Чтение онлайн

Святой. Нехарактерное для Деян, это слово получает широкое употребление в посланиях ап. Павла и в Откр, причем почти исключительно во мн. ч. и в собирательном значении. В ВЗ оно обозначает народ Божий (Пс 33:10: qedoslm-, LXX: hagioi; Пс 84:9: hasidtm; LXX: hosioi [в синод, пер.: "избранным своим".
– Прим. пер.]), связано же с представлением о святости Бога и - в силу особых отношений с Ним - святости Его народа (Втор 7:6; Лев 19:2; 20:26). В НЗ идея святости также основывается на отделяющей от мира посвященности Богу. Т.о., "святость" христиан- это, прежде всего, святость объективная (1Кор 7:14). Христиане святы, или священны, уже в силу того, что они - дети Бога (Еф 2:19-22), Который избрал и возлюбил их (Кол 3:12); они призваны (Рим 1:7), пребывают во Христе (1 Кор 1:30; Флп 1:1) и испытывают на себе действие Св. Духа (2 Фес 2:13). Этический момент, субъективная святость, здесь вторичен, хотя и не менее важен (Еф 5:3; Евр 12:14). Т.о., это название, соединяя верующих с их святым Богом, напоминает, что Он отделил их для себя, и определяет для них образ жизни, соответствующий Его святости.

Как общее название христиан слово употреблялось только до II в. Вероятно, изза сближения понятий святости и мученичества в Откр 16:6; 17:6 оно постепенно превратилось в почетное название исповедников, мучеников и аскетов.

Верующий. Поскольку вера в НЗ имеет центральное значение, можно считать закономерным, что для названия христиан использовалось слово " верующий ", или " верный ". История этого термина также восходит к ВЗ (Быт 15:6; Ис 7:9; Авв 2:4). Значение причастия "верующий" (напр., Деян 5:14: pis-leuontes) очевидно - оно связано с н.-з. пониманием веры как надежды на милость Бога, являемую через Христа (ср. Ин 20:31 [по греч. тексту]; Рим 3:22). В форме прилагательного (напр., Еф 1:1: pistos– "верный"; ср. Деян 16:1)термин неоднозначен. Его можно понимать и в значении "верующий", и в значении "верный, надежный". Так или иначе, нек-рые контексты свидетельствуют о том, что это слово служило для определения христиан (2 Кор 6:15; 1Тим 4:10,12).

Последователи пути. Шесть раз в греч. тексте Деян (всегда в связи с ап. Павлом) христианская вера и христианская община названы словом "путь" (hehodos, - 19:9,23; 9:2; 22:4; 24:14,22 [в синод, пер. передается также словом "учение"]). Соответственно, христиане- это "последователи пути", или "находящиеся на пути". Из Деян 24:14 можно заключить, что это выражение было самоназванием христиан. Термин восходит к в.-з. употреблению слова "путь" (derek) в таких значениях, как образ жизни (Пс 1:6); воля Бога (Быт 18:19; Ис 30:21); даруемое Богом спасение (Пс 66:3; Ис 40:3), а также к учению Христа о двух путях, один из к-рых ведет к жизни, а другой - к гибели (Мф 7:13-14). Поэтому Иисус называет себя путем (Ин 14:6), т. е. единственной дорогой, ведущей к спасению (ср. Евр 9:8; 10:19-20). Из рукописей Мертвого моря мы знаем, что кумранская община тоже называла себя и свое учение словом "путь".

Выражение "последователи пути" не сохранилось как термин, хотя, судя по " Учению двенадцати апостолов " (1 -6) и "Посланию Варнавы" (18-21), входило в круг важнейших понятий.

Друг. Слово "друзья" (hoiphiloi) в Деян 27:3 и 3 Ин 15 может означать и христиан в целом, и просто знакомых. В первом случае термин, как и слово "брат", указывает на связь христиан с Богом и Христом (Ин 15:13-15; Иак2:23)идругими христианами. Повидимому, этот термин был распространен среди гностиков, откуда его заимствовали нек-рые средневековые группы мистиков ("друзья Господа"), а позднее - члены Общества друзей (квакеры).

