Чтение онлайн

– Я считаю, что ты станешь для меня именно той спутницей жизни, о которой я всегда мечтал, – последовал бесхитростный ответ.

Уми почувствовала, как к щекам прилил жар. Чтобы не выдать своего смущения, она опустила глаза и сжала пальцами ткань кимоно.

– Боюсь, ты всё же не до конца понимаешь, на что соглашаешься, – тихо возразила она, но Ёсио её услышал.

– Что ты имеешь в виду?

Отступать теперь было поздно, и потому Уми пришлось продолжить:

– Как бы моя наставница ни старалась привить мне качества, присущие благовоспитанной девушке из приличной семьи, эта наука не пошла мне на пользу. Я родилась и выросла среди якудза – тех, кто выбрал себе жизнь по другую сторону от обычного общества, и красивое кимоно, надетое по особому случаю, и велеречивые приветствия, произнесённые в надлежащую минуту, этого никогда не изменят.

Уми боялась увидеть на лице Ёсио непонимание или осуждение, но он спокойно слушал её, не отводя внимательного взгляда.

– Так ведь и я не самурайский сын, – пожал плечами он. – И, в отличие от тебя, хорошим воспитанием я похвастаться не могу. Единственное, что я хорошо умею – это играть в карты.

Уми не сумела сдержать улыбки. В этом Ёсио и впрямь не было равных.

– Я прекрасно понимаю, что ты хотела мне сказать, – продолжил говорить он. – И, уверяю тебя, оябун тоже осознаёт, что в обычной семье таким, как мы с тобой, не будет места. Поверь, иначе он никогда не допустил бы, чтобы такой человек, как я – без рода и имени, не имевший ещё каких-то несколько лет назад за душой ничего, кроме старого отцовского меча, – посватался к его единственной дочери, которую он бережёт пуще редкой фарфоровой вазы.

Поэтому я говорю с тобой сейчас совершенно откровенно, без прикрас и увёрток. Я хорошо тебя знаю, Уми, и потому уверен в том, что ты сумеешь стать мне верной и хорошей женой. В свою очередь я тоже даю тебе слово, что стану для тебя надёжной защитой и опорой, как и полагается достойному мужу.

Ёсио наклонился к ней: его тёмные глаза ярко блестели в свете масляной лампы, стоявшей на низеньком столике прямо между ними.

– Давай поможем друг другу продержаться в этом мире чуть дольше, Уми. Прошу, подумай об этом как следует.

Слова Ёсио заставили Уми о многом задуматься. Если и впрямь воспринимать брак как способ удержаться на плаву бурной реки общества, где одиноким людям приходилось куда сложнее, чем примерным семьянинам, то замужество переставало казаться таким уж угнетающим. К тому же, брак с Ёсио помог бы Уми добиться её главной цели: остаться при клане Аосаки и не отходить от дел, что неминуемо должно было произойти, выйди она замуж за кого-то другого, кто не имел к якудза никакого отношения.

Уми взглянула на Ёсио. Такой знакомый взгляд, лёгкая и привычная полуулыбка, рваная линия шрама на щеке – этого человека она знала очень давно. Но Уми и подумать не могла, что ей может предоставиться возможность узнать его с совершенно новой для себя стороны, с которой его не знал никто и никогда.

– Ты был честен со мной, и потому я хочу ответить тебе тем же, – набравшись решимости, Уми крепко сжала кулаки и выпалила на одном дыхании: – Я могу видеть ёкай.

Улыбка Ёсио стала чуть шире, взгляд его потеплел.

– О чём-то таком я всегда догадывался, – признался он.

Встретившись с удивлённым взглядом Уми, он добавил:

– Ты думала, я совсем дурак и за столько лет, что я знаю тебя, совсем ничего не замечал? Не в обиду тебе будет сказано, Уми, но актрисой тебе точно не быть – скрывать свои истинные чувства ты совсем не умеешь. Не далее, как сегодня утром, я имел счастье наблюдать твоё очередное столкновение с непознанным. Думаю, Косой Эйкити тоже нескоро забудет эту встречу.

