Чтение онлайн

На повороте, у разбитого капонира стояли два крутых средних рейнджера и с любопытством на них посматривали. Один из них сказал другому:

– О! Ещё партейка на горизонте. И все к Бастиону топают. Уже третий час, как топают и топают. Нет, чтобы собраться всем вместе, да пройти сразу. А то тянутся, тянутся. А ты торчи тут, мёрзни... Может, всё-таки лучше поотрубать им связь, а? Ясно ведь, для чего их туда сзывают. Полежали бы тут, отдохнули, а там глядишь, всё утрясется, и все будут довольны.

На что второй ответил:

– Делать надо не как лучше, а как приказано. Приказ ясный – никого не трогать, всех пропускать, а о проходящих докладывать по команде. Ты уже доложил?

– Ну, ты и зануда! У тебя в детстве черепно-мозговых травм не было случайно? «По команде, по команде»... Да доложил, доложил, не сцы. О! Смотри, этот тяжёлый, тащит скаута на спине. За каким это он его прёт? Ну-ка, давай спросим его с пристрастием – что это он там замышляет, зомбяра тупая, а?

– Равняйсь, смирно! Сказано – всех пропускать, препятствий не чинить. Что не ясно? С Дьерчиком потолковать хочешь на тему клановой дисциплины? Так он последнее время что-то резко не в духе. Он тебе сразу объяснит, почём раки зимуют и где фунтом лиха торгуют. Ты что, не видишь, что дело серьёзное наворачивается? Посерьёзней, чем битва с «головоглазами» осенью.

– Ну, ты и зану-уда! Заладил – «сказано-приказано». А если я уже задолбался тут стоять? Что мне и развлечься теперь нельзя, да?

– Сбегай вон на минное поле развлекись. Хоть польза от тебя будет – меньше потом разминировать придётся. Сказано – всех пускать и не задерживать, препятствий не чинить...

– Ну, ты и зануда...

Рейнджеры медленно уплыли за поворот, а поворот скрылся в утреннем холодном тумане. Мэт перевёл дух и убрал руку с топорища. Хорошо, что с зомбированными пошел, если бы сам сунулся, наверняка пришлось бы с боем прорываться, а так – «сказано, препятствий не чинить». Ну, вы и зануды, блин...

Утро набирало яркость. Светлело небо – где-то там, высоко-высоко проекция Солнца бежала по изнаночной стороне облачного покрова, размытой линией терминатора отделяя день от ночи. День наступал с востока, а тьма уползала на запад. Тьма уползала и липкими щупальцами утаскивала за собой свои оболваненные марионетки. Хотя... а разве бывают не оболваненные марионетки? Нет, не бывают. И даже если какая-то марионетка думает, что она самостоятельно, по своей воле только играет роль марионетки, рассчитывая получить за это какие-либо выгоды и преимущества, то это означает лишь то, что она оболванена несколько лучше других.

Мэт сразу почувствовал, когда Снеж воплотилась в «кузнечике» и открыла глаза.

– Ой! Мы где?

– Слазь, скоро уже в твой Бастион придём, а туда верхом нельзя, только пешим.

Снеж сладко потянулась:

– Ах... классно выспалась! Так это мы всё-таки где? Ва-у! Что это за стены такие громадные? А-бал-деть! Ой! А сколько здесь народу! А чего все стоят и никто не веселится... Слушай, как-то мрачно тут...

– Ну, вот, сбылась твоя мечта – мы на Четвёртом Бастионе.

– Это он!? Не-е-е... Там должно быть... хорошо... свет... весёлая жизнь... Я же видела...

– Эй, рабы! Чё встали, быдло? Вперёд, к Южному Форту. Туда, туда! На юх! Воины Саурона, а вы чего тормозите? Гоните этих придурков к южному входу, там сейчас заварушка начинается и там самое место этому мясу. Ну, живо-живо! Шнель, бараны!

На вершине придорожного холма стоял потёртый скаут с нарисованным красным глазом во лбу крупной головы. Он размахивал посохом, раздавая указания нескольким подобным головоглазым субъектам.

«Вот значит, какие они – «головоглазы», – Мэт усмехнулся. – Только нам на «юх» не надо, нам надо ещё дальше на запад и, похоже, вглубь, под землю».

«Головоглазы» шустро забегали вокруг толпы очумелых, одурманенных, ничего не соображающих, зомбированных игроков. И брякая древками пик по их гулким корпусам, стали угонять разномастное механическое стадо вдоль укреплений Бастиона в южном направлении.

