Чтение онлайн

Сосредоточившись на этом утырке, я подметил одну занимательную вещь: кровь, идущую из его носа. Именно за ней, невзирая на невидимую стену, я и потянулся. Она откликнулась.

В голове тут же проснулась жажда, но ситуация, в которой мы оказались, напрочь снесла этот вампирский позыв.

Кровь, словно повинуясь моей воле, устремилась обратно в нос молящегося. Тот, видимо, не ожидавший такого подвоха, поперхнулся и закашлялся, прерывая заклинание.

Виталик, видимо, лишившись этого «давления», обессиленный рухнул на землю. Невидимая стена, сковывавшая нас, исчезла.

Ориана, не теряя ни секунды, подлетела к придурку и со всей силы врезала ему под дых. Тот согнулся, хватая ртом воздух.

Она, не давая ему опомниться, схватила его за волосы и несколько раз ударила головой о землю:

— Сукины дети! — прорычала она, продолжая колотить его головой о землю. — Я вам покажу, как изгонять наших!

Я подбежал к Виталику, склонившись над ним. Он был бледен, как полотно, и дышал с трудом. Как-либо излечить его я не мог. Не лекарь, не доктор, да и как нежить лечить? На ум приходило только покормить его. Но это было перебором.

То есть хрен ему, а не укусы в шею. Хотя… блин, надо спросить у Орианы про это. Лечит ли их… ой, нас кровь, и всё в том же духе.

Далее начался допрос. Всю четверку этих идиотов определили в одну точку, поближе к кустарнику, где Ориана отжигала. Задавая вопрос, она слышала лишь мычание, за что от души, с ноги, отправляла ребят в тар-тарары. Оглушала, но не убивала.

Хотя я был уверен, что ещё чуть-чуть, и она закипит.

Я присел рядом с Орианой, наблюдая за ее «допросом».

Зрелище было, конечно, впечатляющее. Четверо перепуганных до смерти идиотов, сбившихся в кучу, и разъяренная Ориана, методично выбивающая из них показания. Методы у нее, конечно, были далеки от гуманных, но, признаться, результат давали. После очередного пинка под ребра один из студентов, захныкав, попросил перестать их трогать.

На что Островская заржала, как сама Сатана:

— Ублюдки! Вы сами напали на студента! На первокурсника! Вы чем, сучьи дети, думали?

Ругательства со стороны старосты выглядели забавными. Виталька, к слову, уже отошёл, изрядно восстановился и с интересом наблюдал за происходящим.

Ребята, как оказалось, искали способы получить силу. Каждый из них имел класс: перевертыш. Но они не могли перейти по «ранговой лестнице». Что такое эта ранговая лестница у этого типа «сволочей», я узнал через минуту, когда Островская, повернувшись к нам, обнаружила «вопрос» на моём лице.

У нежити, у такой как она и Виталька, ну и в частности, я, есть лишь два уровня: низшие и высшие. Когда у оборотней и прочей мохнатой шушеры их аж шесть. Если у нас уровень определен природой и способностями заранее, то у «псин» всё куда проще. Они все первоначально имеют первый. Далее — качаются, используя новые навыки или выходя на охоту.

Услышав про охоту, я прифигел. Оказалось, что перевертышей водят на границу второго и третьего Контура, дабы те оттачивали свои способности на Тварях. Слабых, разумеется.

Драться с сильными они не смогут аж до четвертого курса, где их навыки должны были иметь уже третий уровень.

В общем, эти уроды решили задрать Виталика, думая, что за ним никто не придёт. И в целом они были правы. В Академии всем было насрать на выживаемость.

Смог отделать врага? Молодец, живи дальше. Нет? Ну, помянем, что тут скажешь.

— Не думал, что такое вообще допустимо среди студентов.

Мои слова привлекли внимание Орианы. Девушка, тяжело выдохнув, поджала губы и еле слышно пояснила:

— В целом такое не приветствуется. Но эти идиоты до банального не в курсе, что таким образом они никакого уровня не поднимут.

После её фразы студентики удивленно уставились на неё.

— Почему? — я нахмурил брови. — Ведь я что-то слышал про поглощение…

— Это у нас, у нежити второго уровня, есть такая фишка: поглотить слабого, у кого нормализовался дар.

— То есть ты можешь поглотить меня?

— Теоретически — да, фактически — нет. Я твой куратор, и я отвечаю за тебя головой. Есть такой пункт в правилах. Так что как бы я не хотела вкусить тебя, увы, уже не могу.

Не то чтобы я поверил её словам, но на душе стало полегче.

Затем она пояснила мне, что для того, чтобы получить следующий уровень, перевертыши должны убить существо сильнее их. И убийство Виталика бы ничего не изменило. Он слабее в разы. Так что им выгоднее было бы убить её, например, или действительно сильную Тварь со второго, а лучше, с третьего Контура.

То есть, эта ситуация была построена на тупости четверых студентов Фракции Огня.

Ориана сплюнула на землю, презрительно глядя на поверженных оборотней:

— Тупые, как пробки, — пробурчала она себе под нос. — Даже банальную информацию не удосужились узнать.

Похоже, осознание собственной глупости окончательно сломило дух незадачливых охотников за силой. Они сидели, понурившись, и лишь изредка поглядывали на Ориану со страхом. Виталик, похоже, окончательно пришел в себя и теперь с улыбкой наблюдал за происходящим, словно за увлекательным спектаклем.

Я задумался. Получается, в этой Академии не только учат убивать, но и создают условия для того, чтобы студенты могли убивать друг друга? И пусть это не приветствуется, но и не пресекается особо. Какая-то странная система отбора.

Выживает сильнейший — звучит жестоко, но, наверное, в этом есть какой-то смысл. В конце концов, мы же не в пансионате для благородных девиц. Здесь готовят к войне, к выживанию в мире, где каждый сам за себя.

Ориана, видимо, почувствовав мои мысли, хмыкнула:

— Не переживай, тебя я в обиду не дам, — сказала она, лукаво прищурившись. — Хотя, признаюсь, иногда очень хочется проверить, так ли ты вкусен, как говорят.

Я лишь пожал плечами, стараясь не показывать своего недовольства. Шутки шутками, но от этой непредсказуемой вампирши можно ожидать чего угодно.

Разбираться с оборотнями Ориана предоставила мне. Видимо, решила, что мне будет полезно немного развлечься. Я подошел к ним, думая, что такое можно сделать:

— Ну что, ребятки, — произнес я, растягивая слова. — Поиграем?