Чтение онлайн

Такэда поморщил лоб, раздвинул губы, беззвучно рассмеялся.

– Браво, гимнаст, ты самокритичен.

Засмеялся и Сухов, но тут же осекся.

– Я серьезно - что согласен. Только не делай далеко идущих выводов, просто я не люблю, когда меня бьют.

– А я думал, тебе нравится.

– Не издевайся. Сведи меня с тренером, попробую овладеть твоим тхэквондом. Или айкидом. Кстати, какую систму борьбы посоветуешь?

– Если искать здоровья, душевного равновесия, то лучше восточных единоборств: кунгфу, пенчака, тайинга, айкидо, каратэ, тхэквондо, или вьет-во-дао - не найти, но если хочешь получить практический боевой эффект, причем достаточно быстро, то лучше россдао школы Д ничего не существует. Я сведу тебя с моим знакомым, он инструктор в одной закрытой конторе.

Такэда помолчал, сходил в ванную и вымыл руки. Вернулся, походил из угла в угол. Сухов молча наблюдал за ним, потом не выдержал:

– Ходун напал? Опять что-то случилось? Или с Ксенией что?!

– Пока ничего.
– Инженер поколебался и достал из сумки, с которой пришел, тонкий и острый, с замысловатой рукоятью, трехгранный кинжал стилет.
– Помнишь, где он у меня лежал?

– На полке у кровати, рядом с кортиком. Только ручка, помоему, у него была другая.

– Гляди-ка, усек. Дело в том, что я утром обнаружил его торчащим в кровати; спал я на диване.

У Никиты перехватило дыхание.

– "Печать зла"?!

– Но самое интересное, - ровным голосом продолжал Толя, - что изменилась не только форма стилета, но и материал. Он был сделан из легированной стали, а теперь - из редчайшего изотопа тантала, на Земле практически не встречающегося. Я проверил в лаборатории.

– Ну и что?

– Это похоже на С-профилактику. А может быть, и не только.

В связи с чем хочу тебя предупредить: будь внимателен к самым обыденным домашним вещам. Некоторые из них могут... оживать.

И называется сия метаморфоза внедрением.

Не дав Никите и рта раскрыть, инженер быстро засобирался и ушел, оставив того с гудящей от обилия впечатлений и предчувствий головой.

Вопрос отдыха решился сам собой: Сухов попал в состав сборной России по акробатике и должен был через три дня выехать на двухнедельные сборы в Крым, на турбазу олимпийской подготовки "Дагомыс".

Ксения поехать с ним на весь срок отказалась по причине "творческой незавершенности", но обещала подъехать на три-четыре дня в начале августа. Сухова это устраивало по всем параметрам, а Такэде он пообещал не вмешиваться ни в какие инциденты и спать с газовым пистолетом под подушкой.

Перед отъездом они сходили к приятелю Толи, как оказалось, инструктору одной из закрытых школ спецподготовки сотрудников главного разведуправдения. Приятелю шел тридцатый год, был он почти одного роста с Никитой, но узкоплеч и тонок, и особого уважения не вызывал. Такэда понял мимику лица Сухова, наметил улыбку уголком рта, первым протянул руку инструктору:

– Привет, Роман.

– Салют, мастер. Давно тебя не видел. Перестал выступать?

Хозяин отступил, пропуская гостей в тренерскую.
– Проходите.

Комната была заставлена кубками, вазами, спортивными снарядами, стены ее были увешаны календарями с видами борцов всех стилей, таблицами и схемами.

– Проходите, садитесь.

– Познакомься, - кивнул Такэда на танцора.
– Никита Сухов.

Акробат, гимнаст, солист балета. А это сэмпай Роман, пятая категория россдао. "Сэмпай" Роман окинул Никиту оценивающим взглядом, кивнул с удовлетворением.

– Подготовочка дай Бог! Мне бы такую стать, а Толя?

– Ты и так не обижен, мастер.
– Такэда вдруг нанес три быстрых удара: кулак и локоть правой руки - ребро ладони левой, - и все три оказались блокированы Романом. Сделал он это без усилий, как само собой разумеющееся, но добавил и кое-что свое: последний блок одновременно был и контрударом. Правда, в последнее мгновение инструктор движение остановил.

– Сэн-о-сэн, - сказал Такэда.
– Ты хорошо держишь форму.

– Не жалуюсь.
– Голос Романа остался безразлично спокойным. Он отбил нападение, даже не глядя на неожиданного противника, продолжая оценивать Никиту, и была в этом безукоризненном автоматизме такая пластика, что Сухов восхитился в душе.

– Итак, милостивые судари, что вас привело ко мне?

– Возьми его к себе в команду.

Зазвонил телефон, Роман поднял трубку, буркнул: "Да, они у меня", положил трубку. Школа была режимной, и всех ее посетителей проверяли.

– Я мог бы поработать с ним и в айкидо, но для восточных единоборств его стать не шибко подходит. К тому же ему надо пройти подготовку достаточно быстро.

– О причинах не спрашиваю.
– Роман задумался.
– Но в команду я взять его не смогу - все ученики на виду.

– Тогда займись индивидуально. С таким материалом ты еще не работал. Главное, что ему не надо тренировать базовые навыки: равновесие, четкость, ритмику, растяжку и так далее. Встань, Ник, сделай пару своих пируэтов. Сделай, сделай.

– Здесь мало места...
– нерешительно поднялся Никита.

– Вот именно. Оцени пространство и давай.

Сухов прикинул расположение столов, стульев, стоек и шкафов комнаты и сделал спираль Карозо со сменой en dexhors b en dedans, ухитрившись ничего не задеть и не сбить. Его странное - в условиях тесного помещения - па было полно грации, гибкости и силы, каждое движение как бы перетекало в следующее, вычертив безупречную трассу положений тела без разрывов и остановок.

Роман цокнул языком.

– Впечатляет! Хорошо, я могу взяться за него...

Такэда, подмигнув, вдруг локтем сбил стакан с водой со стола, но инструктор быстрым, изумительно точным и плавным движением поймал его и поставил на стол, не прерывая речи:

– ...если он готов заниматься всерьез по пять-шесть часов в день. У парня действительно имеется уникальная возможность достичь высокого мастерства в короткие сроки. Скажем, за два-три года. Годится такой вариант?

Никита, восхищенный мастерством инструктора, кивнул. Он был согласен на все, забыв и о собственных тренировках в сборной, и о переходе в другой театр, и о "печати зла".

– Тогда прошу выслушать пару сентенций. Первая: человек - это одушевленное универсальное оружие многопланового действия.

– Оямыч говорит иначе, - кивнул ни Такэду Никита, не выдержав. Человек - биосистема с ограниченной способностью к изменениям.

Инструктор нахмурился.

– Во-первых, никогда не перебивайте говорящего. Иначе мы расстанемся еще до начала учебы. Во-вторых, сказано это, скорее, о биохимии, чем о физике тела человека. Не так ли, господин инженер?

Толя, пряча улыбку в глазах, кивнул.