Тени прошлого
Шрифт:
– Угу, привязывай! Особенно если пойдём в клуб. Там я от тебя ни на шаг не отойду.
– А что в клубах? – с интересом спросил я.
– Там убойный общий фон, - покраснев, она стеснительно посмотрела на меня.
– В каком смысле - убойный?
– В смысле, что люди приходят туда повеселиться и в надежде на знакомства с последствиями… ну, ты понимаешь, о чём я говорю. И все эти желания витают в воздухе.
– Понимаю, - я улыбнулся.
«Представляю, что буду чувствовать там. И теперь понятно, почему после клубов Эсфирь прямо-таки набрасывалась на меня. Надо-ка её туда почаще водить».
– Ну, что, ты готов уже встретиться лицом к лицу с людьми?
– Да, - ответил я, стараясь удержать в памяти ощущения от поцелуя моего ангелочка и отстраниться от эмоций людей. – А заодно и посмотрю, как теперь на меня действует их запах.
Оказалось, что теперь запах людей вообще на меня не действует. Раньше, учуяв человека с редкой группой крови, я порой испытывал сильное желание попробовать её, а запах остальных несколько тревожил. Сейчас же я вообще не испытывал никакой тяги к ним, а скорее наоборот – хотел подальше держаться от людей. Эсфирь оказалась права – как только в радиусе ста метров оказывался человек, я чувствовал его эмоции и мне это не нравилось.
«Кошмар! Люди реально всем недовольны! Почему они зацикливаются на том, что им недоступно, а не радуются тому, что у них есть?» - думал я, идя к трапу самолёта и, стараясь отгородиться от их чувств.
В самом самолёте стало чуть легче. Пилоты хоть и находились близко к нам, но были сосредоточены на полёте и не сильно влияли на моё настроение.
«А что будет в Нью-Йорке? Как там я себя буду чувствовать? Эмоции, это ведь не влекущий запах. От них не так просто уйти. Хорошо хоть, что теперь запах людей меня не беспокоит» - я старался найти положительные моменты в нынешней ситуации, но тут же нахмурился. «А как я буду чувствовать себя среди вампиров? Вдруг наброшусь на маму с папой? Или бабушку с дедушкой? Или всё же смогу себя контролировать?»
– Эсфирь, а как ты думаешь, мне не опасно сейчас появляться перед родителями? Мне не захочется их покусать?
– Думаю, что нет. Ведь у тебя не было жгущего желания кусать всех людей. И даже когда на вечеринках вампиры развлекались, и ты был голоден, ты же сдерживал себя.
– Да, - ответил я. – Просто терпел.
– Думаю, и сейчас, даже если очень захочешь крови, то будешь терпеть.
«Да уж, альдемургам живётся нелегко. Вампиров может побеспокоить запах людей и только. Альдемургам же приходится мириться и с манящим запахом вампиров и эмоциями окружающих. Как говорится – за всё надо платить. Ну что ж, за умение летать, я готов нести крест эмпатии».
Но больше всего во время полёта, меня волновали другие вопросы. «Как лучше всё преподнести родителям? Ведь как только я появлюсь, они сразу почувствуют, что мой запах изменился. И как лучше – появиться сразу с Эсфирь, или сначала самому? А самый главный вопрос – как появиться? Прилететь или приехать на машине?».
К моменту приземления в Нью-Йорке я решил, что лучше сразу их огорошить своим обращением и эффектно появиться во дворе дома прямо с неба. «А вот Эсфирь оставлю неподалёку. Когда родители придут в себя тогда и познакомлю их с ней. Мало ли как они отреагируют на меня. Не хочу, чтобы моего ангелочка обвинили во всех грехах. И лучше всего поехать к ним сразу после прилёта, пока ещё темно, а то днём летать опасно».
Выйдя из самолёта, и подойдя к своей машине, я забросил сумку в багажник и, усадив Эсфирь в салон, произнёс:
– Едем сразу к моим родителям. Машину оставим недалеко от дома и полетим вместе, но сначала перед ними появлюсь я. Ты же пока спрячешься. На соседнем участке есть огромный дуб, посидишь в его кроне…
– Страшно, - она вся сжалась.
– Не бойся, думаю твои родители сейчас в Вайоминге…
– Я не своих родителей боюсь, а твоих, - жалобно прошептала она. – Они, наверное, на меня сильно разозлятся из-за твоего обращения. Ты же не позволишь им меня убить?
– Эсфирь, ну конечно, нет! Да и потом, вряд ли мама с папой на такое пойдут. В первую очередь они всегда старались понять меня, и думаю, когда первый шок пройдёт, всё будет хорошо, - успокаивающе сказал я.
– Ох, очень надеюсь. Ты главное, не бросай меня, хорошо? – она заискивающе посмотрела на меня.
– Не брошу! Никогда! – торжественно пообещал я и, поцеловав Эсфирь, завёл двигатель.
Всю дорогу я старался придумать слова для родителей и репетировал речь, а она сидела тихо и лишь вздыхала, глядя то на меня, то в окно.
Не доезжая до дома пары километров, я остановился на обочине, и ободряюще улыбнувшись своему ангелочку, сказал:
– Сейчас я переодену футболку, позвоню родителям, и мы полетим, хорошо?
Кивнув, она вышла из машины и начала смотреть в ночное небо, а я, быстро переоделся и, достав телефон, набрал номер отца.
– Бруно, ты как обычно в своём репертуаре! – раздался его весёлый голос в трубке. – Я тебя женю! Может тогда ночами у тебя появятся дела поважнее, чем звонки родителям.
– Женишь? Обещаешь? – спросил я, радуясь, что можно родителям уже сейчас намекнуть на изменения в моей жизни. – Только я, чур, сам выберу себе жену!
– Естественно выбирать будешь ты…
– И ты примешь любой мой выбор?
– Да, - несколько настороженно ответил отец. – А что, на примете у тебя уже кто-нибудь есть?
– Ага, есть.
– Хм, не рановато ли? И кто, если не секрет? Ты меня несколько озадачил своим вопросом о выборе. Она… человек? – спросил отец и я улыбнулся, поняв, что он сейчас с нетерпением ждём моего ответа.
– Не человек…
– Фух, пронесло! – папа шумно выдохнул в трубку. – В общем-то, я не против людей, но три бывших человека в клане, это уже как-то слишком.
– Да, было бы слишком, - согласился я. – Да и люди меня сейчас интересуют меньше всего. Я бы даже сказал, что они раздражают меня.
– Раздражают? Что это значит? – отец снова насторожился.
– Пап, а ты можешь через пять минут выйти с мамой во двор дома?
– Во двор? Могу. А зачем?
– Выйдите, и поймёшь – почему меня раздражают люди. А если ещё проявите терпение и понимаете, то познакомлю вас кое с кем.
– Бруно, не темни, что всё это значит? – отец уже не на шутку разволновался.
– Через пять минут получишь все ответы и всё узнаешь, а пока думай о том, что я рад и счастлив тому, что так произошло, - сказал я и, отключившись, подошёл к Эсфирь. – Ну что, моя голубка, полетели?
– Никогда в жизни так не тряслась от страха, - пробормотала она. – Но ведь всё равно придётся знакомиться. Так что, полетели.
Выпустив крылья, она начала подниматься вверх и я сделал то же самое. Через три минуты мы уже были возле дома и, подлетев к ней ближе, я указал на большое дерево.