Чтение онлайн

— Это я и есть! Разве призраки могут делать так? — я положил ей руку на грудь.

Она открыла глаза, посмотрела на меня, потом на руку, огляделась вокруг и сказала:

— А я думала тут тентакли повсюду будут.

— Так ты рада или разочарована? — я примостил и вторую руку тоже.

— Извращенец! Прекрати! — она толкнула меня обеими руками, достаточно сильно, чтобы я упал, но явно не изо всех своих сил. Падая, я схватил её за руки и утянул следом за собой на мягкий мех.

— Мне всё равно страшно — сказала она, лёжа на мне — кажется, что он смотрит.

— А если бы не смотрел? — сказал я, точно зная, что левиафан смотрит.

— Но ведь он смотрит.

— Ты ему понравилась. Может, ему это передалось от меня?

— Может быть. Мы как будто плывём по морю, да?

— Магия не даёт тебе коснуться спины левиафана. В ней можно утонуть, если очень постараться. Нужно лечь поудобнее, и позволить ей течь вокруг тебя. Попробуй, а я помогу. — сказал я, гладя её по лицу и шее.

— Нет уж, извращенец. Вот, надевай плавки, а я пойду распускать слухи о том, как ты тут героически страдал целую ночь.

Она достала мужские купальные трусы из гиперкуба, бросила их на моё лицо и оттолкнулась от моих рёбер, чтобы подняться на ноги.

— А тентакли тут всё-таки есть — сказала она перед тем, как выйти за дверь.

Через полчаса караван остановился, и я вышел в корабль. Какой-то слуга из команды направил меня к пассажирскому трапу, пока все вокруг суетились. Снаружи я увидел, что наш левиафан целиком зашёл в облако пара, а внизу уже снуют солдатики в красных рубашках. Они растягивали по земле шланги, от нескольких открытых листов обшивки корабля.

Неужели в городе так мало питьевой воды, что не хватает напоить нескольких левиафанов? Один из шлангов начал наполняться водой, и я увидел, что она светится серой, дымчатой энергией. Похоже, дело тут вовсе не в воде, а в том, что она с собой несёт.

— Джеймс! Ты идёшь? — крикнул мне Ингвар из тумана.

Я пошёл на голос, и вскоре рассмотрел идущих по влажным камням Ингвара, Маркуса, Кирилла и семенящую за ними Снежу. У голема в руках был поднос со стаканами, а Рейтар и Грозный тащили в руках по бутылке. Снежу ещё и переодели в костюм горничной. Удивительно, как Ингвар не додумался до этого раньше, Эрика будет просто в ярости, когда увидит кошкодевочку.

Мы подошли к кратеру с кипящей водой. Грозный смело сунул в неё руку, зачерпнул немного, отпил, поморщился и пошёл дальше. В нескольких метрах рядом в небо выстрелила струя воды. Здесь было влажно и жарко, а по пути нам попалось ещё несколько гейзеров. Следующая большая лужа Грозному понравилась, хотя и не кипела. Вода в ней была тёплой, как парное молоко.

— Где потерялся этот Ясуо? — спросил Кирилл, стягивая с себя одежду.

— Нам больше достанется — философски заметил Маркус.

— Ты сюда пить пришёл что-ли? А, я понял. Твой парень надел на тебя пояс верности? — пошутил Ингвар.

— Слушай, Кракен, а почему ты считаешь, что я гомосексуалист? — Маркус пребывал в расслабленном настроении, и так просто выходить из него не собирался.

— Ну, всех кроме тебя я с женщинами видел, а ты только со своими братьями тусуешься. — честно ответил Ингвар.

— А ты думал у них осьминог на гербе просто так? Ингвар повсюду свои щупальца раскидал! — подтвердил слова Кракена Кирилл, раздевшийся до своих жароустойчивых трусов, и готовящийся прыгнуть в воду.

— Нет на мне никакого пояса верности. — Маркус тоже снял свой белый ветрозащитный костюм, демонстрируя пёстрые купальные плавки — И вообще, это личное, ясно тебе?

Грозный подпрыгнул, сделал в воздухе полтора оборота, и плюхнулся лицом в воду, подняв такую тучу брызг, что долетело даже до стоящей поодаль Снежи. Она возмущённо някнула, но вода её не намочила — Ингвар предусмотрительно защитил её от влаги. Я тоже снял мокрую одежду, и сел на край кратера, опустив ноги в воду.

— Ждёшь команды, Кракен? К употреблению амброзии приступить немедленно!

Ингвар разделся, а Снежа подала Грозному стакан. Он набрал около трети воды из лужи, а остальное долил из своей бутылки.

— Ну, за горячие источники! — сказал он и залпом осушил стакан.

Маркус тоже скользнул в воду, немного поплавал, и подгрёб к краю, открывать свою бутылку. Ингвар столкнул меня и плюхнулся следом. Я не доставал ногами до дна, начал тонуть, но потом сориентировался и стал грести. Через несколько секунд я настолько освоился, что развернулся и направил тучу брызг Ингвару в лицо.

Он ответил тем же, но я ушёл под воду, и брызги попали в Маркуса. Тот наиграно удивился, скорчил страшную морду, и плеснул водой в Ингвара. Я всплыл чуть в стороне, наблюдая за их противоборством, и уже хотел присоединиться, когда мне на голову вдруг полилась вода. Это Грозный, опираясь ногами на дно поливал меня из сложенных ковшиком рук. В следующую минуту мы уже хаотично брызгались во все стороны, обтекали и смеялись.

Потом Маркус пригласил всех на дегустацию, и сам разлил красное вино по стаканам, добавляя всего по нескольку капель воды. В магическом зрении его вино было гораздо жиже чем поило Грозного, но вода делала его гуще. Сама вода была чуть солёной, и прилива энергии от неё не наблюдалось. А вот от амброзии всё стало ярче, вкуснее и проще.

— Маленькими глоточками, чтобы раскрылся букет! — воскликнул Маркус, глядя как Кирилл опрокинул стакан с вином также как предыдущий.

— Кислятина и есть кислятина. Но амброзия хороша, этого у вас не отнять.

— Сухое красное, алхимически идентичное!

— Традиции, друг мой, хороши до определённого предела. Косорыловка жуткая, Грозный прав. — сказал Ингвар.

— Да что ты с ним делал, когда все ушли? С чего вдруг вы начали соглашаться друг с другом? — спросил я Кирилла.

— Не напоминай. Это никак не связано. И вообще, где моя амброзия? — ответил вместо него Ингвар. Упоминание вчерашнего его сильно огорчило.

— У Эрики. Она должна была уже прийти…

В тумане зашевелились тени, а потом к нам вышел Ясуо, две модификантки Ньянга, Эрика и ещё десяток химэ в юкатах. Чуть поодаль прошла толпа из членов корабельных экипажей, которые тоже решили воспользоваться вынужденной остановкой в столь приятном месте.

Грозный набрал из лужи полный стакан, слил его в бутылку, хорошенько взболтал и разлил получившуюся смесь по стаканам. Эта пошла гораздо тяжелее, чем кислое вино Маркуса, хотя вкуса почти не имела, и больше всего была похожа на воду.