Чтение онлайн

Хромосу было приятно вновь пережить этот маленький момент, и он даже подумал пройтись по этому кристаллическому лесу, чтобы отыскать более давние и ценные воспоминания, в которые он хотел бы погрузиться с головой, однако оглушительный удар и громоподобный треск мигом напомнили о той гибельной передряге, в которую он попал. Полупрозрачный купол, отделявший сознание от внешнего мира, раскололся в нескольких местах, и сквозь образовавшиеся щели стала просачиваться чёрная, извивающаяся масса. Она растекалась по своду в омерзительную кляксу, затем набухала, раздувалась и, оторвавшись от поверхности, большой вязкой каплей летела вниз, чтобы звучно шлёпнуться о сверкающие столбы, разлетевшись на отдельные брызги, которые тут же сливались назад в единое целое. Капитан подбежал к одной из них и увидел, что это была вовсе не жидкость, а огромная масса чёрно-фиолетовых, извивающихся червей или скорее сколопендр, имевших множество омерзительных ножек и непрерывно шевелящихся усиков. Из недр большого, подрагивающего и шебаршащегося клубка на поверхность вылезло крупное, кроваво-красное око с прямоугольным зрачком, имевшим рваные края.

Неведомая тварь вытянула шею с единственным глазом и стала суетливо озираться вокруг, вглядываясь в каждую грань-воспоминание и, не найдя в ней желаемого содержимого, тут же обращалась к новому окошку в события давно минувших дней. Не успел капитан толком сообразить, что ему делать, как из бесформенного тела протянулась пара длинных лап, и чудовище помчалось куда-то прочь, волоча брюхо по земле и издавая склизкие, причмокивающие звуки, как если бы у неё был настоящий рот. Времени для сомнений не было, и Хромос побежал вслед за червивым сгустком. Прежней усталости не было и даже наоборот, тело ощущалось как никогда лёгким и послушным, в таком состоянии он без труда смог бы обогнать гонца на ретивом коне. Капитан настиг своего противника, попытался вцепиться в его хвост, но тварь выскользнула из его рук, оставив на ладонях толстую плёнку слизи.

Не отряхивая рук, Хромос стал оглядываться по сторонам, чтобы найти хоть что-то похожее на оружие, и увидел в грани кристалла воспоминание об отцовской оружейной в том её виде, какой она была добрых семнадцать лет назад. Капитан подскочил к сверкающей глыбе и нерешительно погрузил в неё руку, точно в гладкую поверхность воды, нащупал рукоять и достал один из хранившихся внутри мечей. Почувствовав прилив уверенности, Хромос вновь догнал рыскающее среди хрустальных стелл существо и наотмашь ударил по его телу. Клинок с сочным треском рассёк слившихся вместе червей, из открывшейся раны вместо крови брызнула всё та же липкая слизь, а тварь пронзительно заверещала. Со всех сторон послышался ответный клич, а Хромос всё продолжал неистово рубить трепыхающуюся жертву. Он думал, что если измельчит её на отдельные кусочки, то она непременно сгинет, но духов невозможно вот так просто изничтожить, и чем яростнее капитан махал мечом, тем сильнее разбухала тварь, которая словно бы начинала наслаждаться причиняемыми ей страданиями.

Почувствовав, что дело принимает куда более скверный оборот, капитан отскочил от разросшегося чудища, и как раз вовремя. Дух повернулся на месте, нанеся размашистый удар булавидным хвостом туда, где только что стоял Хромос. Уставившись единственным, огромным и налитым кровью глазом на человека, монстр понёсся ему навстречу, но капитан поднял левую руку и выпустил в противника разряд молний. Послышались шипение обжигаемой плоти и взвизги умирающий червячков — магия действовала отменно. Недолго думая, капитан отбросил бестолковый меч в сторону и принялся колдовать обеими руками, отчего тварь заверещала ещё сильнее и попыталась отступить, но Хромос метнулся ей на перерез и продолжил посылать в её туловище разряды. Он бы наверняка смог её прикончить, изжарив магией до горстки зловонного пепла, но из-за угла появились сразу два пришедших на подмогу собрату чудища, и, низко шипя, они понеслись к капитану, намереваясь его раздавить.

Хромос прекрасно понимал, что он не сможет в одиночку выстоять против троих сильных противников, а потому прервал заклинание и побежал прочь, дабы затеряться среди лабиринтов воспоминаний. Но это оказалось весьма проблематичным. Мрачные духи разных размеров сновали повсюду, осматривая кристаллы, в поисках заветного сокровища. Всюду, где они проходили оставался толстый слой тёмной слизи, из которой начинали произрастать колючие лозы, опутывая сверкающие столбы, перекрывая проходы и тем медленно истощая разум капитана, который стал для него и последним бастионом и смертельной западнёй. Сбежать из самого себя он не мог, но и изгнать пришлых паразитов он был не в силах, а потому он продолжал бежать туда, куда его вело его же подсознание. И вскоре ноги вынесли капитана в совсем новую часть леса воспоминаний, что образовалась только пару дней назад. Длинные и тонкие кристаллы росли здесь особенно густо, а содержавшиеся в них образы были особенно чёткими, так как их ещё не коснулась губительная эрозия времени, и они ещё не успели слиться в один неразборчивый комок. Здесь был и демонический Сентин, и растерзанные тела в тёмном подземелье, и измождённая, медленно умирающая Агдалина, и надменная харя Афаэндра, так что Хромосу захотелось закрыть глаза выбежать из этого мира уродливых пейзажей, чтобы не переживать их по второму разу. Однако среди них всё же нашлась и пара приятных сцен с давней наставницей Ольмирой и задорной и ласковой полуэльфкой, который вернули капитану душевное равновесие.

