Чтение онлайн

Развертка авьякты рассматривалась санкхьяиками как с психологических, так и с космологических позиций. Структура космоса полагалась тождественной структуре человека. Авьякта, будучи единой субстанцией, разворачивается для каждого пуруши по-особому в качестве как его психофизической оформленности, так и, отчасти, окружающей его внешней среды. Совокупность таких отдельных разверток представляет собой некую феноменальную космическую целостность, точнее, антропокосмическую, поскольку ничего, кроме антропоморфного космоса, постигаемого за счет внутренних познавательных способностей и органов чувств человека, санкхья не знала. К этому надо добавить специфическую метафизику санкхьи, которая со временем все более наполняла учение разного рода схоластическими соображениями.

С антропокосмологической точки зрения, первым этапом развертки авьякты является махат (букв. "великий [принцип]"), представляющий собой как бы совокупность форм объектов всего мира, не имеющих телесности на этом этапе развертки и обретающих ее в конце, то есть на этапе махабхут. С психологической точки зрения, этот же этап развертки авьякты называется "буддхи" и представляет собой некую "способность понимания", основной функцией которой, согласно "Санкхья-карике", является "принятие решения" (адхьявасая) (71, с. 55).

Из буддхи возникает аханкара (букв. "делающее Я"). На этом этапе пракрити индивидуализируется. Согласно "Санкхья-карике", аханкаре присуща функция "самоутверждения" (абхимана) (71, с. 59). Она различает объекты по принципу "мое - не мое", приносящие удовольствие или неудовольствие, что проявляется в той или иной степени заинтересованности ими, в соответствующем эмоциональном переживании и катектировании. Все это дает основание сопоставить данную таттву с индивидуацией теории психосемиозиса. При этом на предыдущий этап развертки авьякты выпадают сразу два уровня АКЛ-шкалы, из чего можно заключить, что функции идеации и концептации санкхьяики рассматривали как одну. Иначе говоря, буддхи - это некий разумно-рассудочный комплекс, ответственный за оперирование идеями и смыслами.

По каким-то туманным соображениям, видимо, достаточно поздним, санкхьяики стали рассматривать аханкару в качестве источника сразу четырех эманациальных потоков. Из нее возникает манас ("ум"), пять буддхиндрий ("органы чувств"), пять кармендрий ("органы действий") и пять танматр ("тонкие элементы", "чистые начала"). Из последних затем возникают или складываются по определенным законам пять махабхут ("грубые элементы", "великие сути"). При этом авьякта является только производящей, буддхи, аханкара и танматры - производимыми и производящими, а манас, буддхиндрии, кармендрии и махабхуты - только производимыми.

Манас продолжает психическую линию развития таттв, танматры начинают физическую, а буддхиндрии и кармендрии могли мыслиться принадлежащими к той и другой. Считается еще, что танматры представляют собой тамасический поток, остальные таттвы - саттвический. Третья гуна, раджас, обусловливает и то и другое. Согласно другим источникам, саттвическим является только манас, а индрии - раджасическими. Кроме того, некоторые авторы выводят танматры не из аханкары, а из буддхи. Таким образом, видно, что данные определения не являются твердо установившимися.

Исходя из этих определений, можно прежде всего заключить, что все таттвы, возникающие из аханкары, являются более низкими на иерархической шкале, чем она, причем махабхуты эту шкалу замыкают. В ранних текстах указывается, что манас стоит выше индрий, не различающихся при этом на буддхиндрии и кармендрии. Такое различение - позднее приобретение санкхьи, начавшей еще учитывать, что первые являются более "тонкими", чем вторые. Поскольку вся иерархическая лестница таттв строится по принципу от "тонкого" к "грубому", то можно заключить, что буддхиндрии должны стоять на ней выше, чем кармендрии.

Что касается танматр, то по разным соображениям им можно поставить в соответствие тот или иной уровень АКЛ-шкалы из находящихся между аханкарой и махабхутами. Учение о танматрах является самым надуманным местом в санкхье. Под ними полагаются некие тонкие сущности пяти ощущений - слуха, осязания, зрения, вкуса и обоняния - или того, что эти ощущения производит, то есть пяти махабхут, имеющих следующие названия: пространство (акаша), ветер (ваю), огонь (агни), вода (апас) и земля (кшити). Говорится, причем по-разному у отдельных авторов, о тех или иных сочетаниях танматр при образовании из них махабхут. Считается, что танматры столь "тонки", что обычные люди их не воспринимают, но йогам это доступно. Однако у последних, видимо, не спрашивали, какое же все-таки место эти "чистые начала" занимают в структуре человека. Этот вопрос так и остался практически полностью неразрешенным для санкхьяиков.

