Чтение онлайн

— Война разорит нас. Что бы ни думал Фанет, он не пойдёт против воли царя. И вы, я надеюсь, тоже.

Лета дёрнула плечом и потянулась к блюду с фруктами.

— Мы просто песчинки в этой пустыне мракобесия, — бросила она, кладя в рот виноградинку. — Что мы можем?

— Зная тебя, я уверен, что многое, — ответил Лиакон и отошёл от них, поспешив исчезнуть в толпе гостей, теснившихся вокруг фонтана, где одна из танцовщиц демонстрировала гибкость своего тела.

— Мы же не будем подчиняться твоему отцу? — спросил Берси.

— Фанет, я надеюсь, тоже решит, что дни верховного служителя сочтены, — добавил Рихард.

Лета крепко задумалась и облизала испачканныесокомпальцы.

— Эта война не закончится быстро и безболезненно, — поговорила она. — Я не могу просить отца об этом. Но вас попрошу помочь мне добраться до Лека и всех его прислужников. Даже если за его спиной стоит тот, кто окажется нам не по силам.

— Само собой.

— Для этого мы здесь.

От их слов становилось легче.

Сегодняшний вечер на вилле царя превратился в роскошное пиршество. Взгляд Леты скользил от одного илиара к другому, выхватывая незнакомые лица. Рядом с дальней стеной она увидела Кинтию. Дометриана не было. Лета вообще его сегодня не встретила в зале. Рихард сказал, что он присутствовал только в начале, когда приветствовал послов и гостей.

Царица, подобрав юбки многослойного платья, скрывавшего располневшую за время беременности фигуру, села на стул. Стройнуюшеюувешивалидрагоценные камни. Голову венчала тиара в видевыкованных золотых листьев и маленьких цветов. Тронутое надменностью лицо осталось таким, когда Кинтия встретила взгляд Леты. Но керничка видела, что та, кем была провидица совсем недавно, не исчезла, а закрылась за невозмутимостью супруги правителя илиаров. Несмелые печальные глаза затравленной лани выдавали её нелёгкую судьбу.

Лета кивнула. Царица склонила голову в ответ. В этом жесте было уважение.

Дар Кинтии был крайне редок. Она видела смутные картины будущего и могла узнать о прошлом, докоснувшись до лба. По просьбе Леты она предсказала, что её ждет. Разложив морскую гальку на столе, Кинтия поведала о тенях, сгущающихся вокруг неё и её друзей, а также о напрасно пролитой крови. Но Лета и без провидицы догадалась о будущем, которое ей сулило возвращение на Великую Землю.

Глупо было скрывать желание остаться здесь. Не навсегда, но дольше, чем им было отмерено. Она хотела расспросить Кинтию о тяготах её жизни до Сфенетры, проводить с ней за беседами каждое утро и… наблюдать, как растёт Актеон.

Может быть, когда-нибудь. После всего.

Музыка стала громче. Некоторые гости разбились на танцующие пары. Лета и Рихард переместились к другому столу, расположенномупочти у самого выхода. Берси извинился и отправился к кружащимся в простом танце илиарам, отыскивая глазами свободнуюпартнёршу.

Кентавры тоже сдвинулись в угол, поглощая далеко не первый килограмм яблок, которые чуть ли не мешками несли к ним рабы, сменив подносы на изящные тележки. Мускулистые торсы были спрятаны за кожаными нагрудниками. Танцы вызывали у послов немалый интерес, и они без конца перешёптывались. Лете стало интересно, как выглядели их женщины. Обладали ли они таким же суровым изгибом бровей и твёрдым подбородком, или были красивы?

— Кто это? — полюбопытствовал Рихард, указывая на невысокого илиара возле соседнего стола.

Лета сразу узнала эти залысины и беспокойное шевеление пальцев в попытке отобрать со всех тарелок только самые лучшие кусочки фруктов и крабового мяса. Она отвернулась, не горя желанием видеть, как он расшаркиваеся перед ней. Он не заметил её.

— Мецура, — пояснила она, встретившись с пристальными глазами Рихарда. — Маленький ублюдок, копающий под чины выше его и имеющий долю в подпольных боях рабов.

— Хочешь, я его убью? Готов сделать это совершенно бесплатно.

— Почему?

— Меня затошнило от его мерзких усиков.

Лета хихикнула, а следом застыла, позабыв обо всём.

В ноздри ударил запах можжевельника.

— Айнелет, — обманчиво бархатный голос бритвой полоснул по ушам.

Она обернулась. Рихард напрягся, улавив её состояние. С оружием на виллу не пускали, поэтому рука впустую скользнула к поясу, где обычно висели его кинжалы. Движение, ведомое инстинктом. Но подошедшие к ним совершенно не представляли угрозы.

Конечно, Дометриан предупредил её об этом. Он понимал, сколь ненавистны ей подобные сюрпризы. Но то, что остроухий предатель осмелится так близко подойти к ней и заговорить…

— Лиам, — ответила она, надеясь, что лёд в её тоне заставит его отступить.

— Давно не виделись.

Он выглядел умопомрачительно. Вьющиеся волосы цвета тёмного золота. Облегающий стройную фигуру зелёный камзол, расстёгнутый до середины груди. Тонкие запястья с видимыми прожилками голубых вен. Нахальные разные глаза, ласкающие взором её лицо. Пухлый приоткрытый рот.

Как славно, что её это перестало интересовать ещё в Траквильском лесу.

«Врёшь, милочка».

Сердце заколотилось, сдираясь стенками о кость грудины.

Рядом стоял Киар Фрин, и его Лета поприветстовала кивком. Тёмноволосый эльф поклонился. Оба выглядели вполне недурно для впавших в немилость своего народа и побывавших в цепях и кандалах. Даже успели загореть и набрать вес, хотя провели в Сфенетре не больше месяца.

Лиам не отрывал от неё взгляда.

— Ты так красива.

Она промолчала.

Лиам откашлялся и покосился на Киара.

— Дометриан наверняка тебе рассказал, что мы с некоторых пор ведём дела в Китривирии. Гонтье стал королём.

— Я слышала, — резко ответила Лета.

Дела в Китривирии. Ну, конечно. Дометриан предоставил политическое убежище работорговцу.

Во время её прошлого нахождения в Сфенетре Лиам всерьёз думал о том, чтобы внести вклад в развитие боёв на арене. Он и раньше продавал царю рабов, людей, схваченных эльфами близ Лесов Орэта. Некоторые его помощники даже устраивали охоту в княжествах. Ходили слухи о целых бандах, нападающих на людей в Дымных лесах и в деревнях Стронницы. Эти похищения были лишь тенью того, что masdaus вытворял в годы Медной войны. А многие рабы, разносившие сегодня по залу еду и напитки, были привезены сюда заслугами Лиама и его соратников.

Шпионаж, торговля рабами, убийства — Дометриан знал об этом и находил Лиама полезным. Его изгнали из Грэтиэна, но царь обмолвился, что и здесь, в столице илиаров, имеются проблемы, решение которых можно поручить эльфу. Лета не хотела знать подробностей.

Подозревал ли Дометриан о том, что Лиам собирался ещё и приложить руку к подпольным боям, запрещённым в Китривирии? Если это правда, она всё равно не станет доносить. Рано или поздно это всплывёт наружу, и Лиам поплатится за свои грешки.