Чтение онлайн

— Невероятно, — прошептала Ольга Сергеевна, подходя ближе. — Ты сделал это сознательно. Ты контролировал кровь. Это не просто редкий случай, это… это гениально! Так быстро, на первом курсе… черт возьми!

Она оглядела студентов, лица которых всё еще выражали шок и неверие. Виталик, казалось, заикался, пытаясь что-то сказать.

— Что ж, господа, — объявила профессор, стараясь вернуть себе обычный строгий тон. — Думаю, этот… небольшой эксперимент наглядно продемонстрировал нам, что такое истинный потенциал. Думаю, у нас появился новый лидер. Поздравляю вас, Максим Евгеньевич!

Но занятие на этом не закончилось. Студенты, желающие получить похвалу, начали поочередно пытаться что-либо проделать с кровью. Причем потенциальный второй уровень был у половины из присутствующих.

А те, кто уже осознал получение первого дара и то, что с магией стихий придётся распрощаться, лениво наблюдали за остальными.

Помогая Виталику в «осознании» силы, я наглядно показывал ему, как каплю превратить в нечто острое. Затем, как привязать своё зрение к этой хрени и как ею управлять.

У Попова не получалось. Получалось только у меня. И под стать тому, как моя новая нить приобрела форму насекомого с крыльями, в аудиторию вошла Островская.

Её появление я почувствовал пятой точкой. Волосы на заднице вздыбились, а по шее прошлись мурашки. Не знаю почему, но я на внутренних инстинктах чувствовал её. Скорее всего, как очевидного противника, с которым в будущем придётся схлестнуться.

Она облокотилась о стену, наблюдая за мной. Я видел её краем глаза. Пришлось прекратить демонстрацию навыка, оставляя Попова наедине со своими тщетными попытками.

— Впечатляет. А я-то думала, ты только колкие комментарии писать можешь.

Зазвучавший голос Островской заставил меня обернуться. Сощурившись, я спросил, вполне нагло:

— Что тебе нужно, Островская?

— Всего лишь извиниться, — Ориана сделала шаг вперед, вытягивая руку. — И предложить перемирие. Мы зря тратим энергию на вражду. Нам ведь есть что делить.

Я скептически вскинул бровь, рассматривая протянутую руку.

Перемирие? От Островской? Это звучало подозрительно, как минимум. Слишком резко она сменила гнев на милость. Что-то тут было не так. Но оттягивать момент не хотелось. Наигранно улыбнувшись, я пожал её руку:

— Принято. Но я оставляю за собой право сомневаться в твоей искренности, — произнес я, не отпуская ее руки.

Рукопожатие вышло крепким, почти агрессивным. В глазах Островской мелькнул вызов, но она быстро его спрятала за вежливой улыбкой:

— Время покажет, кто из нас лукавит, — ответила она, наконец вырвав свою ладонь из моей хватки.

Я отвернулся от Островской, делая вид, что возвращаюсь к Виталику, но периферийным зрением продолжал следить за каждым ее движением. Не доверял ей ни на йоту. Слишком уж гладко всё складывалось. Обычно после таких перемирий в спину прилетает что-то особенно мерзкое.

— Ладно, Попов, давай еще раз, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал как можно более непринужденно. — Смотри, концентрация, визуализация… представь, что капля — это продолжение твоей воли.

Виталик, все еще немного ошарашенный, послушно кивнул и снова принялся колдовать над своей каплей крови.

Я же продолжал внутренне готовиться к любому возможному подвоху со стороны Островской. Она продолжала стоять у стены, наблюдая за нами с едва уловимой улыбкой.

Что у неё на уме? Какой план она вынашивает? Эти вопросы крутились в моей голове, не давая сосредоточиться на помощи Виталику.

Внезапно Островская оттолкнулась от стены и направилась к выходу. На пороге она обернулась и, пристально посмотрев на меня, произнесла:

— Кстати, Максим. У меня есть для тебя кое-что интересное. Зайди ко мне сегодня вечером. В восемь.

И, не дожидаясь ответа, Ориана вышла из аудитории, оставив меня в полном недоумении. Что это было? Приглашение? Или ловушка? Вечер переставал быть томным. Придётся идти, чтобы хоть немного понимать ее мотивы. Но точно не одному.

Игнорируя вопросы одногруппников: «Покажи, как правильно контролировать кровь», я спешно покинул аудиторию. Оказавшись на границе Контуров, вспомнил, что в аудиторию нас вела Анна Альбертовна Мавританина, дабы обезопасить нас.

Но что-то мне подсказывало — никто на нас не нападёт. Когда за моей спиной появился Виталик, я уже выстроил маршрут к себе в общежитие.

Неспешно идя, я направился согласно навигатору и вскоре вышел к нужной мне арке. Телепортировавшись в старую аудиторию, я так же покинул её.

Перешел через Контура и оказался в леске возле своей башни. Оглядываясь по сторонам, наколдовал воздух, открыл врата и поспешил к лифту.

К чему была эта спешка? Хм, скорее всего, это было обусловлено сообщением Толстого, которое я получил сразу, как засобирался на выход.

Он нашёл мне какого-то куратора, о чем очень хотел со мной поговорить, непосредственно перед встречей с Орианой, которая должна была состояться через два часа. Хотя на неё я вроде как и не собирался.

Лифт взмыл вверх, и я, прислонившись к прохладной стене, попытался упорядочить мысли. Директор, куратор, Ориана со своими загадками…

Кажется, моя жизнь превращается в какой-то запутанный квест, где я — главный герой, совершенно не понимающий правил игры. Впрочем, это было в моем духе.

Ворвавшись в свою комнату, я первым делом заварил себе крепкий чай. Необходимо было взбодриться и обдумать ситуацию. Куратор от директора — это интересно. Что-то явно произошло, и мне, как обычно, придется разбираться в этом самому.

А может, всё дело в случившемся? И учитывая то, что я отчебучил сегодня, теперь мою силу нужно контролировать?

Хех. С такой точки зрения я эту ситуацию не обдумывал.

Отпив глоток обжигающего напитка, я уселся в кресло, глядя в окно на раскинувшийся под башней город.

Мне всё ещё было непривычно осознавать все эти помещения между Контурами. Точнее, в данный момент я находился в человеческом мире. Сумерки сгущались, окутывая проглядывающиеся высотки зыбким туманом. Мысли роились в голове, пытаясь выстроиться в логическую цепочку. Зачем директору понадобилось приставлять ко мне куратора? Что такого я сделал?