Чтение онлайн

Сержант подошел к Нору вплотную… Нор растерзан нами и открыт перед этим закрытым

затянутым в мундир и собранные руки унтер-офицером…

– Отпустите его…

Оставили его, отошли… но следим за его глазами, руками, хоть он и стоит с трудом, чуть не

падает… От него надо ждать черт знает чего и без предупреждений…

– Нор, что бы здесь ни произошло – мне известно, что причиной этому был ты. И Сорг… Но

что бы ты ни сделал – ты не покинул расположение части. И остальные границ не пересекли. Ты

понимаешь, Нор. Сейчас мной к тебе не будут применены силовые методы. На данный момент ими

истины не достичь…

– Ты прав, сержант. Это не поможет…

– Ты сопротивляешься, как зверь, Нор… Это оттого, что твое сознание угнетено действием

препаратов – химических ускорителей. Приказы не действенны при таком помутнении… Но под

прямое управление я твой разум не возьму. Мне нужно знать, как ты способен думать и управлять

мыслями при таких условиях. Мной тебе будет дан выбор. Ты должен сделать его быстро – иначе

он станет приказом, но не моим и не тебе. Его отдаст Айнер – карателям. Обстановка требует

решительных мер. Поэтому мне пришлось решить так – ты немедленно подключишь сознание и

встанешь в строй, либо с промедлением будешь стоять на допросе перед Айнером, и после – перед

Скаром.

– А что со мной сделаешь ты, Унхай?!

– Узнаю правду и буду “смотреть” на твои мысли, где бы ты ни был.

– Знаю, что ты не из ленивых. Но ты спал… Пусть при застегнутом кителе и нетронутой

портупее, но спал. Полный боекомплект этого не изменит, Унхай.

– Нет, Нор, не изменит. Ты один не стоишь того, чтобы губить мой разум неполным

отключением сознательных функций при сне. Сон – единственное, что восстанавливает нас здесь.

Но я обяжу объекты и технику заменить мой надзор.

– Сейчас “спит” и объект, Унхай…

– Тебе не под силу надорвать мои нервы, Нор. Оглянись. Не спящие рядом. Не спящие повсюду.

Но не всегда ими будут твои соратники, Нор. Мы на пределе. Ты должен терпеть, как и мы. Ты

стойкий боец, Нор. Ты поборол “зверский” гнет не один раз. Но “зверь” должен быть убит –

окончательно. Если сейчас с ним этого не сделаешь ты, ему больше не дадут скалить зубы другие.

– Ты же знаешь, что происходит!..

– Да, ты дал сбой. Такую реакцию спровоцировало применение химических средств ускорения.

Когда человек измотан, стимуляторы могут вызывать снижение уровня устойчивости и, вследствие

– дестабилизацию.

146

– Унхай, ты знаешь…

– Нор, все под контролем – и ты тоже.

– Не говори об этом. Никто ничего не делает. Скоро никто уже не сможет ничего сделать. Скоро

будет уже поздно… Нужно действовать – прямо сейчас…

– Твой долг – стоять до последнего и защищать…

– Мертвецов?!

– “Защитники” еще не встали – не перечеркнули наше будущее расчетом, не закрыли задачи.

– Какое мне дело, что на уме у этих машин! Я – боец! Я больше не могу ждать!

– Подумай, о чем ты думаешь.

Нор, кажется, начинает что-то соображать – его агрессии конец не пришел, но неестественный

блеск глаз угас под тяжестью едва сдерживаемого отчаянья…

– Да, мои ограничители сорвало к черту… Но на сознание еще не свален бред. “Тени” Скара

повсюду, но мы не принадлежим им, Унхай. Мы не принадлежим им.

– Ты бредишь.

– Думаешь? Нет. Все, что мы делаем сейчас – делаем с их разрешения и позволения. А все, что

мы можем и что должны сейчас сделать, мы не делаем по их запрету… Но у них нет власти над

нами…

– Довольно, Нор.

– Пусть они попробуют нашу кровь на вкус, пусть упьются ей до смерти, но власти над нами им

не получить.

– Это паранойя…

– Они пробуют подключить к нам контроль, подавляющий волю “чужим разумом”. Но мы

способны не поддаваться их воле…

– Офицеры службы безопасности не имеют права брать под прямое управление армейские

подразделения.

– Не имеют права – только без подтверждения верховного главнокомандующего. А его

подтверждение дает им право управлять всеми вооруженными силами системы…

– Как и нам… Но таких распоряжений не было и не будет, Нор. Разум неприкосновенен.

– Но технологи по коррекции…

– Эти технологии не применяют. Того, что под строгим запретом, не сделает никто. Никто не

проведет жесткую коррекцию сознания и не исправит ни один не подошедший системе разум.

Тяжелое воздействие на сознание – тяжкое преступление. Это наказуемо не простой смертью –

приравнено к убийству и угрозе системной безопасности. Разум погибает нетронутым системой.

– Погибнет не перестроенным системой – значит, погибнет просто убитым системой. Не

исправят – тогда просто ликвидируют…

– Если будет нужно.

– Мы не должны подчиняться этому порядку…

– Этот порядок установлен системой – нами, Нор. И системой закон нарушен не будет. А если

он будет нарушен тобой или такими, как ты, – мы будем судить и карать по этому закону… Не

нарушай наш порядок, Нор. Он служит нам всем. Служит так, как служим ему мы.

– Унхай… Мы должны противостоять этому… Ты забыл… Холодные руки Тишинского пишут

здесь наши законы.

– Это не так.

– Да, его руками правит тот, который уже – не человек.

– Если будешь продолжать, превышение допустимой нормы химических ускорителей не свяжет

мне рук, – я передам твое дело дальше с полным отчетом.

– Передашь “теням”… Отдашь на суд “теней”…

– Точно, Нор. Это будет суровый суд. Но Скар не преступит запреты – ни он, ни его “тени”.

– Пока им на то нужды нет… Просто спишут на прямую ликвидацию…

– Спишут – если будет нужно. И знай… Будешь “зверем” – будешь осужден, как “зверь”. Ты