Чтение онлайн

И тогда, десять лет назад, он смог вылечить одну пациентку, вызвав вспышку энтузиазма у артефакторов и врачей. Артефакторы завидовали и возмущались, что их коллега занимается проблемами врачей, а врачи — радовались и удивлялись, что первые открытия были сделаны не на базе Императорского госпиталя, где давно существовала кафедра магического рака.

Потом всё пошло наперекосяк, и сколько бы Гай ни пытался — безуспешно. Та вылеченная маленькая девочка осталась единственной, кому он смог помочь. А ведь он всего-то проверил на ней теорию связи между энергетическим контуром и кровью, которая ранее отрицалась. Переливание крови помогло малышке, она выздоровела, но повторить успех не получилось.

И тем не менее: в чём Гай уж точно разбирался, так это в вопросах крови. Поэтому видел, что формула магического эликсира, который должен был выявлять родовую магию, построена не на её наличии, а совсем наоборот. Собственно, это было объяснимо: в крови нетитулованных магов не было константы родовой магии, как её называли артефакторы, вот и в формулу записали то, что имелось, а не то, что подразумевалось. Как можно найти то, чего нет, если этого даже в условиях не наблюдается? Да никак.

Но сказать всего этого он не мог. Он же всего лишь охранник.

Потому и сидел, наблюдая за озадаченным Вистаном. Да, Болдиус был отличным артефактором-экспериментатором, но с кровью он дела практически не имел, вот и не видел того, что видел Гай.

— Сдаюсь, — сказал в конце концов Вистан, усмехнувшись улыбающемуся Янгу. — Ошибка точно должна быть, но какая я определить не могу.

— Я думаю, определили бы, если бы подумали ещё, — невозмутимо откликнулся Рон, кинув в сторону Гая мимолётный острый взгляд. — Посмотрите внимательно на две части формулы. Слева у нас подопытный — нетитулованный маг. Разве здесь есть указание на то, что у него должна быть родовая магия?

— Нет. Но это указание я вижу в числителе.

— В числителе — да, там у нас записан отец подопытного, аристократ, у него-то родовая магия есть. А в знаменателе — ноль. Разве можно делить на ноль?

— Нельзя, но…

— А теперь смотрите, — Рон на секунду перевёл взгляд на доску, вновь левитировал мелок — и тот заскользил по поверхности, исправляя формулу. — Вот так и так. Сюда добавляем константу, сюда — дополнительные условия, чтобы запустить химическую реакцию. Кровь должна была расслоиться — внизу эритроциты, сверху плазма. В том случае, если родство есть, разумеется, а мы знали, что оно есть. Однако вновь ничего не вышло.

— Почему? — недоумевал Вистан. — Ошибки ведь нет!

Гай тоже не мог понять почему. Теперь, на его взгляд, в формуле Янга всё было правильно.

— Потому что наш подопытный не имеет родовой магии, — развёл руками Рон. — Мы, конечно, написали в формулу всё, что могли, но на самом-то деле он — ноль. И делить на ноль по-прежнему нельзя. Знаете, это как поставить в витрину цветочного магазина ветку чертополоха и написать на этикетке: роза. Можно даже продавать его как розу, но он тем не менее останется чертополохом. Чтобы увидеть розу в чертополохе, слов на этикетке недостаточно.

— Ясно, — поморщился Болдиус, мрачнея. — Звучит как безнадёжное дело, честно говоря, Янг.

— Трудно найти белую мышь в снегу, особенно если её там нет, — пробормотала Арья Витайлиус, и некоторые артефакторы грустно захмыкали. Явно осознали уже, что лёгкой их работа в ближайшие месяцы точно не будет.

— Ну что ж, теперь наша третья попытка, — продолжал Рон. — Вновь эликсир, но подопытный должен был его пить. Идея Воллиса, — Янг закатил глаза, услышав пару смешков, — я предупреждал, что хорошим это не закончится. Предполагалось, что подопытный, выпив эликсир с кровью своего родственника, ничего чувствовать не должен, но наш бедняга едва концы не отдал. Сильнейшая интоксикация, потому что раствор, изготовленный по формуле, для питья не предназначен! Чудес не бывает, господа и дамы. В общем, после этого я отправился к императору и порекомендовал ему отстранить Воллиса Амириуса от руководства комиссией. Благодаря чему вы, собственно, и здесь.

