Чтение онлайн

– Но карательные рейды – их не от нечего делать проводят…

– Есть “мертвецы”, есть и охотники на “мертвецов”. Эти охоты необходимость – у нас

установлен порядок, и мы его соблюдаем… И я уверен, что офицеры учли это… И думаю, что они

не только контролируют ситуацию, но и – регулируют… Они почти не тратят сил, борясь с ними.

Считай – отпускают их, не пуская и преследуя их не в полную силу… Уверен, что эти дезертиры

просто исполняют другие системные функции – параллельные, страховочные… Герф, первый

пункт присяги – обязательство защищать систему. Эту присягу принимаем мы все, но исполняем

мы все эту клятву по-разному.

– У нас всех функции разные. Но это не значит…

– Не знаю… Но думаю, что и этот вариант отвечает системному действию. И он под контролем

равно с другими. “Полк без командира” периодами пополняется, порой его бойцов уничтожают, но

полк сохраняется…

– Ты думаешь, что так и должно быть?

– Уверен.

– Что при плохом ходе дел это неизбежно, отчего и контролируемо жестко – это еще понять

можно… Но кому нужны резервы сломанных…

– Сломанных здесь и сейчас, но пригодных где-то еще и после чего-то… Они живут по ту

сторону, но живут – значит они еще с нами, с живыми. Там тоже идут бои со смертью, там тоже

есть пути жизни… И дезертиры – разведчики, которые потом кому-то из нас эти пути укажут.

– Влад, ты что, собрался…

– Нет, я к ним не присоединюсь. Но в расчет их брать буду. Герф, ни мне, ни тебе не уйти –

системы не бросить. Но может быть, что просто придет конец… И если что-то будет после, будет

что-то другое. Систему не покинут офицеры…

– Еще бы, высшие офицеры не уходили и не уйдут. Их принципы…

– Это верно. Этого не будет сейчас, но не будет и после… Если системе конец… Их уничтожит

враг – первыми. Их уничтожение – первая цель врага. Потом уничтожат простых преданных

системе бойцов, как мы… Сохранить жизнь, скорей, смогут люди, которые будут вне системы…

при последнем бое…

– “Справочник дезертира” чистой воды… Черт…

220

– Подожди судить. Уверен, что скоро для того, чтобы выжить, нам будут нужны даже

“мертвецы”. Сейчас у них другие дороги. Но после последних сражений их дороги будут

соединены с нашими. А может быть, станут нашими.

– Я сужу, Влад, но не тупо…

– Это тени нашего будущего. Не просто “мертвецы” – “призраки” системы.

– Я понял. Мне это претит, но… Это слишком сложно… слишком далеко для моего

осмысления.

– Ты только сделаешь то, что будет нужно, а думать буду я.

– Влад, до меня доходит, что ты недалек от правды, но… Тебе просто не позволят подойти к ней

ближе. Нам не дадут создать информационное чудище, опасное для всех нас.

– Вредное сейчас, но полезное после…

– Влад! Еще не известно, что с нами будет и что нам поможет! Зато известно, что с нами сейчас

и что сейчас нам будет помехой! Влад, я согласился допустить вариант худшего исхода войны, хоть

точно еще ничего не ясно… Согласился допустить вариант страховки, работающий при этом

худшем исходе, хоть с этим тоже еще ничего не ясно… Но я согласился крепить страховку –

безвредную и безопасную для нас при всех вариантах исхода войны – не только при худшем! А

главное – не подводящую нас к худшему исходу! А ты решил писать программу для “справочника

дезертира”!

– Герф, как бы эту страховку не называли – она безвредна. Она не сработает сейчас – никому

она сейчас не будет ни угрозой, ни поддержкой. А когда она заработает, она сгодится всем… и всем

поможет.

– Не может такого быть.

– Я тебе докажу…

– Нас казнят. Но я не уверен, что мы искупим принесенный нами в систему вред даже

смертью…

– Смертью никто вины не искупит. Казнь только пресечет угрозу, исходящую от устраненного

казнью… Он может признать вину, коря себя, но и только. Искупить вину он сможет одной

жизнью, прекратив угрожать и исправляя ошибки. Но для того, чтобы ошибки исправить, их нужно

осознать, для начала осознав, что это – ошибки. А я сейчас считаю, что – прав. Значит, сейчас меня

могут только устранить – без признания вины и безнаказанно. Моих убеждений не перешибить ни

карателям, ни мне самому… Я уверен в правоте, и моей совести меня не тронуть, как и чужой,

облаченной в черную форму. Меня можно только уничтожить, не наказать. А скоро я буду

неуязвим. Никто не сможет уничтожить меня, не уничтожив всех нас, когда мои мысли станут

нашими. Я неуязвим, Герф. Я прав. От этого – неуязвим.

– Ты облучен. Ты бредишь.

– Унхай сказал, что бред будет позже.

– Это было уже давно. А теперь ты… Влад, перед тем, как тебя станет нельзя уничтожить, тебя

станет нельзя переубедить. Тогда тебя уничтожат, как сломанную и крайне опасную техническую

боевую единицу, – сразу, без промедлений. И это, видно, скоро случится, если ты…

– Я знаю, Герф. Это риск, к которому я готов. Меня возьмут под контроль прямо сейчас. Я

встаю на грань между светом и тьмой. Каждый, кто выходит на свет, отбрасывает тень. Я не

вернусь во мрак, и “тени” теперь будут следовать за мной неотступно. Для них дезертиры –

данность… И я стану для них данностью. Они будут просто исполнять задачу – работать, обвиняя

и оправдывая, карая и щадя по их порядку, с точки зрения системы. Я не буду скрывать от них

мысли и поступки, обходить их запреты, но и открывать им мысли не стану…

– Противостояние…

– Нет. Они мне помогут… помогут не ослепнуть. Я не собираюсь вредить системе, но могу

просто не заметить этой черты. “Тени” не дадут мне переступить порог угрозы… Они блокируют

серьезную опасность непроходимыми преградами. А их препятствия попроще я преодолею…

Такие барьеры ставят останавливать тех, кто способен остановиться – как ориентиры, как