Тень с запахом гвоздики
Шрифт:
– Я занят своими делами, – спокойно повторил он. – Я планировал с тобой связаться, как только все решу. Но ты начинаешь переходить границы. Подумай над этим. И лучше уделяй больше времени своему парню.
Его последние слова словно рубанули и резко отрезвили Алису. Почувствовав, как ее охватывает волна стыда за свои слова, за эмоции, за необоснованные претензии не тому человеку, она буквально прикусила язык и через мгновение чересчур круто развернулась к машине и села внутрь, позволив наконец водителю закрыть дверь, вернуться на свое место и тронуться. Алиса обернулась и посмотрела сквозь заднее стекло: Лерон, смотря вслед машине, сделал последнюю затяжку, отбросил окурок подальше от входа и вернулся внутрь. Алиса развернулась обратно. На глаза навернулись слезы, и она попыталась отвлечься, разглядывая салон машины и вдруг поняла, что едет в майбахе. Таких машин не было представлено в такси их города, она это точно знала. Личный водитель? Пф. Этот факт ее в конец разозлил, что так удачно помогло сдержать слезы. Так галантно ее еще никто не посылал. А в голове саркастично и больно отзывались последние строчки услышанной перед уходом из клуба песни.
***
В расстроенных чувствах Алиса провела все воскресенье. И почему-то ей совершенно не хотелось говорить Лизе о том, что произошло. Она сказала, что Лерон так и не появился, а в клубе ей было некомфортно, поэтому она быстро уехала. Когда Алиса вернулась домой с клуба, она написала Катерине сообщение, в котором извинилась за свой внезапный уход и вкратце объяснила, почему это произошло. Катерина прочитала сообщение, но ничего не ответила. На следующий же день в воскресенье Алиса снова написала ей, но ответа тоже не поступило. Вечером этого же дня она сделала еще одну попытку, но сообщение вообще не дошло. Она подумала, что это довольно странно и попробовала дозвониться до Катерины, но поняла, что она ее просто заблокировала. Алиса расстроилась еще больше. Ее посетила мысль, что, похоже, Лерон устроил ей нагоняй за нее, и ей стало жаль, что Катерина попала под раздачу ни за что.
Всю ночь Алиса плохо спала, постоянно ворочаясь. Ей снились какие-то кошмарные и бредовые сны с участием Лерона, и когда она проснулась от звука будильника, поняла, что чувствует себя совершенно разбитой. Душ помог развеять остатки противного сна, подробности которого она уже не могла вспомнить, а утренний кофе запустил привычный ритм дня, придав сил отпустить всю эту ситуацию с Катериной и Лероном. Если Катерина не хотела больше с ней контактировать, это ее решение, она взрослая девочка. Тоже самое касалось и Лерона. Как бы они странно не вели себя, это ее не должно волновать. Так размышляла Алиса, идя на учебу.
На первую пару Катерина, как всегда, опоздала почти на пятнадцать минут. Она явно старалась делать вид, что не замечает Алису, которой это было немного неприятно, но она тоже старалась не придавать этому большого значения. Второй парой была практика у Константина Николаевича. Когда Алиса с Машей вошли в привычную для практики аудиторию, они увидели, что профессор с Лероном расположились не на задних партах, как обычно, а находились прям за преподавательским столом. Константин Николаевич был чем-то омрачен: он стоял, скрестив руки на груди и хмурился. Лерон же в привычной своей безмятежности сидел на краешке стола, поглядывая почему-то на входящих в аудиторию студентов. Девочки сели за свою парту. В какой-то момент в аудиторию вошла Катерина, и Алиса посмотрела на нее. Катерина была будто немного напряжена. Она бросила взгляд на задние ряды и выражение ее лица сразу расслабилось. Она двинулась к своей парте, но, заметив Лерона, лишь мельком взглянувшего на нее, Катерина замерла, и ее глаза расширились от испуга. Она бросила такой же испуганный взгляд на Алису, потом развернулась и прошла к другой свободной парте, которая находилась ближе к выходу из аудитории и подальше от Лерона. Она опустила голову, и все ее тело сжалось, будто она пыталась стать незаметнее. Алиса нахмурилась: что же такого он ей наговорил? Маша тоже заметила странное поведение Катерины, вопросительно взглянув на подругу, но та лишь пожала плечами.
Началась пара, Алиса сконцентрировалась на занятии, но периодически поглядывала на Катерину. Лерон после начала занятия все же поднялся на одну из задних парт. Она размышляла, не подойти ли ей к Катерине после пары, но пыталась отговорить себя от этой идеи, так как та явно не горела желанием с ней делиться чем-то, а мучить человека ей не хотелось. Но сложившиеся обстоятельства после окончания пары изменили решение Алисы. Когда прозвенел звонок, и все начали собираться, Алиса с Машей встали из-за парты и направились к выходу, при этом Алиса неосознанно смотрела на Катерину. Та, увидев это, видимо, решила, что Алиса направляется к ней. Ее глаза снова испуганно распахнулись, она бросила встревоженный взгляд на Лерона, поспешно запихнула вещи в сумку и быстрым шагом направилась к выходу из аудитории. Алиса опешила от такой реакции, и, не успев обдумать свои действия, бросилась вслед за Катериной. Догнала ее уже у лестницы, схватила за руку и почти выкрикнула:
– Эй, что с тобой такое? Почему ты убегаешь от меня?