Назореи. В устах иудея в Деян 24:5 слово "назорейский" имеет явно уничижительный смысл. Вместе с этим названием на Церковь перешла хула, обращенная против ее Главы (ср. Ин 1:46). Согласно Тертуллиану ("Против Маркиона", iv, 8), "назореями" называли христиан и после Христа - сначала иудеи, позже персы и мусульмане. Сходным образом употреблялось слово " галилеяне". В НЗ оно еще не встречается как название христиан (ср. Деян 2:7); позднее враги Церкви, напр. император Юлиан, использовали его в презрительном значении (Григорий Богослов. "Слово четвертое"). Вустах противников оба эпитета подразумевают низкое происхождение и необразованность.

Другие обозначения. Помимо этих есть обозначения, к-рые распространения не получили. С теологической точки зрения самые важные из них - это "дети Божии" (Рим 8:16; 1 Ин 3:1), "рабы" (Деян 4:29; Рим 1:1), "воины" (2Тим 2:3), "наследники" (Рим 8:17; Гал 3:29), "избранные" (1 Пет 1:1).

Кроме того, есть обозначения, связывающие христиан с в.-з. Израилем, напр. "народ Божий" (Рим 9:25), "сыны Божии" (Рим 8:19; Гал 3:26), "дети обетования" (Гал 4:28), "сыны Авраама" (Гал 3:7), "семя Авраамово" (Гал 3:29), "Израиль" (Гал6:16; Евр8:8)и "обрезание" (Флп3:3).

Наконец, следует упомянуть описательные выражения, где христиане названы " призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа" (1 Кор 1:2) и "сохраняющими заповеди Божии и имеющими свидетельство Иисуса Христа" (Откр 12:17).

В своей совокупности названия христиан дают материал для теологии христианской жизни. В них находит отражение прежде всего связь христиан с Господом и Учителем, друг с другом, с ВЗ и всей историей спасения, а также их высокое и святое призвание. Приходится признать, что нек-рые названия, насыщенные глубоким смыслом, рано вышли из употребления и больше не возрождались.

R.S. RAYBURN(nep. Д.Э.) Библиография: H.J. Cadbury, The Beginnings of Christianity, V, 375-92; A. Harnack, The Mission and Expansion of Christianity in the First Three Centuries; E.J. Bickerman,"The Name of Christians", HTR 42:109-24; H.B. Mattingly, "The Origin of the Name Christiani", JTS new series 9:26-37.

см.: Церковь христианской науки.

Жизнь- это выбор, а выбор - это жизнь. Однако возможность выбора сама по себе еще не делает нас свободными. Выбор- лишь ткацкий челнок, благодаря крому возникает ткань нашего бытия. Но что за ткань это будет - погребальный саван или блистающее одеяние вечной жизни, - зависит от того, какой "бог" определяет ценности, цели и направленность нашего выбора. Свобода не в том, что мы можем выбирать, а в том, что именно мы выбираем. Т.о., свобода - не статус, а цель, крую следует достичь. Свобода христианина - дар от Бога. Было бы опасной ошибкой понимать возможность выбора как некое иллюзорное "право" выбирать все, что нам заблагорассудится: всякий выбор - это служение тому или иному богу. Христианская свобода состоит в служении истинному Богу; такое служение - и только оно одно - и естьсвобода.

Христианская свобода вырастает из долга. Наше чувство долга порождено тем, что Бог предъявляет серьезные требования к каждому из нас, призывая в свидетели нашу совесть. Нек-рые пытаются ск-рыться от Бога в той или иной ложной свободе (философии, мистические учения, богатство, власть, бунтарство). Другие ищут забвения в наркотиках или в работе, так или иначе используя своих ближних. Однако голос Бога, звучащий как голос нашей совести, никогда не смолкает, и, если мы забудем о долге, возможность выбора превращается в противоположность свободы - во вседозволенность, т.е. рабство у поветрий и страстей. Вседозволенность - это пляскасмерти.

Человек слышит Божий зов, но не находит в себе сил покориться этому зову. Благая весть состоит в том, что Бог сам отк-рывает нам путь к покорности, и путь этот - вера в Иисуса Христа. У христианской свободы два аспекта: (1) свобода от человеческих немощей и порабощенности Сатане и (2) свобода для постижения и исполнения воли Божьей.

"Свобода от". Вспомним слова: " Избавившего нас от власти тьмы и введшего в Царство возлюбленного Сына Своего" (Кол 1:13; ср. Еф 2:2 и Ин 8:32,36).