Янг сказал это обычным тоном, однако для многих — Гай был уверен — это прозвучало впечатляюще. Император прислушивается к нетитулованному магу! Да, талантливому артефактору, но это не отменяло того факта, что он — сын сапожника. Мог бы для приличий сначала к начальству своему сходить…

— Я закончил, ваше величество, — произнёс Рон, и Виктория, сидевшая к нему спиной, развернулась, чтобы кивнуть:

— Благодарю. Садитесь.

***

Хорошо, что она попросила Рона выступить. Сама Виктория не смогла бы так доступно всё объяснить. Доступно, понятно и, кажется, пессимистично — поскольку лица новых членов комиссии изрядно скисли. Все, кто был здесь с первого дня, посматривали на новичков с ехидцей, понимая: они явно думали, что сейчас придут и сделают гениальное открытие. А оказалось, что проблем тут не меньше, чем у охранителей с демонами Геенны.

Зато за это время Виктория собралась с мыслями, продумала, что скажет в дальнейшем, и более-менее успокоилась.

Сразу после того, как Янг опустился на своё место, Виктория заговорила, медленно обводя глазами стол, за которым сидели члены комиссии — точнее, теперь уже отдела:

— Как видите, задача непростая.

— Мягко говоря… — почти неслышно пробормотала одна из женщин-новичков, и Виктория решила снова поиграть в стерву.

— Прошу не перебивать, когда я говорю, — сказала она, строго посмотрев на коллегу Болдиуса, и та тут же стушевалась:

— Простите, ваше величество…

Снисходительно кивнув, Виктория продолжила:

— Задача непростая. И сделано уже было немало, но всё безуспешно. Хотя мы с его величеством считаем, что за прошедшее время можно было сделать и больше. Поэтому, если вы рассчитываете отдыхать, а не работать, нам лучше расстаться прямо сейчас. Подумайте до завтра — я думаю, император не станет возражать, если кто-то нас покинет. Мне кажется, что десяти членов комиссии было бы вполне достаточно, сейчас здесь всё-таки слишком много народу. Единственное, что останется неизменным, — это я в качестве вашего руководителя и магистр Рон Янг в качестве консультанта. Дальше. Мы с вами встречаемся завтра в то же время, а на сегодня расходимся, чтобы вы могли собраться с мыслями. Завтра жду предложений. — Виктория вновь взглянула на Вистана: — От вас в первую очередь, архимагистр. Нужно определиться, куда мы идём дальше. Какую из трёх неудач будем дорабатывать. Точнее, из двух, поскольку третья попытка не выдерживает никакой критики даже с моей точки зрения, а я, как вы знаете, не специалист. Пожалуй, это всё. Вопросы?

— Да, несколько вопросов у меня есть, — сказал Болдиус и зачем-то посмотрел на Гая. Зачем Виктория поняла через мгновение, когда артефактор поинтересовался: — Вопрос первый, не слишком острый, но тем не менее… Кто это с вами?

— Я думала, ответ очевиден, архимагистр, — холодно улыбнулась Виктория. — Охранник, разумеется. К сожалению, наши с вами общие знакомые здорово постарались, и теперь без охраны я никуда.

— Ясно, — кивнул Болдиус, наконец перестав изучать Гая, который сидел ровно и с бесстрастным лицом. — Просто ваш охранник очень внимательно слушал то, что говорил Янг. И смотрел на формулы так, будто что-то в них понимает.

Значит, Болдиус тоже заметил необычное поведение Гая, не только она.

— Что вас удивляет, архимагистр? — Виктория слегка подняла брови. — Мой охранник не необразованная дубина. Да, он понимает. Но, как видите, молчит. Можете считать его моей тенью, если вам так будет проще. Другие вопросы, более важные, есть?

Кажется, у неё всё хорошо получается. По крайней мере, строить из себя стерву — точно получается.

Вон как веселится Рон.

***

Ещё примерно час Вистан задавал Виктории разные вопросы, и Гай внимательно слушал и её ответы, и вопросы бывшего начальника. С ответами всё было хорошо, императрица, будучи не артефактором, а биологом, отлично справлялась. А вот вопросы…