Уми усмехнулась: в этом она нисколько не сомневалась. За этот день Ёсио стал вторым человеком, которому она открыла свою тайну, и от этого признания Уми почувствовала себя намного легче – словно с плеч её кто-то наконец снял невидимый груз, который она с таким усердием тащила на себе столько лет.

– И ты… не боишься меня?

– А должен?

– Ни в коем случае! – в притворном ужасе воскликнула Уми. – Иначе мне придётся отрезать волосы и отправиться доживать свои дни в монастыре, ведь кто ещё, кроме тебя, позарится на меня после такого признания?

Уми состроила такую грустную мину, что Ёсио не выдержал и от души расхохотался.

– Беру свои слова назад! Твой актёрский талант на деле не так плох, каким казался поначалу.

Теперь настала очередь Уми смеяться. От облегчения у неё на глазах выступили слёзы, и она постаралась аккуратно утереть их пальцами, чтобы не размазать макияж. Она думала, что столь прямолинейное признание отпугнёт Ёсио, но он смотрел на неё с той же теплотой, что и раньше.

– Как бы ни было грустно это признавать, но наш вечер откровений подходит к концу, – вздохнул Ёсио. – Но у нас с тобой осталось ещё одно незавершённое дело.

– И какое же?

Ёсио достал из рукава кимоно небольшой шёлковый мешочек, украшенный искусно вышитыми ирисами, и улыбка его стала чуть более лукавой.

– Закрой глаза, – попросил он.

Уми удивилась этой неожиданной просьбе, но спорить не стала и послушно смежила веки. Услышав, как Ёсио встал со своего места и направился к ней, она почувствовала, как сердце её забилось чуть быстрее. Интересно, что же он задумал?

Ёсио опустился на циновки рядом с ней, и его пальцы коснулись запястья Уми. От неожиданности она вздрогнула, но руки не отняла. Когда Уми была гораздо младше, они с Ёсио часто держались за руки, гуляя по улицам Ганрю. Уми была настоящей егозой, и Ёсио боялся потерять её из виду – вот и старался держать её при себе, как умел.

Те дни давно миновали, но Уми всё ещё помнила, какими тёплыми были руки Ёсио. И потому она удивилась, почувствовав, как её кожи коснулось что-то прохладное.

Уми открыла глаза. На запястье, прямо над головой дракона, который был вытатуирован на предплечье, Ёсио надел браслет. На тонкую золотую цепочку были нанизаны прозрачные камни неправильной формы, которые в свете лампы отливали всеми цветами радуги.

Даже несмотря на то, что Уми не очень хорошо разбиралась в драгоценностях, название этого камня она вспомнила сразу.

– Это же драконья слеза, – выдохнула она, не в силах отвести восторженного взгляда от украшения. – Ёсио, он же очень дорогой! Право, не стоило тебе…

Ёсио покачал головой, не дав Уми закончить.

– Это лишь малая часть того, что я могу предложить тебе как моей будущей супруге, – ответил он. – Положение моё в клане упрочилось, и, скажу тебе по секрету – скоро меня ждёт повышение.

Уми знала, что отец благоволил Ёсио. Молодой, амбициозный, но преданный делам клана – он был одним из самых ценных людей в окружении Итиро Хаяси. А инициативные и деятельные люди отцу всегда были по душе.

Раз Ёсио уже был управляющим игорного дома, то, возможно, в будущем отец хотел поставить его во главе одной из крупных банд, которые контролировали разные районы в Ганрю, или же вообще рассчитывал сделать Ёсио своим помощником. Исходя из того, что Уми слышала в последнее время, отец был недоволен поведением своего нынешнего заместителя, Уэды, поэтому его отстранение от дел было всего лишь вопросом времени.

А женитьба Ёсио на Уми должна была только укрепить его положение в клане.

Но не успела Уми что-либо на это ответить, как Ёсио добавил: