Теория снежного кома
Шрифт:
Пока я весь горел изнутри. Маленькая садистка.
– Доброе утро, – прошептала она, вставая.
– Доброе, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно и спокойно, хотя внутри всё ещё бушевал ураган.
– Как спалось?
– Прекрасно, – соврал я, стараясь не двигаться. Хотя, не то, чтобы соврал… Спал я прекрасно, но вот утро встретило меня неожиданным сюрпризом.
Милана ещё немного полежала рядом, потом села на кровати и, по-прежнему ничего не замечая, пошла в ванную.
Я остался лежать, прислушиваясь к шуму льющейся воды, и пытался справиться с нахлынувшим возбуждением. Сконцентрировался на дыхании, стараясь расслабить мышцы. Медленно, очень медленно, напряжение начало спадать. Это было похоже на отлив – волна чувств постепенно отступала, оставляя после себя лишь лёгкую дрожь, покалывание и смутное ощущение неловкости. И штаны снова начали казаться на мой размер.
Чуть позже Милана вышла из ванной в джинсах и свитере, с немного мокрым лицом и с собранными в косички волосами.
– Всё в порядке? – спросила она, видимо, недоумевая, почему я продолжаю неподвижно лежать.
– Да, – прохрипел я. – Всё просто прекрасно.
Она сощурилась в подозрении.
Если бы мне пришлось признаться, Милана сгорела бы со стыда, так что… Лучше ей жить в неведении.
Я невольно уронил взгляд на её руку, а потом в голове всплыло воспоминание о том соблазнительном нижнем белье, которое я однажды нашёл в её шкафу. И меня снова бросило в жар.
– Так! – Откинув одеяло, я вскочил на ноги, пока кровь снова не хлынула не в то место. – Идём завтракать.
Милана согласно кивнула и пошла к двери, но едва она успела её открыть, как в номер влетел Рио.
– Это правда?! – завопил он.
Его взгляд метнулся ко мне – только вставшему с кровати, с растрёпанными волосами, пытающегося прикрыть своего дружка. Конечно, как парень, он уловил это движение. Лицо Рио скривилось, когда он скрестил руки и спросил:
– Только не говори мне, что ты сегодня ночью осквернил мою малышку своим болтом.
Милана закатила глаза. Видимо, подобные шутки ей приходилось слышать не в первой. Или это не было шуткой?
Я не смог сдержать усмешки:
– Бро, вакансия на лучшего друга Миланы теперь закрыта. Ты свободен… И не называй её малышкой.
Рио подозрительно прищурился, переводя взгляд с меня на Милану.
– Кенни всем болтает, что вы вчера катались вместе и даже не пытались свернуть друг другу шеи! Я всего на день отлучился в город с отцом, а тут началось самое интересное!
– Если ты так разочарован в том, что никому не свернули шею, – начал я, – могу исправить ситуацию с твоей.
Милана встала между нами.
– Не заткнётесь, и свёрнутых шей будет в этой комнате две.
– Не-не-не. – Рио скептически замахал руками. – Я не отступлю! Всё это звучит подозрительно романтично для тех, кто ненавидит друг друга. Там случайно не было заката, сладкой ваты и случайных поцелуев под мерцание звёзд?
Я драматично вздохнул и схватился за грудь.
– Ах, ты раскрыл нас! Мы тайно обручены. Свадьба на следующей неделе. Приглашения разошлём голубями.
– Получается, вы как-то рано провели брачную ночь, – пробурчал Рио, но напряжение в его позе ослабло, на смену подозрению пришла усмешка.
– Некоторые вещи не могут ждать. К тому же, ждать целую неделю до свадьбы – это пытка.
– Вы двое можете прекратить этот цирк и пойти наконец-то поесть? – повысила голос Милана. – Я умираю с голоду.
Я мысленно поблагодарил её за то, что остановила нас. Ещё бы чуть-чуть – и в ход пошли бы вполне себе настоящие фантазии, которые и без того едва не прикончили меня несколько минут назад, пока она лежала на мне, ни о чём не подозревая.
Убедившись в том, что жар отступил, я поплёлся в ванную, где кое-как отлил, почистил зубы, причесался и вышел обратно с таким видом, как будто у меня и не было никакого стояка.
В столовую мы спустились втроём. Рио с Милой шли сзади, я слышал, как этот педик ей что-то шептал, и меня начинало вполне себе реально раздражать то, что он идёт с ней так близко. Я покачал головой, пытаясь отогнать свою ревность. «Они просто друзья», – пришлось неоднократно напоминать самому себе.
Но почему тогда вид Рио, так близко стоящего к Милане, вызывал во мне желание вклиниться между ними и оттащить её подальше?
Я ускорил шаг и, дойдя до входа в столовую, остановился, дожидаясь их. Надо было прекратить вести себя как собственник. Это нелепо.
– В общем, я снова уплываю в закат, – сообщил Рио. – Предки решили позавтракать в городе, на встрече с каким-то важным чудаком, так что не скучайте.
– Не будем, – сухо бросил я.
– Ой-ой, какие мы грубые… Но по возвращении я всё равно всё узнаю!
Милана попрощалась с ним, и мне показалось, ей стало грустно после его ухода.
Я был готов взорваться.
Теперь, когда мы официально сложили оружие и по-настоящему целовались, я считал её своей. Моей. Звучало странно, непривычно, но чертовски приятно. И мысль о том, что кто-то другой может претендовать на её внимание, вызывала во мне прилив ярости.
В столовой уже сидели все остальные.
– Привет, Ромео и Джульетта! – крикнул Кенни, многозначительно подмигивая. – Как спалось?
Саманта с Хлоей удивлённо переглянулись, увидев нас с Миланой вместе.
– Всё нормально? – хихикнула Хлоя. – Вы даже не пытаетесь рвать друг другу волосы?
Милана промолчала и направилась к свободному столику. Я последовал за ней, чувствуя, как раздражение медленно, но верно закипает внутри.
Джордан смотрел на нас исподлобья. Он первый, кто услышал о нас не как о врагах, когда я поцеловал Милу прямо перед ним, чтобы он отстал от неё. И, учитывая, что он никогда не был треплом, видимо, он никому не рассказывал об этом. Возможно, потому что не хотел показаться идиотом, поверившим в эту ложь. Но зато теперь точно в этом убедился.
– Профессор сказал, что в воскресенье мы улетаем обратно, – с набитым ртом произнёс Шейн.
Я в уме подсчитал оставшееся количество дней. Три дня.
– Уже? – удивилась Хлоя, отрываясь от своего телефона. – Такое ощущение, что мы только приехали.
– Время летит незаметно, когда весело проводишь время, – философски заметил Кенни.
Мы с Миланой молча доедали завтрак, атмосфера за столом стала какой-то грустной. Как будто мы ели на поминках. Но я точно знал, что Милана была рада вести, что скоро мы вернёмся домой. Она, наверное, очень соскучилась по своему компьютеру.