Чтение онлайн

громовый Ливанов, ну, где ваш несыгранный

Гамлет?

вечная память,

Где принц ваш, бабуся? А девственность

можно хоть в рамку обрамить,

вечная память,

зеленые замыслы, встаньте как пламень,

вечная память,

мечта и надежда, ты вышла на паперть?

вечная память!..

Аминь.

Минута молчанья. Минута – как годы.

Себя промолчали – все ждали погоды.

Сегодня не скажешь, а завтра уже

не поправишь.

Вечная память.

И памяти нашей, ушедшей как мамонт,

вечная память.

Аминь.

Тому же, кто вынес огонь сквозь потраву, –

Вечная слава!

Вечная слава!

Замерли.

Заведи мне ладони за плечи,

обойми,

только губы дыхнут об мои,

только море за спинами плещет.

Наши спины – как лунные раковины,

что замкнулись за нами сейчас.

Мы заслушаемся, прислонясь.

Мы – как формула жизни двоякая.

На ветру мировых клоунад

заслоняем своими плечами

возникающее меж нами –

как ладонями пламя хранят.

Если правда, душа в каждой клеточке,

свои форточки отвори.

В моих порах

стрижами заплещутся

души пойманные твои!

Все становится тайное явным.

Неужели под свистопад,

разомкнёмся немым изваянием –

как раковины не гудят?

А пока нажимай, заваруха,

на скорлупы упругие спин!

Это нас прижимает друг к другу.

Спим.

1966

Баллада-яблоня

В. Катаеву

Говорила биолог,

молодая и зяблая:

«Это летчик Володя

целовал меня в яблонях.

И, прервав поцелуй, просветлев из зрачков,

он на яблоню выплеснул

свою чистую

кровь!»

Яблоня ахнула,

это был первый стон яблони,

по ней пробежала дрожь

негодования и восторга,

была пора завязей,

когда чудо зарождения

высвобождаясь из тычинок, пестиков,

ресниц,

разминается в воздухе.

Дальше ничего не помню.

Ах, зачем ты, любимый, меня пожалел?

Телу яблоневу от тебя тяжелеть.

Как ревную я к стонущему стволу.

Ночью нож занесу, но бессильно стою –

на меня, точно фары из гаража,

мчатся

яблоневые глаза!

Их 19.

Они по три в ряд на стволе,

как ленточные окна.

Они раздвигают кожу, как дупла.

Другие восемь узко растут из листьев.

В них ненависть, боль, недоумение –

что?

что?

что свершается под корой?

кожу жжет тебе известь?

кружит тебя кровь?

Дегтем,дегтем тебя мазать бы, а не известью,

дурочка древесная. Сунулась. Стояла бы себе как

соседки в белых передниках. Ишь...

Так сидит старшеклассница меж подружек, бледна,

чем полна большеглазо –

не расскажет она.

Похудевшая тайна. Что же произошло?

Пахнут ночи миндально.

Невозможно светло.

Или тигр-людоед так тоскует, багрово.

Нас зовет к невозможнейшему любовь!

А бывает, проснешься – в тебе звездопад,

тополиные мысли, и листья шумят.

По генетике

у меня четверка была.

Люди – это память наследственности.

В нас, как муравьи в банке,

напихано шевелятся тысячелетия.

У меня в пятке щекочет Людовик XIX.

Но это?..

Чтобы память нервов мешалась с хлорофиллами?

Или это биочудо?