — произнес утомленно Молоканов, возлежа на простынях.

Он и Позин находились в небольшой комнате, заполненной ароматами восточных благовоний. По углам были расставлены серебряные курильницы, из которых к потолку устремлялись струйки ароматного дыма. От него у обоих слегка кружилась голова и в мозгу рождались необычные видения.

Стены были затянуты красным шелком с изображением непременных золотых драконов. Те же драконы извивались под ногами посетителей, инкрустированные на паркете из древесины разных сортов.

С потолка свисали тяжелые люстры, в которые были вставлены десятки разноцветных свечей.

Чжао Бин терпеть не мог естественного освещения. Да и посетители совсем иначе относились к процедурам при свечах. Будь здесь обычные лампы, чем бы тогда отличалась его клиника от стандартного больничного помещения?

Позин и Молоканов растянулись на простынях, отдав себя целиком во власть удивительно умелых массажисток. Чжао Бин выписывал этих девушек из Таиланда, где тонкое искусство тайского массажа передавалось из поколения в поколение.

— Вот ты, Александр, наверное, и не предполагаешь, что массаж разных участков тела способен вызвать определенные эмоциональные ощущения? — поинтересовался Молоканов, переворачиваясь на спину и подставив под руки массажисток свой белый пухлый живот. — Профессор мне неоднократно про это рассказывал, только вот я все запомнить не в состоянии. Уж очень мудреная это наука.

— Да уж, все неспроста, — в тон Молоканову откликнулся Позин и тоже перевернулся на спину. — Существует оригинальное китайское философское учение, которое называется «минь–го».

— И с чем его едят?

— Согласно этому учению, человек, которому делают массаж, сам должен участвовать в процессе. Именно тогда массаж достигает своей цели.

— Это как же? — не понял Молоканов. — Что, я должен сам себя массировать? А за что я тогда плачу всей этой банде узкоглазых девок, которые надо мной работают?

Он возмущенно махнул рукой и едва не свалился с кушетки на пол. Раскосые девушки, тискавшие его тело, умело подхватили Аристарха, помогли улечься поудобнее и рассмеялись мелким серебристым смехом.

— «Минь–го» в переводе с китайского — это «внутренний путь», — наставительно произнес Александр. — В соответствии с основными постулатами этого философского учения объект массажа должен в определенные моменты предаваться совершенно определенным мыслям. То есть идти «внутренним путем» навстречу волне удовольствия, которую излучают руки массажиста. Встречаясь, эти две волны образуют в теле маленький шторм, который заставляет человека совершенно иначе смотреть на мир.

— Вот как! — с интересом заметил Аристарх.

— Когда вы встаете с простыней после такого массажа, вы смотрите на мир совершенно другими глазами. Отныне вы обладаете феноменальной способностью смотреть сквозь стены и даже читать чужие мысли.

— Неужели это действительно возможно? — недоверчиво поинтересовался Молоканов.

Позин вздохнул.

— К сожалению, на изучение «минь–го» потребуются долгие и долгие годы. И даже если вы посвятите всю свою жизнь изучению этого чертова «минь–го», из этого совсем не следует, что вы обязательно овладеете этим искусством.

Молоканов разочарованно молчал.

«Впрочем, а на кой ляд мне это «минь–го», если по моему приказу любой, кому я вживлю наночип, для меня исполнит все, чего моей душе захочется? Придет в голову — и хоть голым по Садовому кольцу пробежит», — подумал Аристарх, заулыбался и подмигнул сам себе.

Хорошее настроение вновь вернулось к нему.

Тайские массажистки поняли его подмигивание совсем иначе. Одна из них осторожно запустила руку под простыню и с удивлением нащупала основательно увядший член Молоканова.