С махабхутами дело обстоит несколько лучше. Видеть свое тело и вообще вещественный мир состоящими из определенного набора элементов, стихий явление обычное для древнего человека. Не составляют исключение и древние индийцы. Их концепция махабхут в некоторых моментах совпадает с древнегреческой концепцией стихий. Частично те и другие схожи и по названиям. Отличие же заключается в том, что махабхуты санкхьяики, да и вообще все представители брахманизма понимали прежде всего в качестве источников сенсорных сигналов. Последнее дало возможность соотнести их с уровнем рецептации. Но это не сама рецептация, а параллельные ей референты чувственных впечатлений. По сути, сами они не воспринимаются, а познаются лишь с помощью умозаключения. С психологической точки зрения они имплицитны. Осуществляя мысленный переход из психической сферы в физическую, санкхьяики связывают модусы ощущений с конкретными махабхутами. Акаша считается специфическим источником звука, вызывающего слуховые ощущения. Другие махабхуты имеют специфическое ощущение и от одного до четырех неспецифических. Для ветра (воздуха) это соответственно осязание и слух; для огня - зрение и осязание со слухом; для воды - вкус и зрение с осязанием и слухом; для земли - обоняние и вкус со зрением, осязанием и слухом.

Таким образом, если учитывать, что манас, будучи эманатом аханкары, должен стоять на иерархической шкале таттв выше индрий, классифицируемых на буддхиндрии и кармендрии, а последние - выше махабхут, то полная реконструкция указанной шкалы примет вид, представленный в табл. З, гр. 2.

Следует уточнить, что вообще-то индрии в своей вещественной оформленности принадлежат к уровню махабхут. Санкхьяики поговаривали еще о тонкой форме последних, принадлежащей уровню повыше. Ведантисты, принявшие в основных чертах ранние взгляды санкхьяиков на структуру человека, посчитали необходимым дополнить описание последнего уровня с помощью понятия праны "витальной энергии". Значит, и все индрии как-то должны быть связанными с этой энергией. В своем физическом и тонкофизическом качестве буддхиндрии это пять органов чувств - уши, кожа, глаза, язык и нос, а кармендрии - пять органов действий - рот, руки, ноги, анус и половые органы, выполняющие соответственно функции речи, хватания, перемещения, очищения и воспроизводства. За обоими видами индрий санкхьяики полагали еще некоторые невидимые силы (шакти), благодаря которым физические органы осуществляют свою деятельность. Но в расстановке индрий на АКЛ-шкале учитывались не все эти стороны их функционирования, а только психологические. Буддхиндрии это способности ощущений, чувственные акты в их психологическом аспекте, то есть сенсуация, а кармендрии - это способности действий, двигательные акты в их психологическом аспекте, то есть эффектация. Последняя за счет экстрапроекции может представляться совмещенной с кинестетическими системами в их энерго-силовом качестве, что, видимо, и отразилось в концепции кармендрий, находящихся в зависимости от праны и шакти.

Кармендрии и буддхиндрии, согласно учению санкхьяиков, являются "внешними способностями" (бахьякарана), а манас, аханкара и буддхи - "внутренними способностями" (антахкарана). Функционирование первых осуществляется в настоящем времени. Вторые, как об этом говорится в "Санкхья-карике", "действуют в трех временах (настоящем, прошлом и будущем)" (71, с. 69).

Понятие "манас" чаще всего переводится индологами как "ум", что неверно, если не сопровождать такой перевод надлежащими комментариями, поскольку таким образом указывается лишь общеупотребительное значение слова "манас", а не доктринальное, специфическое для санкхьи. Впрочем, подыскать точный европейский психологический эквивалент этому понятию невозможно. Манас в санкхье рассматривается как анализатор и систематизатор чувственных впечатлений, поступающих из органов чувств, и как координатор командных импульсов, предназначенных для органов действий и идущих от более высоких, чем манас, уровней развертки таттв. При этом полагалось, что эмоциональная, понятийно-смысловая, идейная сферы психической деятельности, связывающиеся с общеупотребительным значением слова "манас", не входят в компетенцию соответствующей таттвы, поэтому интерпретация ее в качестве "сигнатора" кажется вполне подходящей.

Процесс восприятия в классической санкхье рассматривался как восхождение от "грубых" модификаций пракрити к "тонким", то есть обратно ее развертке. Органы чувств "схватывают" сигналы, идущие от объекта восприятия. Манас преобразует неопределенные (нирвикальпака) чувственные данные в определенные (савикальпака). Аханкара индивидуализирует возникший в манасе наглядно-чувственный образ, выказывая к нему то или иное отношение. Буддхи модифицируется в форму объекта восприятия и делает те или иные суждения о нем. За всем этим наблюдает пуруша, "высвечивая" собой результаты деятельности буддхи и тем самым осуществляя осознавание.