Тени прошлого - тени будущего
Шрифт:
– Точно. Что-то вроде того.
– Черт… Нет такой штуки – нет и не будет.
– Нет сейчас, так скоро будет – сделаем.
– Это не наша забота…
– Наша – нас создали как будущее, и кто-то обязан до него дойти. И скорей без других обойтись
сможет рабочее подразделение – о нем думать будем… Им нужно что-то очень простое…
– Выкинь мысли о поражении и рабочих из головы – нас ждет Хантэрхайм…
– Я знаю, что нас ждет. Поэтому я и спешу, поэтому ты должен мне помочь, Герф… У нас
времени почти нет.
– Влад, мы пройдем Хантэрхайм…
– Не будь ты таким тупым! Мы простоим месяц – от силы! И то, если Хантэрхайм столько
простоит!
– Ты что не понимаешь, что все про Хантэрхайм – легенды!
– Это не легенды, Герф!
– Хантэрхайм не сжигает! Это ледник!
– Ледник, по которому мы будем бродить слепыми от непрерывного сияния, от которого
получим дозу жестких лучей! Это правда, Герф! Хантэрхайм убивает и без врагов!
– Нас Хантэрхайм так просто снегом не заметет!
– Ты должен быть со мной сейчас! Ты со мной?!
– Я с тобой в бою, но не в твоем бреду, Влад!
– Мы должны это сделать! Нужно найти этот выход и указать его тем, кто будет жить после нас!
– Ничего такого нет! И я этим заниматься не стану!
– Ты поможешь мне, если я найду его? Поможешь его открыть?
– Если ты меня убедишь, что это действительно – выход.
– Я сделаю это… Мы отдаем наши жизни спасению жизней других, и я не отдам жизнь
пустоте…
– Мы еще не трупы, Влад!
– И это надо использовать без потери времени… Силу человеку дает разум… Но разум и
забирает силу – при ошибочном применении. Главное то, что разум направляет… Это память, это –
знание…
– Я что-то не пойму…
– Потом об этом… Мне еще будет нужно кое-что узнать о первом поколении…
– Мало тебе наших чудищ?..
– Руггеры, безусловно, чудовищны, но они выносливы… А первое поколение было задумано
как человечество совершенной формы.
– Но только получилось, что это не люди.
– Не важно – первое поколение разработали как совершенных существ – более совершенных,
чем мы. И мне нужно знать, в чем было их преимущество и применимо ли это к нам.
59
Стикк разрядил трескучий бич в воздухе…
– Штурмовикам и штормы нипочем! Хватит головы ломать! Списки живых – не списки
погибших! По линии зверей ра-а-авняй!
Влад заразный, никаких сомнений – это мыслительный вирус… Из-за него до меня не сразу
дошло, что побледневший офицер-S9 прошел ко входу, бросая по пути последние указания ротным
и взводным командирам… Андроиды, как ото сна отошли, – вышли из затемненных простенков.
“Защитники”, подняв головы, замерли у секторных врат, капитаны заняли позиции, застыв во
вратах блоков… Объект подгрузил верхнюю подсветку… Мы по команде открыли отсеки –
намертво приковав зверюг к стенам, отключили невидимые преграды. Всматриваемся в тускло
освещенный коридор…
Коридор все так же пуст… Мы все стоять тут извелись уже – мало того, что от нашей
неподвижности и тяжести доспехов уже все, что только может онеметь, немеет, еще и эти твари за
плечом зубами щелкают… Капитан посмотрел на браслет и махнул рукой… Ошиблись
командиры… Теперь Стикк заполучит время для еще более придирчивого осмотра… Ульвэр завел
такое правило – являться, когда мы еще не готовы или когда мы уже не готовы… Но со Стикком у
него этого никогда не выходит – Стикк всегда ко всему готов. Его такой тягомотиной до более
естественного состояния не довести – просто для него естественно стоять в установленной уставом
позе хоть по шесть часов кряду и заставлять делать это других.
– Лесовский! Утри зверю слюни! Что у него в зубах?! Было распоряжение не кормить!
– Его не кормили, командир!
– У него что-то в зубах! Он что, окурки жрет?!
– Никак нет! Нет! Так точно!
– Где он их опять собрал?! Я тебе приказал не бросать! Отними! Убери! Сожги! Ко мне их – под
бичи!
Собирать и жрать окурки – у Другого это прям пристрастие. И отдает он их только с боем. Но
Влад с такой скоростью и силой вышиб это лакомство у него из зубов, что он сообразить ничего не
успел… Затаит теперь обиду… Но Владу не до того – он тоже сообразить ничего не успел… Никто
не успел… Приказ о равнении отозвался в голове запоздалым эхом… Поздно. Мы все с ужасом
проследили полет через коридор этой мерзости с растянутой следом слюнной нитью… Влад
метнул этот ком метко – прямиком к Стикку… к его руке, к его бичу… Но Стикк не рассек, не
спалил этот отвратный ком… У меня замерло сердце, когда я перехватил его отчаянный взгляд, –
Ульвэр… Его высокий строгий силуэт мы различим и во мраке – такими высокими бывают только
люди S12… Он похож на одну из пограничных вышек белых “хранителей” Хантэрхайма… или
Ивартэна. И сейчас он молча стоит у дверей секторных врат и сосредоточенно осматривает
помещение, нас всех и всех наших чудовищ – он заметит все… он уже заметил. А Стикк… Он
опоздал бить бичом и, забыв что в его руке бич, принял этот позорный ком стерильно чистой
перчаткой… Схватить и удержать его Стикк не смог, и эта гадость, отразившись от его перчатки,
как от зеркала, с липким шлепком и брызгами упала к его ногам… Взгляд Ульвэра будто
пригвоздил нас к месту… Он видел, и уже нельзя… ничего уже нельзя сделать…
Мы замерли, как безмозглые истуканы… А ком хлюпает и проседает на отдраенном полу… Он
оседает, бесформенно расползаясь, в расплывающейся от него слюнной лужице… Он вязко блестит
на свету в самом центре коридора, на самом виду… А Ульвэр стоит в дверях, не проходит…
Офицер-S9 – бледный, с искаженным лицом, – прошел по полному тишины бесконечно
длинному и светлому коридору с искрящим бичом… Он рассек ком, но не рассчитал мощность, и