– Мэт! Что это тут творится? Это что, игра такая? – Снеж выглядела удивлённой и испуганной.

– Ага, у них все игры такие. Ты не бойся, нам не с ними. Мы пойдём прямо...

– Ну, ты, «мул» тупой, чего рот раззявил? Топай за всеми! – запыхавшийся «кентавр» попытался огреть Мэта дубинкой. Но тот только глянул на него, и «кентавр» ускакал вслед за всеми, явно позабыв, чего он только что хотел. Зато скаут, стоявший на холме, внезапно, словно проснувшись и спохватившись, властным голосом приказал:

– Этих не трогать! Они сами. А все остальные, чего встали как бараны? Погнали, погнали! Шнель-шнель! На юх!

Скученная, подгоняемая «головоглазами», толпа дроннеров стала утягиваться по лощине между холмов и Снеж растерянно сказала:

– Мэт, я боюсь... Что здесь происходит? Все словно с ума посходили... У вас тут, на Острове, всегда такой содом творится, да? Неужели кому-то нравится в это играть?

– Вот-вот! Мне тоже интересно – кому? Сейчас пойдём, узнаем...

– Как-то я не так представляла себе игру на Острове. Я думала, тут романтика, весёлые встречи, новые друзья... Мы на Полигоне мечтали... А тут – грязь, холод и грязь. Только в Обсерватории тепло и светло. И Стеклярус такой приятный собеседник. Что мне делать, Мэт? Я боюсь идти с тобой, боюсь оставаться здесь и боюсь возвращаться в Факторию. Я даже не знаю, в какую сторону от нас Фактория. Дорогу от Обсерватории я проспала, поэтому не дойду и туда. Тем более, нас учили, что тут везде ловушки с бомбами... Что же мне теперь делать? Скажи Мэт...

Мэт грустно вздохнул: «Вот бы кто мне объяснил, что делать...»

Он огляделся по сторонам. Вокруг не было ни души, все ушли на юг, а кто не хотел идти, того угнали. Вот так. И опять здесь пусто, ни одного разумного объекта в радиусе ближайшей сотни метров. И опять он прибыл сюда ранним утром, только не тёплым летом, а противной сырой зимой. Зато снова с «кузнечиком». Правда, другого пола. И не по заданию хитромудрого Педро, а по своей воле. Только вот непонятно, доброй ли? Становилось почти светло, лёгкий южный ветер доносил отдалённые пронзительные крики чаек со стороны штормящего моря и неясный многоголосый ропот с той стороны, куда ушли зомби и их погонщики. Похоже, там происходило какое-то активно-шумное событие. Изредка вдалеке короткими очередями стреляли пулемёты, гудели огнемёты и бухали глухие разрывы противопехотных мин. Неужели действительно сражение? Интересно, кого с кем? Зомби с рейнджерами, что ли? Да, сильно всё поменялось за два года – куда девался старый, добрый Остров Дронов? Когда «заломка» пулемёта была событием островного масштаба? А конфликт клан-на-клан был на его памяти один только раз. Да и то – постояли, покричали, помахали манипуляторами и разошлись. А тут целая война – кланы напрочь сносят. Может и Алекс там, с Педро? Своего бледного паука отлавливают. Сейчас бы спокойно потренировать «магическое» зрение, найти Алекса, где он там находится. Уж его-то образ он не спутает ни с чьим, очень уж он у него видный. Я-аркий. Да, с Алексом надо обязательно встретиться. После всего. И с Педро, хоть с ним и не всё понятно. А Снеж вообще нельзя от себя никуда отпускать, раз уж тут такие дела творятся. Наглые. Однако надо потихоньку двигать...

– Мэт, чего ты молчишь? – голос Снеж дрожал. – Скажи что-нибудь.

– Что-нибудь.

– Мэт! Я серьёзно!

– А серьёзно – сейчас пойдём в подземелье. Там будет ещё страшнее.

– Куда!?

– Туда, – он указал прямо на главный форт Бастиона. – Обойдём сбоку, найдём вход и полезем под землю.

– Ты с ума сошел? Я не пойду. Иди сам.

– Хорошо, пока!

– Стой! Ты, почему меня бросаешь? Нет уж, завёл сюда – выводи обратно! А то у тебя что получается – поматросил и бросил.