Тень былой любви. Повесть в трёх частях
Шрифт:
Она прибралась на столе, закрыла кабинет и направилась исполнять свою маленькую мечту. По дороге домой Кира вновь вспомнила о Германе, и вновь пожалела, что они так глупо расстались.
Подумав, она набрала Федору.
Слушая длинные гудки, Кира всё ещё сомневалась, правильно ли она поступает. Однако, когда в трубке раздалось его пьяное: «Аллё-на», все сомнения покинули юную красавицу.
– Во-первых, я – Кира, – злобно прошипела она, – а во-вторых, хотела тебе сказать, что я от тебя ушла. И упаси тебя бог…
Киру охватила волна ярости:
– Так вот упаси тебя бог дёрнуться в мою сторону. Ты меня понял.
На том конце провода Фёдор в недоумении посмотрел на экран мобильного, а потом презрительно хмыкнул и ответил:
– Да и катись. Кому ты нужна только будешь, разведенка с загонами? Тьфу, ты стала такая же тупая военная, как твой этот, бывший. Удачи, кошёлка!
Но Кира его уже не слышала, нажав кнопку отбоя.
Выдохнула:
«Фух… кажется, пронесло, и этот придурок сам собирался всё закончить… пффф… тем лучше для меня…»
Вернувшись домой весьма поздно, она бросила ключи и сумку на стол, скинула босоножки и платье, и, оставшись в одном белье, проследовала в ванную комнату.
Наполнив ванну горячей водой и расставив на полке ароматические свечи, Кира разделась, включила на мобильнике музыку и погрузилась в размышления о Германе, и что же ей с ним делать.
Глава 6
А что же Герман?
С тех пор, как они с Кирой разбежались, Громов буквально не находил себе места. Нет, он конечно пытался наладить свою жизнь, но те, что ему встречались, почему-то не шли ни в какое сравнение с Авериной.
– Ну и дурак же ты! – Анна Николаевна по обыкновению заваривала цветочный чай, который они пили с сыном по вечерам.
– Почему же?
– Да потому что задурила тебе голову девка, а ты и развесил уши! Она уже и так над тобой поиздевалась, осталась с тем, другим, а ты всё думать никак не перестанешь! Может, хватит уже над собой издеваться, сынок? Ты уже забыл, какие переживания были зимой? Она ведь до сих пор не дала о себе знать ни разу!
– Мама, – Герман холодно глянул на свою мать, – а давайте вы не будете лезть, куда вас не просили? Я сам как-нибудь разберусь!
– Ага, да, разберёшься, – усмехнулась Анна Николаевна, – видала я, как ты разбираешься! А ладно, если тупой, то это только могила исправит!
– Знаете, что, мама?! – Герман вышел из-за стола и направился вон из кухни, – Пейте свой чай сами! Приятного аппетита!
Он заперся в комнате и открыл ноутбук. Набирая адрес известной социальной сети, он был настроен весьма решительно.
Герман открыл панель с сообщениями и набирал текст:
«Здравствуй, Кира! С тех пор… в общем, когда мы расстались, я очень много думал о тебе, о себе, о том, что послужило причиной к нашему расставанию, но так и не нашёл внятного объяснения. Потом я пытался вычеркнуть тебя из своей жизни, забывать, но, чем больше я старался это делать – тем смешнее были мои попытки. Прости, я понимаю, как сейчас выглядит этот текст, ноя пишу так, как думаю… Давай встретимся и всё обсудим. Если ты, конечно, хочешь этого.» Герман ещё раз перечитал текст.
«Вроде сносно,» – подумал он.
Отправить. Письмо сию же секунду было доставлено Кире.
Теперь Герману оставалось лишь ждать…
Аверина только вышла из ванной. Завернувшись в махровый малиновый халат, она уселась в кресло, держа в руках кружку с ароматным какао. Заметив мигающее уведомление, Кира отставила напиток в сторону и погрузилась в чтение.
Удивительно, но от плохого настроения вмиг не осталось и следа. Кира поняла, что Громов не даром так быстро ей «запал». Вновь и вновь перечитывая письмо от голубоглазого красавчика, она расплывалась в улыбке и набирала ответное сообщение.
«Здравствуй. Надо сказать, твоё сообщение меня очень сильно удивило… Герман, я думаю, нам надо встретиться и поговорить лично. Тем более, что мне, кажется, есть что тебе сказать. Когда мы могли бы увидеться?»
Сон как рукой сняло, и Герман вновь и вновь перечитывал сообщения от той, на примирение с которой даже не рассчитывал.
«Я могу хоть сейчас!» – улетело сообщение для Киры. Громов сжался, будто пружина, в ожидании ответа от своей возлюбленной.
Улыбнувшись, Кира потянулась на кресле, и сделала очередной глоток какао.
«Хм… да ну нет… так впопыхах я, пожалуй, не готова к встрече… Вот если бы…»
Покопавшись минуту в телефонной записной книжке, она нашла давно забытый номер Громова и нажала кнопку вызова.
Трубку взяли мгновенно:
– Да, привет! Я так рад тебя слышать…
– Привет, Гер, так что ты там говорил насчёт встречи?
– Хоть сейчас!
– Ух ты какой торопливый, – усмехнулась Кира, – ну нет, прямо сейчас – это слишком, а вот если ты меня завтра с работы заберёшь, и мы где-то поужинаем, будет в самый раз.
– Как пожелаешь, – Герман заметно сбавил обороты, понизив голос, – ты где территориально?
– Недалеко от Кантемировской. Сейчас скину тебе адрес.
– Во сколько тебе удобно, чтоб я тебя встретил, Кир?
– Полседьмого. Я как раз всё доделаю. Ладно, Гер, мне пора уже ложиться, а то завтра не встану. Вечером наговоримся! До встречи!
– Тогда до завтра. Я буду ждать нашей встречи… Доброй ночи тебе – и он отключил телефон.
Воодушевленный приятными новостями, Громов принял душ и улёгся на чистые простыни, которые застелил ещё утром. Мысли о возлюбленной занимали всю его голову, и он провертелся полночи в предвкушении вечернего свидания.
Аверина же впервые за этот год с лишним засыпала в умиротворенном настроении. И даже ненавистные обои не вызывали привычной неприязни – сегодня мысли Киры были заняты куда более приятными образами…
Глава 7
Рабочий день оказался очень насыщенным и интересным.
Аверина продолжала знакомиться с коллективом и особенностями работы, потихоньку вникая в новые функции, которые ей предстояло со временем освоить.
В течение дня Кира то и дело сновала из отдела в отдел, уточняя, выясняя и постоянно что-то записывая в ежедневник, который специально прикупила для новой работы.
Завертевшись, как белка в колесе, Кира и не заметила, как часы показали половину седьмого.
Она выглянула в окно.
«Фольксваген тигуан» уже стояла под окнами офиса, где она работала. Приглядевшись, она заметила Германа, который расхаживал взад-вперед в ожидании, пока она спустится. В руках он держал трогательный букет ромашек. Увидев это, Аверина чуть не прослезилась:
– Ох, Кира-Кира, если ты и в этот раз проворонишь его– будешь по-олной дурой!
Спустя десять минут она уже спускалась по лестнице. Облаченная в своё любимое красное платье и туфли в тон, она произвела на Германа просто неизгладимое впечатление.