Чтение онлайн

Интересный список для существ из других миров.

Приходы Силы успокаивали Киру на некоторое время, а также, кажется, давали ей большую глубину восприятия. Возможно, это была память тела. Может быть, та часть сознания, которой оперировала Сила, не полностью перестраивалась после ее присутствия, и Кира совсем чуть-чуть, почти незаметно, но смотрела на вещи шире, под другим углом. При этом как-то по-детски удивляясь и восхищаясь окружающим.

Я звал Силу часто, но понемногу. Мне не нравилось, что я делаю это втайне от Киры, и размышлял, как рассказать ей о моих манипуляциях с ней. Но сделать это прямолинейно у меня не хватало духа, и я прикидывал так и этак, как бы сообщить Кире о том, что происходит, и не вызвать бурю отрицательных эмоций. Хотелось бы так все подстроить, чтобы она как будто узнала об этом сама, причем при таких обстоятельствах, что ей было бы настолько интересно, что этот интерес отвлек бы ее от возможного негодования.

Сила очень отличалась от Киры, и с ней практически не возникало проблем, которые все время приходилось решать с Кирой. Правда по мере освоения окружающего мира и она начинала иногда капризничать. Возможно, она не знала, что капризничает, и в отличие от Киры ее было легко отвлечь чем-то новым.

– Ты приготовил для меня клубнику и хенеси?

– Нет, милая, у нас прошло очень мало времени, и я еще не успел купить то, что нужно. – Она надула губы, глаза влажно заблестели. Я же быстро продолжал: – Зато я тебе приготовил краски и бумагу, ты можешь попробовать рисовать, Она любит рисовать и очень хорошо рисует. – Губы сдулись, глаза блестели уже не влагой, а шкодливым интересом.

– Хорошо. Давай. Попробуем. Рисовать хочу. Рисовать интересно? Рисовать приятно? – О-о-о. – Руки ее сами потянулись к расставленным на столе краскам. – Даааа. Она такими рисует – в баночках. И я тоже буду.

Первый лист бумаги у нас ушел на пристрелку. Сила просто водила кисточкой по бумаге и удивлялась тому, что получается.

– О-о-о, смотри, как. О-о-о, вот как. Смотри, они стекаются и меняются, а здесь было белое только что, О– о-о… – Поудивлявшись и напробовавшись, она скомандовала: – Давай новый белый… – Она показала пальцем на бумагу.

Я поменял воду и положил перед ней чистый лист бумаги. Сила послушно подняла руки, давая мне возможность приготовить стол.

Рисовала она увлеченно, не отвечала на мои вопросы, и я не сомневаюсь, видела перед собой только то, что делает, что у нее под рукой. Вернее, в ее сознании, восприятии был только лист недавно еще белой бумаги. Оказалось, при ее стиле рисования определенно нужен помощник, которым я и выступал. Она настолько яростно и самозабвенно тыкала кисточкой в баночки с краской, что они опрокидывались и раскатывались по всему столу, при этом она еще умудрялась засовывать кисточку в опрокинутую катящуюся баночку и даже набирать таким образом краску. Я же стоял за ее спиной, ловил краски и ставил их на место. Возможно, охота за разлетающимися красками отвлекала меня от наблюдения за действиями Силы. Но когда я присмотрелся, то понял, что она не просто рисует… Такой техники я не только никогда не видел, но даже и не слышал ни о чем подобном. Сначала я не мог понять принципа ее рисования, а когда до меня наконец-то дошло, я впал в состояние близкое к восторженному ступору.

Она рисовала, начиная с переднего плана, притом планы прорисовывались строго по очереди. Это даже планами назвать сложно – это были слои дальности от художника, начиная с ближнего. Рисовала она вазу с цветком. Начала с переднего плана – ближнего края стола, а закончила фоном, которым оказалось окно с занавеской. Картина получилась экспрессивно-примечательная, особенно мне понравилось, что при общем равновесии композиции ваза опиралась на стол своим острым углом.

– Краски – это очень и очень интересно. – Сила откинулась на спинку кресла, двумя руками отодвинула от себя краски и вопросительно посмотрела на меня. Во-первых, это могло означать, что рисовать она больше не хочет, во-вторых, она явно ждала слов похвалы. Врать мне не пришлось. Картина соответствовала всем авангардно-эстетическим нормам и явно не уступала полотнам фовистов.

Убирая краски в коробку и протирая тряпочкой стол, я говорил Силе правду о ее картине. Сначала она просто улыбалась, а потом важно приподняла голову.

Я спрятал картину в микроволновую печь. У меня в голове уже рождался план, как сообщить о Силе Кире. А в том, что в таких серьезных делах нельзя быть серьезным, чтобы не сойти с ума, я был уверен на сто процентов.

– Наверное, краски имеют большую ценность.

– Имеют. Но только для тех, кто увлечен рисованием. – Я не хотел расстраивать Силу, объясняя, что в нашем мире имеет действительно большую ценность.

– А у вас не все любят рисовать? Это ведь так интересно, почти как разговаривать. – И уже забыв о красках: – Ты мне покажешь, как плавать?

– Это не просто сделать в квартире. Я тебе пока расскажу. – Я набрал воды в широкий стакан.

– Вот, смотри. В стакане вода, люди плавают в воде.

Сила засунула в стакан пальцы и сначала медленно, потом быстрее задвигала ими в стакане туда-сюда.

– Я плыву? – она подняла на меня вопросительно-восхищенный взгляд.

– Нет. Для того чтобы плыть, нужно больше воды, пойдем в ванную. – Я повел ее в ванную, не особо соображая, зачем я это делаю. Но Силе все было интересно, поэтому мое бессилие в объяснениях как-то маскировалось ее новыми впечатлениями.

– Смотри: эта емкость называется ванной и в нее можно набрать уже больше воды. Вот, становись сюда. – Я включил душ и начал поливать ее ноги.

– Так плавают? – восхищенно спросила она, топая ногами и разбрызгивая воду. Буквально через несколько секунд, когда мне удалось уговорить Силу перестать это делать, со всего что было в ванной, включая нас, уже ручьями стекала вода.

– Нет. Плавают, когда воды вот столько. – Я показал рукой на шею.

Сила наступила ногой на сток, останавливая вытекающую воду.

– Давай наберем.

Я чувствовал себя как на экзамене в институте, когда искушенный профессор сумел запутать мозги студента так, что тот начинал сам себе противоречить. Ладно, дело житейское, спокойно. Я медленно выдохнул и постарался начать соображать с нуля.

– Не получится милая, через дверь вытечет.

– А ты закрой дверь. – Сила крепче нажала ногой на сток.

– А она плотно не закрывается.

– Что же ты так? Где же вы плаваете? – Сила с сожалением убрала ногу со стока.

– Есть ванны большие, называются бассейны. А еще плавают в море, там очень много воды.

– Давай там будем плавать, давай?

– Я подумаю, как это устроить.

– Это что? – Сила показала пальцем-щупом на зеркало.

– Это зеркало. Оно отражает свет. В нем можно смотреть на себя. Вот смотри это ты, а это я.

Сила отшатнулась.

– О-о-о. Это Я? – Она уставилась широко открытыми глазами перед собой, потом подняла палец-щуп и посмотрела на него сначала в зеркало, потом напрямую. Дотронулась до лица, провела по губам. Подняла двумя руками волосы, перевела взгляд на мою коротко стриженную голову. – Я не такая, как ты. – Тяжко вздохнула. – Это ты, – показала на меня в зеркале. – Это я, – палец переместился. – Мы здесь вместе. Ты и я. Я красивая, – подвела итог.