– Лиса, я тороплюсь, – Катерина попыталась вырвать руку, но та сжала ее еще сильнее. – Ауч!
Она взглянула на Алису, потом за ее спину и, видимо, убедившись, что Лерона сзади нет, быстро начала говорить:
– Ладно, ладно. В общем, прости, что я затащила тебя туда, я не подумала, мне правда очень жаль. Прости, окей? Мне правда надо бежать!
– Что? Ничего же не произошло, за что ты извиняешься? Что он тебе наговорил?
От растерянности Алиса ослабила хватку, Катерина сразу этим воспользовалась и выхватила свою руку.
– Ннничего… Все окей, мне просто надо бежать, пока!
И драпанула вниз по лестнице. В этот момент подошла Маша и растерянно спросила, что случилось. Алиса ничего не ответила. Она почувствовала, как внутри нее поднимается злость. Все, о чем она думала утром и как себя настраивала, будто разом испарилось. К ним подошел удивленный Дима с вопросом, что у них тут происходит. Алиса ощутила себя словно загнанной в угол: она не могла им ответить, как есть, но и не могла проигнорировать. Переводя негодующий взгляд с Маши на Диму и обратно, она, наконец, сказала, что обязательно расскажет им все чуть позже, а сейчас просила их идти на следующую пару без нее. Маше ничего не оставалось делать, как только послушаться. Она с силой потянула за руку Диму, который пытался сопротивляться, что-то шепнула ему. Он нахмурился, но поддался ей, и они начали спускаться вниз со всеми остальными, наблюдая через плечо, как Лиса развернулась и прошагала обратно в аудиторию.
Заглянув в кабинет, Алиса убедилась, что все студенты вышли из помещения. Внутри оставался только Константин Николаевич, ожидающий спускающегося вниз Лерона.
– Алиса, ты что-то забыла? –заметил ее профессор.
– Нет. Мне нужно поговорить…
– Что-то случилось? –лицо преподавателя стало обеспокоенным. Алиса промолчала и перевела взгляд на Лерона. Константин Николаевич проследовал за ее взглядом, нахмурился и снова посмотрел на девушку. – Все в порядке?
Алиса еле как оторвала взгляд от Лерона, посмотрела на Константина Николаевича и утвердительно кивнула. Он обернулся на социолога, сказал, что подождёт внизу и вышел из аудитории. Лерон выглядел слегка заинтригованным, но совершенно не удивленным. Это стало злить Алису еще больше.
– Что ты сделал с Катериной?
У Лерона был такой вид, будто он не понимал, о чем она.
– Что ты ей сказал? – повторила вопрос Алиса. – Почему она такая испуганная?
Лерон издал короткий смешок:
– Может, тебе нужно спросить об этом ее?
Он попытался пройти мимо Алисы, но она загородила проход. Лерон сделал медленный шаг назад и ухмыльнулся:
– Ты же понимаешь, что не сможешь удержать меня силой?
– Силой нет, а вот закатить истерику еще как могу. Закричать и сказать, что ты мне угрожал. Странное поведение Катерины сегодня заметила не только я. Универу скандалы не нужны, ты просто потеряешь доступ сюда.
Лерон на это только рассмеялся.
– Ты думаешь, обычный простолюдин просто так смог бы шататься по университету так свободно? И вести себя как угодно, если бы руководство не закрывало на это глаза? Я для них просто невидимка, – сказал он. – Естественно, я позаботился об этом заранее. Поэтому валяй, кричи.
Это была правда. Просто так ему бы никто такой свободы не дал. Ходить по университету столько времени, вытворять все, что пожелается. Даже для официально допущенного социолога это слишком большие привилегии. Да и вообще само по себе было странно то, что какого-то иностранного социолога допустили заниматься исследованием российских студентов. Ректор вряд ли был настолько недальновиден. Скорее всего, он его допустил из каких-то личных соображений или выгод, а не из-за любви к науке. Лерон вовсе не простой персонаж. И нихрена не социолог, в этом она сейчас была убеждена на все сто. Она смотрела на его ухмыляющееся лицо и ее размазывало от чувства беспомощности. В качестве последнего аргумента снова захотелось просто дать ему по роже. Но она никогда ни на кого не поднимала руку. И даже не знала, хватило бы у нее сил дать хотя бы пощечину и не промазать при этом. Неплохо было бы иметь сейчас поддержку в виде какого-нибудь амбала, которому достаточно было бы сказать просто «Фас!». Или хотя бы Константина Николаевича. Хотя он слишком дипломатичный для таких дел… Точно!
– А для Константина Николаевича ты тоже невидимка? – медленно, растягивая слова, произнесла Алиса. – Думаешь, он позволит себе писать книгу в соавторстве с тем, кто навредил его студентке?
– Кхм. Это что-то новенькое.
По лицу социолога скользнула какая-то несвойственная для него эмоция. Только Алиса не могла определить ее значение.
Лерон сверлил ее взглядом, Алиса тоже не сдавалась. Она видела, что попала в точку. Но ждала, когда он примет своё поражение. Ей только нужно было продержаться и не подать виду, что она постепенно теряет свой боевой настрой. Она чувствовала, как злость начинала угасать, уступая ощущению неуверенности, но пыталась изо всех сил ее удержать, ведь, если она продержится, она, наконец, сможет получить хоть какие-то ответы.