Чтение онлайн

Ракушун написал «Императорская армия», используя знаки, Царственные Мастера Войны.

– Армия самозванки наступает на провинцию Баку. У Маркиза Баку под началом всего три тысячи воинов и он не сможет продержаться долго. Это лишь вопрос времени.

Он уселся на прямо не стол и взял себе немного фруктов.

– А где ты нашёл Кей-о, кстати говоря?

Эн рассказал ему вкратце, что произошло. Энки выслушал рассказ молча, затем, наклонившись вперёд, угрюмо спросил.

– Какой дурак осмелится послать кирина, чтобы убить человека?

– На данный момент, мы можем пока отложить вопрос о том, кто тянет за ниточки. Но мы просто обязаны вернуть Кейки.

– И чем раньше, тем лучше. Стоит им узнать, что Кей-о находится здесь, как они могут убить его.

– Простите, – прервала их разговор Йоко. – Но я совершенно не понимаю, что происходит.

Эн вопросительно поднял бровь.

– Послушайте, я попала сюда в полном неведении. Если Эн-о говорит, что я Кей-о, наверное, так оно и есть. Так же, как и верно то, что какой-то там царь очень хочет, чтобы я умерла. Но я никогда не хотела быть Кей-о. Я обратилась к вам не затем, чтобы вы признали меня Кей-о, или в надежде на нечто в этом роде. Мне не слишком нравится, когда йома гонятся за мной по пятам, и я не получила особого удовольствия бегая по всему Ко от преследующих меня солдат. Единственная причина, по которой я очутилась здесь, это узнать у Эн-о как я могу вернуться обратно в Японию. Вот и всё.

Эн переглянулся с Энки и некоторое время все застыли в молчании. Затем Эн заговорил.

– Йоко, присядь, пожалуйста.

– Я…

– Сядь. Я хочу, чтобы ты кое-что выслушала, и это займёт некоторое время.

На некоторое время Эн, задумавшись, уставился куда-то в пространство. Затем, он произнёс.

– Существуют народы и существуют царства. Как считаешь, не следует ли из этого, что должны быть и люди, призванные ими управлять?

– Да.

– Этот дворец является резиденцией царя. Царь управляет делами государства, и с такой ответственностью над головой, он должен руководить правительством согласно воле народа. Но, разумеется, власть развращает, и частенько царь начинает угнетать собственных подданных. Не то, чтобы это делало всех правителей плохими по определению, но с той самой минуты, как царь берёт бразды правления в свои руки, он перестает быть обычным человеком. И то, что он знает о том, как быть обычным человеком, начинает ускользать из его памяти.

– Я слышала, что Эн-о называют просвещённым монархом.

– Ну, я бы не заходил так далеко, так что, давайте не будем опережать события. – Сдержанно усмехнулся Эн. – Вопрос состоит в том, что делать людям, которых угнетает собственный царь?

– Всегда есть ещё и демократия, – вмешался в разговор Энки. – Люди могут выбрать в цари, того, кто им понравится. А если он им разонравится, они выберут себе кого-нибудь другого.

– Да, можно и так. – Ответил Эн. – Но здесь это делается по-другому. Если царь угнетает своих подданных, тогда кто-нибудь выберет царя, который не будет так поступать. И этот кто-нибудь и есть кирин.

– Кирин выбирает царя от имени народа?

– Можно сказать и так. Здесь существует нечто, что можно назвать Божественной Волей. Владыка Небес создал землю и царства, и установил законы природы. Согласно этой Божественной Воле, кирин выбирает царя, а царь, в свою очередь, получает Мандат Небес.

– Мандат Небес?

– Царь защищает своё царство, приходит на помощь простолюдинам, и поддерживает закон и порядок. Кирин выбирает способных принять на себя Мандат Небес, и эти избранные восседают на трон. Смысл заключается в том, чтобы посредством кирина Небеса выбрали на царство мудрого правителя. Есть такие, кто называет меня просвещённым монархом, но это не совсем соответствует истине. Все цари обладают характером и способностями управлять мудро, могущественно и милосердно.

Йоко ничего не ответила, и лишь молча, слушала.

– Но немало просвещённых монархов правило как в Китае, так и в Японии. Тогда почему же обе эти страны, по большей части, не пребывали постоянно в мире?

Йоко слегка кивнула в ответ.

– Даже если человек является так называемым просвещённым монархом, он всегда может оступиться в момент слабости. А если и нет, то, в конце концов, такой замечательный правитель всё равно умрёт, и его наследник совсем необязательно будет столь же хорош. Так что, в любом случае, неизбежно окажешься между молотом и наковальней.

– Верно. Но если монарху с самого начала даровать бессмертие и превратить его в бога, то это решило бы половину проблемы. А если этот предполагаемый правитель всё же умрёт, то лучше уж заранее отменить право наследования, требуя от кирина избрать нового царя и тщательно следить за тем, чтобы тот не натворил бед. Как думаешь, это бы сработало?

– Да, полагаю, что это возможно.

Словно соглашаясь с ней, Эн кивнул.

– На данный момент, мне доверено управлять царством Эн. Энки выбрал меня царём. Сам процесс выбора не имеет никакого отношения к тому, насколько человек желает стать царём, или стремится стать правителем. Кирин лишь полагается на свою интуицию, так же как мужчина, выбирая женщину. Или же, вернее сказать, как женщина выбирает своего мужчину. Я был тайкой, я не был рождён здесь. Так же, как и ты, я понятия не имел о том, кто такой царь, и каким он должен быть. Но кирин избрал меня и вот – я царь. Мандат Небес возложен на меня, и я ничего не могу с этим поделать.

– Значит, и я теперь не могу вернуться домой?

– Можешь, если хочешь. Но ты по-прежнему останешься при этом Императрицей Восточного Царства Кей. Это звание ты не можешь с себя сложить.

Йоко поникла головой.

– Кирин заключает союз с избранным царём, после чего он уже никогда его не нарушит и не покинет своего правителя. Это нерушимый обет послушания. После того, как царь занимает престол, кирин неотступно находится при нём как его первый министр.

– И Энки тоже? Он ваш первый министр? – посмотрела Йоко на мальчика, сидящего подогнув ноги прямо на столе.

Эн усмехнулся.

– Вид бывает обманчив. Может, глядя на него, и не скажешь, но кирины, по природе свои, полны справедливости и милосердия.

Энки нахмурился, и царь, улыбаясь, произнёс.

– В советах Тайхо ты найдёшь лишь слова справедливости и милосердия, но справедливость и милосердие не могут сами по себе управлять государством. Были случаи, когда я поступил вопреки совету Энки, когда я действовал жестоко и безжалостно. Этого, иногда, требует хорошее управление царством. Если бы я прислушивался к каждому слову Энки, государство давно бы развалилось на куски.

– Ну… полагаю, что так.

– Например, представь себе этакого преступника, человека, который убивает за деньги. И представим, что у него есть голодные жена и ребёнок. В таком случае, Энки попросит меня пощадить мерзавца. Но, оставляя преступников безнаказанными, в скорости погибнет всё царство. Как ни печально, но этот человек должен быть осуждён за свои преступления.

– Конечно… думаю, что да.

– С другой стороны, предположим, я прикажу Энки казнить этого преступника. Кирин по природе своей не способен на такое, но, в итоге, сколько бы он не протестовал, ему бы пришлось выполнить мой приказ. Энки должен мне подчиняться. Должен. Кирин не может противиться воле царя. Даже если бы я приказал ему наложить на себя руки – если такой приказ вообще был бы возможен – ему бы пришлось подчиниться.