Зайдя несколько глубже в прошлый день, капитан увидел в одном из хрусталей лицо Янса в тот момент, когда он снимал маску, в другом тусклый костёр посреди сырых катакомб, в третьем их путь наружу.

— Вот то, что они ищут, — подумал капитан и выдернул камни из почвы. Он подумал, что сможет их спрятать, но доносившиеся со всех сторон звуки приближающихся чудовищ не позволяли усомниться, что от них ему не сбежать, да и найти надёжный схрон среди голых кристаллов было невозможно. Тогда капитан бросил камни на пол и, немного помедлив в нерешительности, задрал ногу и, понадеявшись на авось, что было мочи ударил пяткой по кристаллу. Послышался звон, и камень разлетелся на тысячи мельчайших осколков, испустив из себя голубоватое, переливавшееся всеми цветами радуги облако, которое окутывало Хромоса, точно кокон. То же самое он повторил с двумя другими воспоминаниями, а затем капитан постарался разогнать облако руками, но вместо того, чтобы смешаться с окружающим воздухом, сверкающая пыль, подчиняясь чей-то неведомой воле, образовала струю, которая влетела капитану в ноздри и точно раскалённые гвозди вонзилась прямиком в мозг. В считанные секунды Хромос пережил все события прошлой ночи; эпизоды проносились мимо его глаз точно табун испуганных лошадей.

Видение прошло также внезапно, как и началось, оставив после себя только лёгкий звон в голове, тогда как все прочие звуки исчезли из этого причудливого мира. Хромос более не слышал ни шипения, ни гудения чудовищ, до него более не доносились склизкие звуки их тел, ползущих по сверкающему полу. Каким-то непостижимым образом они почуяли, что объект их поисков был уничтожен, что больше нет смысла метаться по кристаллическим ущельям, а потому отступили. Но, невзирая на это затишье, Хромос всё ещё улавливал чьё-то зловещее присутствие и ощущал, как оно медленно, но верно ослабевает его, жадно высасывая ментальные силы. Время играло против нашего героя, а потому ему пришлось вновь положиться на скорый голос интуиции, а не протяжные и сложные раздумья.

Пускай холодное оружие и показало свою полную бесполезность в этой битве разума, капитан, потакая привычке, всё же извлёк ещё один меч из воспоминания, ибо эфес меча в ладони внушал ему чувство безопасности. В этот момент в его голове возникла безумная идея, и подойдя к одному из свежих кристаллов, он вновь погрузил в сверкающую грань руку, только теперь он намеревался вытащить из памяти, не предмет, а живого человека. Это оказалось несколько сложнее. В какой-то момент Хромос даже усомнился, что здоровый мужик сможет протиснуться через небольшое окошко в иное время, но внутри мира разума действуют совершенно иные законы, и вот перед капитаном, почёсывая короткую щетину и внимательно озираясь по сторонам, стоял Хейндир, каким он запомнил его в ночь резни в морге.

— Хейнд, мне нужна твоя помощь.

— Это я уже знаю, можешь ничего не объяснять.

— Но… откуда?

— Я — лишь твоё воспоминание и порождение твоей же фантазии, я знаю всё то же, что и ты, но ни на толику больше, даже про самого себя мне многое неведомо.

— Значит, советов от тебя не ждать?

— Ни единого слова, но мой меч будет служить тебе до самого конца.

— А я-то надеялся, что ты сможешь объяснить мне как из этого всего выпутаться. Ладно-ладно… дай-ка подумать. Нам нужны ещё люди, может быть… — Хромос вновь заглянул в то же воспоминание, но Хейндир исчез не только из него, но и из всех соседних кристаллов. Создать армию дубликатов оказалось невозможным, и капитан обратил внимание на прочие лица. В борьбе с элементалями тьмы могли помочь только маги, причём исключительно маги молний, огня или света, а потому выбор был крайне невелик.

В этом же закоулке воспоминаний Хромос призвал на свою сторону Ольмиру, а пройдя немного дальше, добавил в сою команду огненного капитана Фелкиса, после чего осторожно двинулся в глубины собственной памяти, надеясь отыскать там ещё могущественных соратников и, объединив силы, разбить и изгнать прочь нечестивых вторженцев. На глаза ему не раз попадались грани с гордо стоящим и улыбающимся Одвином из недавнего прошлого, когда Хромос ещё считал его другом и сортаником, но он не решился извлекать его из камня, так как не был уверен в том, что даже тот, старый Одвин, не изменится под влиянием новых впечатлений и не обратится против своего призывателя.

Окружающий пейзаж сильно поменялся. Червивые твари бесследно исчезли, но кристаллический сад заполонили чёрные лозы сорняков, впивавшихся длинными колючками в воспоминания, высасывая их до суха и замещая их чёрным туманом забвения. Слушаясь приказа, Хейндир выдохнул поток огня на один из колючих кустов, однако ветки не загорались, а лишь усыхали, съеживались и ненадолго отпускали хватку, чтобы по завершении заклинания стряхнуть с себя пламя, как вымокший пёс воду, и вернуться на прежнее место. Тогда Хромос мечом срубил пару веток, но на месте среза тут же начинал расти новый стебель, а упавшая на землю отсечённая часть незамедлительно пускала корни в почву.