Чтение онлайн

— Вы поручали Ипатию проследить хромого до дома?

— Да, отец Люцер.

— А как вы думаете, куда он мог направиться после выполнения задания?

— Я сказал ему сразу же идти в аббатство, — сказал Лука.

— Он не мог ослушаться? И заглянуть еще куда-нибудь, например, в харчевню?

— В харчевню, конечно, мог, — протянул Иоанн. — Только вряд ли он оказался бы за городом.

— Я тоже так считаю, — сказал Петр. — Раз он вышел за пределы города, значит, он шел за тем хромым. А где именно его обнаружили?

— Примерно за две версты от города. Там к дороге подходит лес. Так вот, чуть в стороне от дороги, в лесу его и нашли. Мимо проезжал гвардейский дозор, услышали запах мертвечины. Ну, прошли чуть вглубь леса, а он там лежит. По одежде поняли, что монах. Привезли в монастырь Святого Георгия. Там по медальону признали клерика и направили к нам…

— Жаль, конечно, отец Люцер, но убийцу найти мы не сможем, — сказал Петр. — Мы и сами этого хромого толком рассмотреть не успели. Я, например, не уверен, что смогу его точно узнать.

— А ты, Иоанн?

Иоанн только пожал плечами.

— Лука?

— Попробую, отец Люцер. В конце концов, можно дать приметы гвардейцам, пусть задерживают всех подозрительных. А уж мы потом будем выяснять, тот это хромой, или не тот…

— Хорошо, я подумаю. Сомнительно, конечно, чтобы убийца находился в городе, но мы не должны упускать любую возможность.

— Отец Люцер, — произнес Петр.

— Да?

— Я думаю, что этот хромой — помощник овражской ведьмы. Может, стоит наведаться в Овраг?

— Не сейчас, Петр. Вам пока нельзя отлучаться из Столицы. Я направлю кого-нибудь другого, а потом, если захочешь, съездишь еще сам. Сейчас у нас самое главное — дело о вампирах.

— Хорошо, отец Люцер.

— Все. А теперь идите, отдыхайте.

Когда клерики ушли, отец Люцер еще долго сидел, откинувшись на спинку стула и упершись неподвижным взглядом в окно.

И только после захода солнца он грузно поднялся и позвонил в колокольчик. В келью прошмыгнул молодой послушник.

— Слушаю, отец Люцер, — сказал он.

— Что там Петр, Иоанн и Лука, поужинали?

— Да, отец Люцер. — Так. Хорошо. А чем сейчас занимаются?

— Брат Петр в парке сидит, брат Иоанн ушел в город прогуляться, а брат Лука в своей келье, — бойко сообщил послушник.

— Угу.

Отец Люцер молчал несколько секунд.

— Сбегай, да позови ко мне Луку.

— Хорошо, отец Люцер, — послушник взялся за ручку двери.

— Да постой ты! — отец Люцер укоризненно покачал головой. — Сколько раз тебе говорить: не спеши раньше времени! Выслушай сначала все, что тебе говорят, затем спроси «Могу я идти?», а потом уже беги.

— Хорошо, отец Люцер, я понял. Сначала выслушать, затем спросить, а потом идти.

— Так вот, ты Луку позови, только так, чтоб тебя никто не видел, особенно Петр или Иоанн. Понял?

— Понял, отец Люцер.

Послушник снова схватился было за ручку, но вовремя вспомнил.

— Могу я идти, отец Люцер? — спросил он.

— Вот, совсем другое дело! — похвалил отец Люцер. — Да, сын мой, иди.

Господин Оак расхаживал по зале, заложив руки за спину и выпятив живот.

— Благородство есть высшая духовная благодетель, вкупе с хорошим образованием поистине чудные плоды дающая. Дающая, повторяю. Не следует, однако, забывать о набожности и благочестии, без коих невозможно воспитание личности. Воспитание личности. Записали? Теперь с новой строки. Дворянство вот истинный цвет человечества, в саду Господнем проросший…

Господин Оак остановился.

— Это кто там смеется?! Если кому-то слишком весело, могу предложить посмеяться на конюшне, вместе с лошадьми! Там вы почувствуете себя в истинно близком вам обществе…

— Ага, — шепнула Марии Марта, — а этому борову истинно место в свинарне, там его общество.

— Я уже неоднократно вам напоминал, — продолжал господин Оак, раздувая щеки, — что вас никто не заставляет учиться. Вам предоставили чудесный шанс получить благородное образование и достойную профессию, а вы это совершенно не цените! Быть может, вы предпочитаете топтаться всю жизнь, извиняюсь, в навозе?

— Можете не извиняться, господин боров, мы привыкшие, — продолжала шутить Марта.

— Да тише ты, еще услышит! — ответила тихонько Мария. — Если он твои слова учует, так точно лопнет со злости, как тот помидор.

В это время ударил колокол.

Господин Оак невнятно произнес еще несколько фраз о благородном образовании, затем взял со стола книгу и объявил, что занятие окончено.

Атмосфера в аудитории заметно оживилась.

— Пойдем на озеро! Ну Маруська, ну пойдем! — Марта тянула ее за рукав. На что тебе эти библиотеки? Там одна пыль. А на озере вода сейчас теплая и чистая-чистая. Идем!

— Ну что ты привязалась со своим озером! Вчера ведь ходили.

— Так то вчера, а это сегодня. Вот скоро осень настанет — поздно будет.

— Ты, Марта, кого угодно замучишь. Ладно, пойдем.

Они вышли из комнаты.

— Подожди, сейчас только за Хеленой сбегаю…

— Я буду во дворе, — Мария направилась к лестнице.

Во дворе было пустынно. Полдень, самое жаркое время все предпочитали пережидать в замке — камень держал прохладу. Даже стражников не было видно, они прятались в своей каморке. Правда, решетку ворот они предусмотрительно опустили.

Появились Марта с Хеленой.

— Ну что, идем?

Они подошли к воротам.

— Эй, дядьки, открывайте! — задорно крикнула Марта.

Из каморки стражников послышался ропот.

— Кому там приспичило?

Вышел рослый дружинник.

— Мы на озеро, дяденька, идем, пойдешь с нами? — дурачилась Марта.

— А что, пойду! — осклабился дружинник. — Заместо провожатого.

— Не, провожатый у нас уже есть, — Марта кивнула на Хелену. — Ты с нами для охраны иди.