Чтение онлайн

языковой прасемьи, включающей на территории Азии языковые семьи наших народов:

индоевропейскую, уральскую, алтайскую, монгольскую и маньчжурскую, о целости государства Российского. Последнее станет основной темой в Менделеевской теории России и ее безопасности, а безопасность России-СССР - основой Легасовской теории техносферной безопасности Советского союза и мира (катастрофа Советского союза обернется небывалой катастрофой мира, как доказал Легасов). Как подчеркивал нам Эдвард Теллер, имейте в виду: умных людей на Земле очень мало. Ум теоретический Ломоносова и Менделеева доказан открытыми ими фундаментальными законами природы, а ум практический - организованными ими производствами. Не возникает вопроса, почему нанятые на несколько лет иностранцы фальсифицируют и сочиняют заказанные "теории", почему полуобразованные безумцы, не увидевшие своими глазами ни одной закономерности в природе, обществе и человеке, не создавшие вообще ничего, крушат все вокруг, почему существует и активно действует оплачиваемая в той или иной форме агентура, она существует у всех стран, почему Чернобыльское знамение, его расшифровка и предупреждение ак. В.А.Легасова оставили всех равнодушными, почему матери и отцы потащили за руки своих дочерей в проститутки под сифилис и СПИД, а сыновей - на бойню народов, оставаясь и после их гибели в религиозном преклонении перед организаторами проституции и бойни, почему из всех конфессий в России только лидеры и представители буддизма не обмарались во всей этой грязи и крови и т.д.

Вопрос в глубинной человеческой причине. Палама с Хоружим и Чижевский дали только полуответ: страсть, которая сильнее инстинкта самосохранения и сохранения рода (потомства). Лев Гумилев нащупал ее геоподоснову и сформулировал главные вопросы, в том числе - обращенные в космос.

Итак, Ломоносов дал импульс, и с начала XIX в. в России стали складываться сильные исторические, этнографические, культурологические и экономические школы, занимавшиеся россиеведением - изучением России именно как особой цивилизации . К концу века эти исследования стали комплексными - в них включились крупнейшие естествоиспытатели (Менделеев, Докучаев, Вернадский).

Тогда-то Менделеев со всей присущей ему тщательностью и прозорливостью (один его анализ переписи населения 1897 г чего стоит!) исследовал явление России, начиная с ее геоподосновы, и опубликовал около сотни статей и книг по россиеведению и российской этнокоммунологии. Он и сформулировал главную особенность российской цивилизации, которая не отличается я от современного культурологического определения России как пограничной (евразийской) цивилизации, и сформулировал сверхзадачу России: "Уцелеть и продолжить свой независимый рост". Он и выявил, что сверхзадача эта не может быть решена ни монархами, ни политическими партиями, ни парламентами, ни Армией, ни иными силами - никем, кроме всех сил и средств самого народа России: "Она лакомый кусок для соседей Запада и Востока, потому именно, что многоземельна, и оберегать ее целость всеми народными средствами необходимо". Он и определил русские этнокоммунологические принципы - "русские начала" межнациональных отношений, российские принципы национальной политики и принципы поведения российских народов, обеспечивающие и им, и России в целом возможность "уцелеть и продолжить свой независимый рост", в условиях "реальной действительности, грозящей именно нам больше, чем кому-нибудь на свете действиями военного быта".

Он определил и главный, фундаментальный источник опасности - вовсе не внешние (и внутренние) враги, серьезность которых он подчеркивал, а собственный - неадекватность ("несоответствие с тем, что имеется налицо", "несогласие с реальной действительностью").

На основе комплексных россиеведческих исследований в XX в. в России сложились новаторские географические, биогеохимические, экологические, культурно-этнографические и социально-экономические школы, позволившие возникнуть таким несвойственным для Запада "синтетическим" общественно-политическим концепциям как евразийство. Евразиец Г.В.Вернадский выявил в русской истории 400-летний цикл централизация-децентрализация (апогеем которой является смута), указал на опасность расчленения страны к 2000 году и на необходимость создания особой формы федерации для преодоления распада.

Наконец, с конца прошлого века в России, а затем в эмиграции интенсивно работало целое сообщество выдающихся русских философов и историков, которые исследовали источники напряженности и скрытых конфликтов затем и революций, в связи с "русской идеей" - генотипом цивилизации России.

Все, что происходило в России (и СССР) с 1905 г и что происходит сегодня, было не просто изучено и осмыслено еще в "зародыше", в латентном периоде, но и предсказано с высокой точностью представителями противоположных мировоззрений (П.Дурново, евразийцы, И.Ильин) как следствие определенной сознательно выбранной политики. Царь имел полную и глубокую картину состояния российского общества, геополитической обстановки и предстоящих событий. Трудно отделаться от мысли (на нее наводят и устные истории обращений к царю), что он сознательно шел на самоликвидацию монархии и расчищал дорогу не просто большевизму (который по дневниковому замечанию кадета В.Вернадского "имел глубокие корни в народе"), а сталинизму как единственной силе, способной победить блок еврофашизма (что c позорным для такого сильного ученого опозданием, никакого предвидения, удирая от еврофашизма в 1930-е гг, признавал даже кумир евроинтеллектуалов Альберт Эйнштейн). РСДРП начинала как евроцентристская, западническая, а частично и евроагентурная партия. Как отмечал в 1905 г Менделеев, "Социалисты тут кое-чего увидали и даже отчасти поняли, но сбились, следуя за латинщиной". Большевики, понуждаемые жизненной реальностью, быстро вынуждены были обратиться от евромифологии ("латинщины") к комплексному знанию России (невзирая на политические лица носителей знания, даже - Шульгина), и оно у них в конце концов оказалось поразительно глубоким (хоть и деформированным евроидеологией индустриализма).

