Чтение онлайн

Для экспериментально-трасологических исследований материалов раннего железного века – средневековья очень ценны описания следов износа на орудиях нового типа, которые обслуживали возникшие в энеолите – бронзовом веке отрасли хозяйства. В ходе изучения материалов различных территорий Северной Евразии были проведены эксперименты, определены особенности утилизации и кинематики ручного труда, появились некоторые оценки эффективности инструментов в отдельных производствах. Так, были выявлены следы износа на орудиях по обработке изделий из цветных и драгоценных металлов [Коробкова, Шаровская, 1983; Шаровская, 1992; 1994; Килейников, 1984]. Появились работы Н. А. Кононенко по описанию и разграничению типов следов износа на терочниках для органических и неорганических материалов [1982]. Ею также специально изучалась группа орудий, связанная с керамическим производством на отдельных поселениях раннего железного века Дальнего Востока [Гребенщиков, Кононенко, 1990].

При изучении каменного инструментария эпохи палеометалла впервые была озвучена проблема, связанная с естественной формой каменных орудий труда. Исследуя среднеазиатские коллекции, Т. Ш. Ширинов отметил сложность отнесения таких предметов к какому-либо типу при проведении классификации и некоторую искусственность в этом процессе [1986]. Не позволяла создать строгую классификацию этих материалов и выявленная им полифункциональность орудий. Между тем попытка систематизации подобных материалов имела важное значение для создания функциональной типологии каменных орудий бронзового века этой территории.

Указанная особенность каменного инвентаря отмечалась и В. В. Килейниковым. В материалах бронзового века восточноевропейской лесостепи очень часто встречались серии изделий, которые неоднократно участвовали в различных операциях, что приводило к частичному уничтожению предшествующих следов работы. Причиной этого, по наблюдениям исследователя, чаще всего являлась поломка орудия, после которой оно получало вторичную функцию [Килейников, 1984].

Несмотря на то, что все эти разработки касались в основе своей материалов энеолита – бронзы, имели значительный территориальный разброс, а также были мало связаны друг с другом тематически, они имеют достаточно ценных сведений для экспериментально-трасологических исследований каменного инструментария раннего железного века – средневековья.

Кроме того, весьма существенным для экспериментально-трасологических исследований материалов раннего железного века – средневековья видится привлечение данных этнографии. Об их важной роли в изучении функций древних орудий и восстановлении техники отдельных производств писал еще С. А. Семенов [1957]. Этнографические материалы широко применялись им для иллюстрации примеров обработки различных материалов в каменном веке, при постановке экспериментальных работ и в сравнительных исторических выкладках. Круг привлекаемых аналогий был при этом очень широк: использовались данные о коренных народах не только Северной Азии, но и Африки, Америки и Австралии [Семенов, 1957; 1968; 1974; Семенов, Коробкова, 1983]. Применение материалов этнографии к археологическим данным каменного века является важной частью методики зарубежных трасологов [Moss, 1983; Vaughan, 1985; Gijn, 1990].

В современной российской школе трасологии данные этнографии используются в меньшей степени и очень осторожно. По мнению, Г. Ф. Коробковой их привлечение зарубежными исследователями не всегда оправдано, поскольку древние виды деятельности часто не совпадают с теми, которые появляются в более позднее время и фиксируются этнографией [1994].

Материалы этнографии, используемые в трасологии, также, как и результаты экспериментов, действительно не должны абсолютизироваться. Особенно это касается материалов каменного века и палеометалла, хронологический интервал между которыми относительно этнографической современности очень велик. С другой стороны, для археологии раннего железного века – средневековья, хронологически более близкой к истории коренных народов исследуемой территории, этнографические свидетельства имеют более принципиальное значение.

На сегодняшний день в данном направлении работает Н. А. Алексашенко, которая, исследовав материалы раннего железного века Ямала (Усть-Полуй), провела сравнительный экспериментально-трасологический анализ археологических и этнографических предметов [2002; 2005]. Используя такой прием вместе с письменными источниками, содержащими этнографические описания, трасолог имеет возможность сравнить особенности и характер следов износа на аналогичных археологических и этнографических артефактах и произвести более точные и обоснованные реконструкции технологий раннего железного века – средневековья. Ценные результаты также дает привлечение данных о коренных народах, близких к исследуемым археологическим материалам по территориальным и экологическим особенностям проживания, хозяйственно-культурному типу и общим историческим условиям развития.

Исходя из описанных общих и специфических методологических особенностей экспериментально-трасологических исследований орудий труда были определены следующие этапы изучения каменного инструментария раннего железного века – средневековья:

1) первичный трасологический анализ коллекций для выявления неизвестных типов следов износа, а также не встречавшихся ранее комбинаций принципов утилизации;

2) проведение экспериментов с учетом всех выявленных особенностей расположения и характеристик следов износа на археологических предметах в наиболее близких к историческим условиям;

3) получение специальной эталонной коллекции орудий труда из местного сырья со специфическими диагностирующими следами износа на рабочих поверхностях;

4) анализ и систематизация макро- и микропризнаков следов износа на эталонах, основанные на выделении основных, значимых и малозначимых черт;

5) систематизация и обобщение результатов экспериментов для выявления объективных связей между явлениями;

6) комплексный трасологический анализ коллекций исследуемых поселений с учетом экспериментальных данных;

7) систематизация функциональных признаков археологических артефактов;

8) разработка функциональной типологии каменных орудий труда для каждого памятника;

9) выявление внутренних соотношений функциональных типов, групп и категорий, связанных с различными хозяйственными отраслями для каждого памятника;

10) верификация полученных выводов на основе данных традиционных археологических и естественнонаучных методов;

11) реконструкция элементов хозяйственно-производственных комплексов на исследуемых памятниках на основе археологических, экспериментально-трасологических и этнографических данных;

12) сравнительный анализ полученных соотношений функциональных категорий по разным памятникам с учетом их культурно-хронологических характеристик;

13) выводы, определяющие общие закономерности в развитии хозяйственно-производственных комплексов исследуемой территории на изучаемом культурно-хронологическом этапе.

Следует отметить, что предложенная структура исследования имеет некоторые относительные рамки и может быть использована на определенном уровне накопления фактического материала. Не все указанные этапы возможно реализовать в условиях малого количества орудий или небольшой площади археологических вскрытий на поселении, поскольку результаты последних шагов приведенной схемы в таких случаях окажутся необъективными.

Комплекс всех изложенных этапов экспериментально-трасологического изучения неметаллического инструментария раннего железного века – средневековья и особенности их исполнения требуют четкого определения. Здесь важную роль играет тот факт, что данное направление в трасологии, по сути, только начинает свое становление и не имеет полного и дифференцированного набора понятий. Поэтому его разработка и уточнение является одной из важнейших задач как данного исследования, так и последующих работ.