И советская власть имела к 1985 г. полный комплекс россиеведческого знания, в частности - этнологического, более чем достаточный, чтобы избежать расчленений, конфликтов, пожаров и взрывов.

Российское гуманитарное сообщество устами конференций "светил" "общественных наук" пришло к 1990-м годам к выводу, что главный вопрос сейчас - как бы выяснить: действительно ли есть специфика Р и, а если есть, то в чем она состоит ?. Как будто российское общество, мировое сообщество, евронаука, русская научная и религиозно-философская мысль не поставили эти вопросы сотни лет назад и фактически не решили их более полувека назад.

Активность, пассионарность и страстное состояние

Русская смута в своей психологической основе имеет страстное состояние.

Начала психологии страстного состояния заложены в средние века православно-религиозным философом Г.Паламой, а развил ее наш современник математик и философ С.Хоружий.

Первым эмпирически обнаружил вхождение России в страстное состояние-2000 (неадекватность, некритичность, некоррегируемость, потерю инстинктов самосохранения и сохранения рода) академик В.А.Легасов, проводя системный анализ Чернобыльской катастрофы (и на основе этого исследования он заложил Основы теории современной безопасности России и мира как неразрывной задачи).

В страстном состоянии люди в массе своей оказываются в принципе не подготовленными, чтобы ответить на поставленные кризисом вопросы, они теряют субъектность, теряют объективность и самостоятельность мышления, рассуждений и оценок, и поэтому они легко и неизбежно становятся объектом манипулирования со стороны профессионалов и профессионально управляемых организованных групп, в том числе внешних.

Еще более существенно, что возникают, углубляются и усиливаются дефекты мышления и самого познавательного аппарата. Принято считать, согласно С.Хоружему, что при этом состоянии происходит срыв в ноогенезе, проявляющийся как архаизация, т.е. быстро (столетия за год, в разных слоях населения по-разному) идет процесс, обратный эволюции разума, срывается один культурный слой за другим.

Общая тенденция - коллапс. Исчезает способность к генерации научного знания и пользованию им, затем - сама потребность нем, идет массовое обращение к религиозному сознанию (к "мировым религиям"), суеверности и язычеству, иногда с совмещением тяги к рабовладению и работорговле, включая самые архаичные формы (ямы в Чечне и выкуп), к самым примитивным культам (например, фаллическому, что наблюдается сейчас), ритуалам и камланиям (окрашенным в "модернизированные" формы), иногда с совмещением с человеческими жертвоприношениями и даже людоедством.

Происходит делогизация (показано С.Кара-Мурзой в 1992 г) и затем десемантизация (в наше время по России показано Э.Володиным) - явление открыто Бэконом 400 лет назад (по европейским наблюдениям), в самом начале процесса культурной мутации человека (личности в индивид) и общества ("традиционного" в "гражданское").

Десемантизация является одновременно и индикатором, и фактором (фактор-индикатором)

социокультурной деградации, мутагенеза и возможной последующей макроэволюции (деградация как фактор макроэволюции хорошо изучена в эволюционной биологии)

через пассионарн ость (при определенных условиях, которые у нас существенно и целенаправленно нарушаются).

На этой стадии, стадии потери высших функций языка, можно было бы говорить о свершившейся дегоминидизации и приматизации - возврате к высшим животным (приматам), тем более, что явно происходит десоциализация и все большее преобладание социобиологической организации людей (стадности и стайности - над государственностью, общественностью, т.е. социальной их организацией).

Однако это не так, пун падения в ноогенетическом срыве не те же, что подъема в ноогенезе, хотя и лежат на одной плоскости. Маршруты различны, как различны маршруты подъема и падения альпиниста. Современное атомизированное гражданское общество срывается не в рабовладельческо-военную демократию Римской империи, а в фашизм (традиционное общество - не в первобытный, а в иной, религиозный коммунизм - православный, конфуцианский, иудейский и т.п.). То есть наблюдается архаизация как припадок (порча, в русско-философской терминологии). Происходит падение атомизированных в извращенные формы солидарности фашизм, или любведуховно обездоленных в сексуальные извращенные формы, включая не только гомосексуализм (признанный Ассоциацией психологов США для американцев нормой одновременно с признанием ненормальностью гетеросексуализма и неприязни к гомосексуализму), но и инцест, который был изжит на ранних стадиях перехода от биосоциумов к социумам, что было и одним из необходимых условий этого перехода и становления человека (вида Homo saрiens). Именно в социализации глубинный смысл изживания инцеста, а не в биохимической деградации потомства, о которой все знают сейчас.